Пьеса «Отелло» относится ряду великих трагедий Шекспира наравне с «Макбетом», «Королем Лиром» и «Ромео и Джульеттой». Понимали и ставили её по-разному. И как назидательную повесть, предостерегающую от неравных браков, и как трагедию ревности, и как историю доверчивости («Отелло от природы не ревнив, напротив: он доверчив» — считал небезызвестный в определенных кругах А.С. Пушкин).

Я? Сдача с первого шага. Каких позиций? Определенных, определяемых, подлежащих определению. Что подлежит? То, что мы способны определить? Я — способно подлежать? То есть не с первого шага, еще до него. А что «до»? Ничто? А что в зиянье ничто, в этом «до-я» доит тебя, доит твой голос, понуждая сказать «я» и вслед за этим «кто говорит?» — подлежащее говоренью? Сергей Соловьев «Книга», 2000 г.

( Полная версия статьи опубликована в журнале «Неприкосновенный запас», №107 (3/2016)). Здание-колонна было известно задолго до Лооса, но ему удалось вдохнуть в этот образ новую жизнь. Существует Башня-руина, построенная Фельтеном в Царском селе (1771-1773) и “Colonne brisee” (ок. 1780) неизвестного архитектора в парке Дезер де Ретц в Шамбурси, к западу от Парижа, представляющая собой четырехэтажный дом с винтовой лестницей и подвалом.

трагедія в 5-ти розмовах Діючи особи Петро — чоловік на колії; Марія — дружина Петра; Павло — сусід Петра; Ганя — коханка Петра; Ярема — закінчений п'яниця; Марко — репортер. Поліцейські, люди на платформі. Розмова перша На залізничній колії, поряд з платформою для приміських потягів, сидить чоловік в старому костюмі й кепці. Він обхопив руками коліна та дивиться в далечінь. Його обличчя напружене, погляд дикуватий. Несподівано цей чоловік починає говорити сам із собою.

… Читателю здесь места нет. Нет стороны для соучастия. Они идут по лесу: двое — она и он. И лес горит, холмы листая. Странно, он думает, деревья стоят в огне, как Даниилы, и не сгорают. Мертвое горит в полнеба, а живое — лижет огонь, озарено. Как буквы, стоят деревья, а страница горит под ними. Что горит? – пробелы, звенья. А они стоят и зеленеют. На черном, выжженном. Он проговаривает жизнь. Нет места для соучастия. В самом себе. Нет стороны. Они идут по следу тигрицы. Почти фантома.