Андрей Полонский Дорога на Север петляет, кружит, пытаясь приморочить путника, сбить его с пути и с толку. Чем дальше на Север и на Восток по России, тем сильнее чувство отъединенности, смещения привычных ориентиров, примет другого, почти затерянного мира. Присутствие городов и деревень, совершенно особенных миров в конце таких дорог составляет едва ли не главное обаяние русского пространства, и уж точно его родовую черту. Такие земли в России очень часто – территория ухода, зона побега.