I Русское сознание хорошо видит различие между Родиной и Отечеством. Родина - это родимая земля, что-то близкое, теплое, уютное. Родина рождает. На родине тебе сочувствуют. Она, как мать, встречает тебя словами утешения. Родина мила, но на нее нельзя полагаться. Она не опора. Ей самой нужна поддержка. Отечество - в отдалении. Из этой отдаленности слышен строгий голос "отца". Холодный и повелительный. Отечество требует служения. Оно надзирает, наказывает и поощряет. В нем сила.

Я и так русский, но допустим, что этот примордиальный статус должен быть как-то утвержден. Идентичность должна быть идентифицирована. Оказывается, что "и так" - недостаточно, требуется дальнейшая рационализация. 1. Итак, быть русским . Это, по предварительной прикидке, означает, вероятно, следующее: говорить на русском языке; жить на территории России; исповедовать приверженность "русскости", т.е.

Настойчиво сравнивая выражения "мне больно" и "ему больно", Витгенштейн на вопиющей разнице между ними основывал целую философию: "В выражении "мне больно" местоимение не является указательным. Когда мы чувствуем, что хотим отменить "я" во "мне больно", мы стремимся тем самым сделать вербальные выражения боли сходными с выражением стона". Воспоминания о Витгенштейне спровоцировал своим двенадцатым фильмом кореец Ким Ки Дук.

На неделе текущая политика отошла в сторону, по очевидной причине - история с Нальчиком оказалось довольно быстро закрытой, так что темы, которые могли бы раскрутиться на ее основе, раскрутиться не смогли. Например, быстро обнулилась история с применением некого смертельного газа, о которой в субботу сообщила " Неделя " Максимовской. По версии передачи, таким газом отравили боевиков и заложников в одном из захваченных зданий. "МК" эту тему отбил : " Слезоточивый газ, не отравляющий.