Под монотонный шум дождя, неприметная кофейня в центральной части города, стала спасительным ковчегом, дарующим надежду, что хляби небесные источаться и не будут мучить залитый водой город. Что, солнечные лучи пробьют тоскливо-мерзкий атмосферный фронт и вместо серой зыбкой пелены, окутавшей окружающий мир — в него, придут краски обновления. Нет не серые, настоящие, вдобавок подсвеченными яркими лучиками Солнца. — Здравствуйте, Олег. Это я позвонила вам и попросила о встрече.

После двухдневного погружения в театральную жизнь России, когда 24 часа в сутки ты питаешься театром и всеми произведениями искусства, что его окружают, когда с 10 утра до 10 вечера ты находишься в сием храме культуры и искусства,то само по себе назревают вопросы: а что есть Театр? Как понять хорош ли он и по нраву ли зрителям? Как отличить хорошие спектакли от тех, что нам навязывает реклама?

Каждый раз, когда вижу как на очередное исполнение оперы Шарля Гуно «Фауст» все вокруг за секунды жадно хватают билеты, успокаиваю себя забавным фактом, о котором почему-то не часто упоминают. Первое исполнение оперы «Фауст» на публике — это история скорее не из области искусства, а из области «искусства бизнеса». Амбициозно запланировали в Лондоне сразу четыре исполнения. Разумеется, никто билеты не купил.

Пересказать, что происходит в новой книге Гузели Яхиной, решительно невозможно: займет много времени, да и запутаешься всё равно. Несмотря на то, что читатель, никуда не сворачивая с жесткой хронологической канвы, топчется всю дорогу вокруг одного героя и трех-четырех персонажей второго плана, текст умудряется примерить сразу несколько разных, вполне себе самостоятельных сюжетов.

В те далекие времена, когда старый Микки Рурк, похожий на восковую куклу, не избивал на ринге бомжей на потеху путинским олигархам, а кино еще считалось искусством, Фрэнсис Форд Коппола и его друзья аккуратно закапывали в землю созданное их же руками детище — Новый Голливуд. Для XX века белые буквы на калифорнийском холме заменили слово Библия для предыдущих времен. Европа создала свой великий кинематограф, но он не смог противостоять напору и технологической мощи американской киноиндустрии.