Линор Горалик. Вы снаружи, а мы внутри
D ance me to your beauty with a burning violin. Поверить в то, что этот роман когда-нибудь будет переведен, было почти невозможно. Я спрашивала: "Мать, ты как?" √ "Я охуело! - говорила Настик , - но Коэн прекрасен". Борька орал: "Я не буду лечиться! Я хочу всегда болеть!" - квартирные хозяева приходили за деньгами, Майкрософт то судился, то переставал судиться, лифт ездил вверх и вниз и все время привозил не тех, кого надо, - я спрашивала: "Мать, ты как?" - "Я совсем охуело, - говорила Настик.