Воскресный холодный вечер я провела в театре на спектакле «Тихий шорох уходящих шагов». И это было сильно. Полумрак, в котором едва различаются люди. Все сидят в слегка напряженной тишине. Шепот собравшихся превращается в шелест. Потому что тихо и темно. Такова атмосфера самого таинственного (на мой взгляд) спектакля Кировского драматического театра. Уже в следующую секунду начнется действие, но до конца спектакля останется один риторический вопрос: это сон или явь?

Сегодня состоялось открытие фестиваля «Ново-сибирский транзит» где мне, так же как и другим участникам трэвел-гранта от СТД РФ “ART — БАГАЖ”, выпал шанс побывать. Почти завершился первый фестивальный вечер со множеством прекрасных встреч, новых знакомств и просмотром спектакля «Пер Гюнт» Г. Ибсена, который представили на суд зрителей коллеги из Красноярского ТЮЗ (а). К слову надо сказать, что режиссер этого спектакля Роман Феодори, художник Даниил Ахмедов. Но обо всем по порядку.

A LAND OF MILK AND HONEY 1 (младенческий мир) в младенческом мире молочные реки кисельные берега неисчерпаемое, сказочное изобилие течёт река материнского молока материнская грудь – кисельные берега старые детские сказки говорят о младенческом мире: солнце птицы несметные сокровища там никто не знает, что значит голод еда никогда не кончается еда никогда не кончается это – a land of milk and honey, дружок a land of milk and honey 2 (мать идёт за ребёнком) деток посылает Бог но их до поры держат

Как вступить в коммуникацию, минуя язык, за пределами которого мы не находим смысла, не видим смысла в себе и, соответственно, в том, что за этими невидимыми пределами находится, в том, чего мы, то бишь, не видим? Излишне, но не банально упомянуть о том, что коммуникация в качестве того, что имеет возможность преодолеть так называемый шум , делает это лишь при условии, что сохраняется эгоцентрический, нарциссистский статус-кво.

Мы слышим слово «самость» и в голове рисуются картинки чего-то животного. Как это? Почему? Действительно есть в самости человеческой что-то животное, сильное, дикое, скрытое. Порой запредельное. И что же это такое в реальной жизни мегаполиса и как проявляется? Самость — это крепкий контакт со своей взращенной силой, которая произрастает из права быть и самоценности, плюс уверенность в себе, приправленные чистотой, самолюбием и умениями просить и прощать. Все просто.

Сегодня мы оставляем теорию позади и перемещаемся прямиком в колыбель западноевропейского театра — Древнюю Грецию. Мы увидим и как театр возникал, и как он получил развитие, благодаря кровожадному тирану. А заодно попутно узнаем что общего у древнегреческого театра с современным конкурсом Евровидение? Почему государство уже тогда понимало важность театральных фестивалей и активно их проведению способствовало? Чем правителям оказался выгоден зрительский катарсис (и что это вообще такое)?