Олег Кашин: Власть – это другие
Довлатовская присказка про четыре миллиона доносов давно живет своей жизнью, она стала частью нашего языка, и постоянно кто-нибудь, когда речь заходит о российской полицейщине, говорит: позвольте, но кто же написал четыре миллиона доносов? Не будем сейчас углубляться в поиски первоисточника именно этой цифры. Она от самой частоты употребления давно стала легитимной, законы постправды так и устроены, и мы тоже будем отталкиваться от этих четырех миллионов доносов.