Гретель была старше Гензеля на восемь лет. В день его рождения, завернутая шарфом до самых глаз, она пришла со школы и увидела отца, в окружении бутылок. Они означали одно из двух: всё слишком плохо или слишком хорошо. И то, и другое заставляло пол шататься. "Сходи за пивом, — бросил отец, — у тебя брат родился". Не пойти было нельзя. Гретель вышла обратно на мороз. Брат не был реальностью; зато был холод. Мать вернулась из больницы неделю спустя, издерганная, измученная.