Как было показано в первой части книги, сравнение в истории существует с незапамятных времен, но только с конца XIX в. историки под влиянием естественных и социальных наук, в которых широко применялся сравнительный метод, также заговорили о его использовании в своих исследованиях. Характерно при этом, что поначалу сам сравнительный метод считался единым, общим для всех наук, и споры велись, главным образом, о том, насколько плодотворным будет его применение в истории. Если Ш.-В.

8 февраля умер Олег Волов. Вечером, 9 февраля, я сидел в Витиной комнате и мы с Витей ели пополам ватрушки, которые я купил по дороге. Мы заранее договаривались встретиться — чтобы обсудить, как собрать денег в помощь Олегу. Олег угодил в больницу со вторым инсультом. Днем, 9-го февраля, мне позвонил Андрей Жданов и сообщил о смерти Олега. Теперь мы сидели в Витиной комнате и ели ватрушки. Слов, конечно, не было. А несколько дней назад, говорит Витя, умер Борис Иванов.

Пожалуй, не существует ясных критериев, способных чётко разделить утопии и антиутопии, социальную и научную фантастику. За исключением интуитивного понимания, что антиутопия — это описание такого общества, которое не сулит особого оптимизма. Поэтому мне кажутся избыточными классификации, предлагающие как подвиды утопий (экотопия, практопия и др.), так и различия между вероятным будущим и альтернативной историей.