Александр Уланов. Понять и не помешать
Есть разговор, стремящийся к "что?", разворачивающий, успешно или нет, сложное сплетение смыслов произведения. Макса Дворжака интересовало скорее "почему?". Почему художник первых веков нашей эры, живущий в еще языческом Риме среди прекрасных скульптур и зданий, обученный столетиями живописи со времен Полигнота и Апеллеса, создает в еще подпольных в прямом смысле - находящихся в катакомбах - местах встречи христиан простые фигуры на плоскости, вне пластики и телесности?