Намек понятен, но не страшен
Марш почему-то показался мне очень коротким. Загнанный в рамки, зажатый между решетками бульваров и стенами домов, он прошел до проспекта Сахарова очень быстро. Не знаю, сколько было человек, изнутри оценить нельзя, но сколько бы их ни было – убийцам Бориса все равно оказалось очень страшно. Главный звук шествия – постоянный низкий монотонный стрекот вертолета. Что он там, в своей вышине, хотел видеть внизу? Не знаю, но зависал наглядно, пристально.