Рецензия на: Алла Глинчикова. Раскол или срыв «русской Реформации»? М., Культурная революция, 2008. 384 с. * * * Как известно, книги, посвященные материям историческим, с некоторой условностью делятся на две группы. Из принадлежащих к первой мы узнаем новые факты, тогда как относящиеся ко второй сообщают нам некую обобщающую интерпретацию фактов уже известных. Это, второе зовется историософией — и многие историки обычно произносят данное слово с нотками презрения.

От редакции. Наш самый могущественный сосед – Китай – все время укрепляет свои позиции как в мире, так и в регионе. Как реагировать России: пытаться найти варианты сближения или, наоборот, двигаться прочь от этой пугающей мощи? Как исторически складывались отношения двух стран, и оказывает ли влияние прошлое отношений на их настоящее? Обо всем этом РЖ решил побеседовать с Вилей Гельбрасом, ведущим российским китаеведом.

Недавно на сайте "Русского журнала" появилась очень интересная статья Александра Морозова, в которой он с позиций сторонника учения немецкого философа Иммануила Канта, попытался предложить альтернативу господствующей ныне в российском обществе морали.

Опубликованная в РЖ статья Дмитрия Узланера "Без идеологии никак" вызвала у меня ощущение легкого сумбура, причиной которого стали некоторые особенности представления материала автором. В частности возник вопрос: идеология – это действительно ли лишь отношение людей к социальной реальности (как то следует из приведенной в статье цитаты из словаря), или это к тому же и способ конструирования данной реальности (что так легко «логически» «вывел» из указанной цитаты автор)?

Рецензия на: Фоменко И. К. Скифия–Тартария–Московия–Россия — взгляд из Европы. Россия на старинных картах. М.: ООО «Фирма „Актеон“», 2008. 812 с., илл. * * * В чем же причины и истоки глубинного, непреходящего и иррационального страха, который европейцы питают по отношению к России?

Почти 18 лет назад, в момент возникновения современной России негосударственные ВУЗы вызывали опасения: обучение за деньги может привести к банальной торговле дипломами. Но они же внушали и надежду на возникновение действительной качественной альтернативы находящемуся в кризисе государственному образованию. Сегодня уже можно сказать точно, как опасения, так и, в значительной мере, надежды оказались напрасными.

Для меня поход в книжный магазин — довольно нервное занятие. Во-первых, все жальче денег. Когда я приехал в Россию из Эстонии, где родился и учился, книжки не стоили ничего. Многие жаловались, но мне было с чем сравнивать. С тех пор как оставить 500 рублей в книжном салоне на петербургском филфаке считалось верхом расточительства и позволялось не чаще раза в месяц, минуло восемьдевять лет. Когда я изредка бываю в Е вропе, то спокойно покупаю книжку за 20 евро.

В отличие от того, что принято думать, политические идеи рождаются, развиваются и стареют с такой же неизбежностью, как шпенглеровские "культуры". Ложка хороша к обеду, и смерть старых идей – достаточная причина рождения новых, а также – наоборот... Когда в очередной раз поднимается вопрос о возможности формирования антизападного союза России и Китая, стоит заглянуть в календарь и уточнить, в каком году находишься.

Как это ни парадоксально, но полноценный российско-китайский антизападный союз не может состояться потому, что не имеет никакого другого наполнения: его «антизападность», по крайней мере для России, является самоцелью. Китаю такой вариант интересен лишь постольку, поскольку он может разыгрывать «российскую карту» перед Вашингтоном. При этом в Пекине практически не скрывают того, что отношения с Соединенными Штатами играют для Китая несравненно большую роль, чем отношения с Россией .

Проблема вот в чем. Привыкли думать, что эпатажный акционизм как-то связан с "освободительностью". Действительно, в 60-е годы, на излете модерна, акционизм "раздвигал рамки". Грубо говоря, как рок-музыка. То есть акционизм сопротивлялся "тоталитарному". Причем, между подсоветским арт-сопротивлением и западным была общая база. Потому что RAF, рок-музыканты, фукоисты и т.д. понимали и свое собственное "буржуазное общество" как тоталитарное.