Сегодня, дорогие читатели, ни слова о политике. Только печальная повесть о том, как друзья отвели меня в ночной клуб, и что из этого вышло. В ночь с субботы на воскресенье в череде моих вечеров выходного пьянства и сериалосмотрения наступила вынужденная пауза. Меня чуть ли не насильно вытащили из дома, затолкали в машину и вывалили перед входом в клуб Gipsy. Перед входом мы и тусовались первые сорок минут, ибо фэйсконтроль был жесток и пускал только тех, кому нет 16, и кто не мыл голову неделю.

Подъезжая в Перми к дому по адресу «улица Докучаева, 27», сразу понимаешь, что в непростое место попал. Признаков, в общем-то, два: сразу отрубаются мобильники, а по всему периметру забора, встречающего вас на подъезде, аккуратными пружинами расположилась «колючка». Нетрудно догадаться, что перед вами — зона, а точнее — женская исправительная колония № 32. Обычно в колонии приезжают те, чьи родственники или друзья отбывают там сроки заключения. Меня в ИК-32 привела другая причина.

Юристы, журналисты и активисты Судорожно решают: «Куда бы съебнуть им?» А мне, поэту и юмористу, Снова искать рифму к слову Путин. Кто-то уедет к ебеней матери, Кто-то попугает, но не уедет, А мне сатирику-стихослагателю Снова искать рифму к слову Медведев. Тяжела ты доля российского поэта, Вечно живешь, как в цепи закованный, Новых героев в наличии нету, А те, кто есть, давно зарифмованы. Обещали сенсацию на последней минуте, Которая станет чем-то подобным торпеде.