В Советском Союзе космос считался утопическим пространством мечты, где реализовывались государственные проекты, значимые для всего человечества в целом, но парадоксальным образом отчужденные от каждого человека в отдельности. С распадом СССР и в результате общепланетарных экономических и социальных процессов космос оказался коммерциализирован, вместе с тем став более доступным для частных инициатив.

«Шишимская горка» публикует серию текстов, в которых рассказывается о различных составляющих процессов вокруг арт-резиденции. Один из главных вопросов вокруг художественных резиденций — кто, собственно, делает предложение, а кто его принимает? Наиболее распространено представление о художественной резиденции как о некой девице на выданье: ей посылают предложения, одно другого наряднее, а она отвергает их, не слишком раздумывая.

John William Waterhouse, «The Lady of Shalott» (1888) Глава 1 Заколдованный город Некогда в одном маленьком городе, в старом доме, выходящим крыльцом на запад, жила девушка по имени Тсеритса. Была она красива и умна, но нелюдима — не было у неё ни мужа, ни друзей среди горожан, кроме одинокой выжившей из ума старухи, торговавшей из–под полы самодельным вином. Зато странникам, обездоленным и заблудшим, всегда было место под её крышей.

Брест, 6 сентября. Фото — binkl.by Внутренняя эмиграция приводит к импотенции культурного кода. Рано или поздно старые творцы перегорают, а новые подхватывают их засохший дискурс и погружаются в борьбу за ещё одну ступеньку в пирамиде Маслоу. Бытовые хохмы проникают в культурное бессознательное и вместо эволюции национального масскульта мы получаем компот из голливудского вторсырья, российского стендапа и революционно-стагнационных строчек из песен Tor Band.

Закопайте Бодрийяра на вершине Монпарнаса; если Вы способны отыскать вершину. пусть приснится Вам его блаженная гримаса, пусть блистает Вам она, как нам — алмаз из–под матраса; остальным мы дарим алчную гречанку без кувшина. Ведь кувшин, увы! Тот молнией расколот, или, может быть, секундной стрелкою. Чудно как, что Бодрийяр — не гинеколог ! Таки гены ! Пусть Вам, тем, живущим под мифическим монголом, не покинуть с опустевшею тарелкой мизансцены.

Вопрос «истории» Ccru (Cybernetic culture research unit, оно же ГИКК, т. е. Группа Исследования Кибернетической Культуры прим.) проблематичен не в последнюю очередь потому, что деятельность Ccru характеризуется его антагонизмом по отношению к устоявшейся темпоральности.

* В девяностые годы у подмосковных школьников средней школы был свой дресс-код: школьная форма становилась мала, выворчивалась наизнанку, от неё отрывались рукава, и она превращалась как бы в джинсовую куртку без рукавов. На спине шариковой ручкой — тёмно-синим по бледно-синему — надо было написать логотип хард-рок-группы: все эти логотипы состояли из острых углов, а первая и последняя буква была всегда не просто колючая, а изогнутая под дугой.

Публикуем эссе Марии Королевой о коинсидентологии Йоэля Регева в системе современного российского искусства. Илья Кабаков, Маленькая галерея, 1967 © Sotheby’s Проектор показывает слайд с коллажем из нескольких карт, по краям небольшие фотографии, дающие дополнительные подсказки. Есть следы модернистской решетки в виде красных линий, соединяющих снимки и планы местности.

Все творческие эксперименты немецкого художника Курта Швиттерса заключали в себе парадоксы. Его подход совмещал серьезность и дисциплину с абсурдизмом и насмешкой над повседневностью и рутиной. Свое главное произведение, тотальную инсталляцию Merzbau, Швиттерс на протяжении долгих лет создавал у себя в доме из хлама, обломков, мусора, найденных обыденных предметов.

«Без сомнения, сапатистское восстание 1994 года явилось главной вдохновляющей силой антиглобалистского движения во всем мире. Оно, конечно же, было поворотным пунктом в процессе, который привел к демонстрации 1999 в Сиэтле, сорвавшей встречу ВТО, после чего ВТО и по сей день не смогла оправиться. События в Сиэтле, в свою очередь, привели к созданию в 2001 году Всемирного социального форума (ВСФ), который стал главным местом концентрации антиглобалистских сил» [1].

Вне силы тяжести, // вместо неё, есть дом. Элис Нотли Поэзия Еганы Джаббаровой — это проникновение в мир другого, который на мгновение становится доступным. Её письмо подразумевает тщательную работу с политическим, социальным, мифическим, религиозным и мистическим пространствами.