Фото обложки книги Аллена Гинзберга «Вопль» I saw the best minds of my generation destroyed by madness, starving hysterical naked, dragging themselves through the negro streets at dawn looking for an angry fix, angelheaded hipsters burning for the ancient heavenly connection to the starry dynamo in the machinery of night… Allen Ginsberg, “Howl” Бит-поэзия (поэзия битников) развивалась в течение 1940-х годов одновременно в Нью-Йорке и на западном побережье, хотя Сан-Франциско стал сердцем

В.: Я. Дитя. Так много ты еще никогда не говорила! Я часами слушаю тебя, но что ты сказала? Я уже не помню. Ты хочешь двойную свадьбу, но не знаешь, кто должен стать второй парой? Этого хотели многие девушки, а потом вдруг оказывались втроем, и сами оказывались лишними! И каждая хочет героя, ну, разумеется, кого же еще. Кого-то, кто с чувством долга возьмет на себя долги и будет их выплачивать. Я: пример, но дурной! В договорах господин, по договорам лишь раб.

Спускался намедни в подвал, разбирался в дедовском скарбе, обнаружил старенький Telefunken, который, как оказалось, работал. Смёл со стола надоевший ноутбук (убрал в коробку, отправил в подвал), поставил на его место приёмник, который зову по-народному: «радио». Эфир заполнен в основном арабскими и азиатскими голосами. Я ничего не понимаю в них, однако, бывает, передают музыкальное, вкусное, да и сами голоса под лёгкий треск эфира звучат: чистый лаундж.

19 января в Электротеатре «Станиславский» состоится презентация нового номера журнала «Синий диван» — о насилии в современной культуре. «Сигма» публикует отрывки из статей выпуска, посвященных снаффу. Постер к фильму Snuff. Реж. Майкл Финдли, 1976. Олег Аронсон, « Bolito: популярная механика» Зададимся простым вопросом: кто такой современный зритель, зритель эпохи кинематографа и масс-медиа?

Многое мы получаем по наследству,и страхи тоже — через язык, фольклор,предания. Мой собеседник — Татьяна Михайлова, доктор филологических наук, профессор кафедры германской и кельтской филологии филологического факультета МГУ, ведущий научный сотрудник Института языкознания РАН,специалист в области романской филологии, кельтологии, ирландистики, сравнительной мифологии и фольклора, жена философа Вадима Руднева. Татьяна Михайлова — автор книг «Банши.

Иногда приходишь и понимаешь — я скучаю. Не как за любимым человеком… Как за любимой сладостью, за любимой музыкой. Как за любимым, родным городом. За старой книгой… Ты видишь такую родную и знакомую обложку. Открываешь, вдыхаешь запах страничек… начинаешь читать, что-то цитируешь наизусть… И вдруг какой-то момент заиграл ярче. Не так как раньше. И ты наслаждаешься этим моментом. Но в глубине души когтями царапается сожаление — книгу-то ты уже читал.

Последнее время меня беспокоят шторы. Они у меня самые простые классические на петлях хлопковые цвета фисташек с зеленью и коралловыми цветками. Цветки завитые барочные складчатые и зелень завитая в ритм со складками штор, но они не мои, эти шторы, вот в чём проблема. Мне их дали на время взамен моих изумрудных с ламбрекеном, которые я отдал подшивать, но мне их так и не вернули, а прошёл уже год, может быть, даже два, я сбился во времени, потерялся в нём, будучи тут. Неважно. Второе.

Этан Цукерман — директор Центра по изучению гражданских медиа при Массачусетском технологическом институте (MIT), интернет активист и блогер, в своей дебютной книге описывает, как социальные сети, транспортные хабы и новые информационные технологии изменяют нашу жизнь.

Знаете, что вы чувствуете, когда выходите на природу надолго? Когда на десятки, сотни километров нет машин, скопления людей, вообще связи с внешним миром? Это свобода. Когда стираются все социальные границы, когда не нужно соответствовать своему статусу. Когда обычный повар/слесарь/строитель умнее, сильнее -и физически и морально — дипломированного белого воротничка. А иногда вообще непонятно кто есть кто в обычной жизни.