Что мы приобрели и что потеряли, сменив свиток на кодекс, а кодес на экран компьютера и портативных гаджетов? Независимо от разных форматов, привычек и обстоятельств чтения, утверждает Альберто Мангель, листает книгу или сидит перед экраном читатель, вдыхающий жизнь в слова и придающий им смысл; именно он держит в руках незримую нить, объединяющую все точки мира и все поколения, прошлые и будущие.

Когда политика вторгается в жизни и судьбы мирных граждан, об этом не молчат. Цинизм и лицемерие, присущее постэтике, однако, не сразу бросается в глаза. Это небольшое размышление о постэтике не претендует на новизну, но, возможно, очерчивает границы, которые в последнее время размывались всеми возможными институциями. Прежде, чем начать, я бы хотела сказать, что мои мысли и мысли многих россиян сейчас находятся со всеми жертвами политических трагедий последних лет.

1. Кони апокалипсиса и государственно-частное партнерство Привет, друзья! Уже давно наступил 2024 год, и с момента первых моих публикаций многое успело поменяться. Несмотря на то, что физически я все еще нахожусь там же, где и три года назад, и все еще лишен свободы, а вы, как я надеюсь, пока еще нет, и, возможно, даже куда-нибудь переместились физически.

Шепотом на выставке дневники 1 июня 2022 Доброе утро! Деловые люди начинают день с газет, поэтому я тоже открыла номер Frieze, посвящённый венецианской биеннале 2022. Я открыла для себя недавно кинокураторку и главу-основателя видеоколлектива habibi collective и Shasha Movies Ройшин Таппони (и бесстыдно зафанатела). В этом номере она берет интервью у франко-алжирской вижеохудожницы Зинеб Садира, создавшей французский павильон в этом году.