Перевод работы Эрана Дорфмана, в которой он рассматривает переплетения скуки и усталости в повседневной жизни с помощью примеров из французской декадентской литературы и философии Мартина Хайдеггера. Эдвард Хоппер. Summer Evening Друг мне о чем-то рассказывает. Я изо всех сил стараюсь слушать, но что-то меня отвлекает от его слов. И вот я чувствую странный толчок внутри себя, резко поднимающийся наружу, — я зеваю. Мой друг умолкает и смятенно смотрит на меня.

Биография Ленина писателя и литературного критика Льва Данилкина, вышедшая в издательстве «Молодая гвардия», стала одним из центральных литературных событий столетнего юбилея революции 1917 года. К петербургской презентации книги в литературном клубе на Новой Голландии с участием автора и художника Арсения Жиляева публикуем фрагмент главы, действие которой происходит в Петербурге, — о заключении на улице Шпалерной, ленинской критике народников и знакомстве с Крупской.

Супружеская измена — это маркер, симптом несчастливого брака. Адюльтер может говорить о неудовлетворенных потребностях супругов в браке. Не получая чего-то в семье, супруг или супруга ищут это на стороне. Измену способна преодолеть не каждая семья. Поэтому проще заняться супружескими отношениями при первых «звоночках» неудовлетворенности, чем подвергать свой брак такому испытанию.

Отношение многих религиозных традиций к использованию органов после смерти двоякое: с одной стороны, должно быть уважение к покойнику, с другой стороны — есть живые, которые нуждаются в помощи. Ислам со свойственной ему скрупулезностью прописывает, как избежать злоупотреблений: "Всевышний Аллах даровал человеку самый высокий статус среди всех Своих творений. Согласно исламу, после смерти человека его тело должно быть омыто, покрыто и похоронено в неприкосновенном виде.

Статичная вещь, опережающее движение, смазанный образ или случайно брошенная реплика — двигатели реакций в пространных поэтических фрагментах Влада Гагина.

Материал из #18 [Транслит]: Драматургия письма Диалог независимой исследовательской лаборатории Theatrum Mundi о границах между авторами и зрителями и возможностях их преодоления Галина Шматова : В своей реплике я хотела бы обратиться к вопросу о том, как сами участники современной московской театральной коммуникации ощущают, понимают ее ограничения, как для них определяются законы взаимодействия автора и адресатов внутри пространства коммуникации.

Художник Александр Шаблыко вдохновляется импрессионистской живописью и пишет фантастические миры, рожденные в сказочным тумане его фантазии. Сам автор картин признается, что источник его картин лежит в тесном контакте с надреальнотью. И чтобы убедиться в этом, достаточно даже беглого взгляда на эти полотна. Собственно, про них мы и решили с Александром поговорить. Художник Александр Шаблыко. Фото из личного архива. — Вы тяготеете к импрессионизму, это чувствуется сразу.

Больше тридцати лет Норберт Мёсланг (Norbert Möslang) сольно и вместе со своим партнером Энди Гулом (Andy Guhl) в легендарном проекте Voice Crack прокладывал новые пути концертами, альбомами, инсталляциями, импровизациями, фотографией и видеоартом. Его работа зиждется на разрушении, ошибках и хаотических системах, склонных к полному самоуничтожению, тем самым открывая свои тайны. « Наша жизнь — сплошные вибрации, каждая из них откликается на определенный резонанс.

Я сравниваю людей с новогодними ёлками. Шарики висят на ёлке не просто так, они её дополняют и украшают. В своём мире я главная ёлочка, так сказать городская, куда каждый житель моего «города» может повесить «игрушку». И так же с людьми. Всегда можно снять или повесить на себя ярлычок. Для себя я поняла, что я люблю классику, а значит любовь, дружба, и благополучие уже висят на мне. И пока они там находятся я становлюсь именно такой.