А ведь можно забыть плохое, Оставив в наследство только хорошее. Ведь можно помнить о чудесных людях, Убедить себя, что они не выдумка. Ведь можно сложить в рюкзак Что-то настоящее, стоящее, без изъяна, Образы тех, кто заставляет тебя улыбаться, И жить, петь, смеяться. Ведь, наверное, можно все это — Возможно все это. Ступить на дорогу солнечным летом, Пережив, так неожиданно, неожидаемо, Мрачные зимние дни. Ведь можно, закрыв глаза, Представить, что очистилось небо.

Иногда стоит провалиться в бесконечную яму, чтобы обрести новую почву под ногами. * А далее будет и так далее, а там уже, глядишь, и ничего не будет. * Совесть — это древние ноги, и как поступаешь, так к цели будущего и дойдешь. * В бесконечности лабиринтов мышления бесспорное является тупиком. * Чтобы дойти до сути, нужно пересмеяться. * Человек — пустое существо, надутое игрой самолюбия Дарвина.

Двое мужчин и женщина рассказывали мне о пустыни, потом я ещё видела видео, как люди, дальние знакомые, в безумном счастье катятся по песку, захлебываясь от восторга. Так же купались в бескрайних снегах Мурманска инстаграмные знакомые, придавленные гравитацией, поддерживаемые земной карой. Из всего потока информации больше всего меня впечатлил рассказ старого мужчины. Склоняясь к шестидесяти годам, он располнел так, что с трудом держал свой вес. Его неполноценность ограничила его от общества.

Быков в своем произведении проводит аналогию между главным героем и обществом, а точнее между российским обществом — жестоким, беспощадном, жадным. Тем самым создавая две стороны конфликта — те кто ворует и живет хорошо и те кто живет честно, но бедно. Главный герой и его отец — представители второго типа, а мать героя и его жена — первого, это прекрасно видно в первой же сцене, когда нам говорят, что Дима с папой чинят скамейку почти ежедневно.

Одной из самых необычных дисциплин современной философии науки и технологий является «медиа-археология», которая рассматривает искусство и медиа с помощью анализа передающих их технологий и их происхождения, а не контента, таким образом «раскапывая» в материальном опыте современного мира ключи к пониманию его нематериальных аспектов. Учитывая безграничное перенасыщение сегодняшней повседневности медиа-технологиями, этот критический и исследовательский метод является очень актуальным и гибким.

Супруги Алябьевы гуляли со своим корги, шли себе; вот стена с большой пробоиной. Ну как же не заглянуть? Собрались подойти, а оттуда громадная собачья морда высунулась, черным влажным носом шевелит, нюхает воздух, потом чихнула. Корги Алябьевых гавкнул. Кажется, ретривер там, золотистый. Ну и ладно. Пойдем дальше, насладимся прогулкой, и так на последнее желание дали щедрые десять минут. Семенит корги, позади джип едет с платформой и солдатом, готовым стрелять.

20 марта в 19:00 Центр М’АРС приглашает вас на эксклюзивный Арт-вечер, где мы познакомим вас с новаторами современного искусства и покажем их лучшие творения. Хедлайнер вечера — JADE.project — встретит вас неповторимым перфомансом. Авторская музыка, симбиоз живых и электронных инструментов, в самых современных тенденциях звучания в сочетании с этно вокалом Tati (Татьяна Ухина), откроет в вас внутренние силы и невероятную энергию.

На балконе третьего этажа заметили девочку лет десяти в легком платье. Смотрели и в другие дни; девочка стояла на том же месте, в дождь, снег, стужу, так до самой весны. Вскрыли квартиру, семья за столом давно мертвая сидит, истлела. На балконе никого не видно — изнутри, снаружи, из соседнего дома, — пожалуйста. Сказал жене, что вчера девочка мне помахала, обозвала дураком.

Перевод Станиславы Ларциной под редакцией Елены Георгиевской [1] Я, Верховная Жрица, Я, Энхедуанна! Там я подняла ритуальную корзину, И там я пела крик радости. Но этот человек бросил меня среди мертвецов — Энхедуанна, 23 век до нашей эры (Переведено с шумерского Бетти Де Шонг Мидор) Что случается с женщинами? Я пишу об этом уже десятки лет: пресса заполонена обсуждением книг, написанных авторами-мужчинами.

Водим хоровод вокруг мужчины, которого невозможно разглядеть толком, ведь как только сосредотачиваешь взгляд, все расплывается и скользит в сторону, и в глазах резь и двоится, но все равно смеемся, хотя холодный пот течет по спине, а городское солнце жарит наши девичьи затылки.