О нас
Коллекция
Для исследователей
Рассылка
Наш Telegram
Рассылка
О нас
Исследователям
Коллекция
Проект "Kronika"
О нас
Коллекция
Для исследователей
Рассылка
Наш Telegram
Дата
15.10.2017
Автор
Борис Юнанов
Источник
New Times
Сохранённая копия
Internet Archive
Оригинал материала

Сплошное понарошку

Почему Валентине Ивановне Матвиенко не суждено помирить Южную Корею с Северной

12 октября в Северной Корее был издан новый атлас мира, где Крым обозначен российской территорией. Этот факт настолько воодушевил российские посольство в Пхеньяне, что на его официальной странице в Facebook появилось что-то вроде пресс-релиза: «Издательство «Научная энциклопедия» (КНДР) выпустило новый политический Атлас мира. Обратили внимание на то, что полуостров Крым (стр. 240–242) уже окрашен в российские цвета. Как нам пояснили в МИД КНДР, республика уважает результаты состоявшегося в Крыму референдума о вхождении полуострова в состав Российской Федерации, считает его итоги легитимными и полностью отвечающими международно-правовым нормам».

При этом в посольстве сочли необходимым подчеркнуть, что «аналогичным образом в Пхеньяне относятся к вопросу о принадлежности Курильских островов» — то есть в новом северокорейском атласе все четыре острова Южно-Курильской гряды — Хабомаи, Итуруп, Шикотан и Кунашир, — на которые смеет претендовать Япония, нагло именуя их «северными территориями», окрашены в российские цвета. Невооруженным глазом заметить трудно, но ведь в дипломатии многое приходится рассматривать через лупу.

Щедрый жест Пхеньяна и умиление по этому поводу российского посольства — уже второй за нынешнюю осень сигнал о том, что у России с Северной Кореей получается танцевать то самое танго, которое у нее решительно не получается танцевать с США, на что уже поочередно обращали внимание и госсекретарь Рекс Тиллерсон, и глава МИД РФ Сергей Лавров. Первым сигналом был призыв прекратить загонять в угол Северную Корею, чей народ будет есть траву, но не сдастся врагу, — с ним выступил в сентябре на экономическом форуме во Владивостоке Владимир Путин.

И вот — сигнал номер три: при посредничестве спикера Совфеда Валентины Матвиенко готовится и даже вот-вот стартует переговорный процесс между двумя Кореями — Северной и Южной. Глава Национального собрания (парламента) Республики Корея Чон Се Гюн, если верить российскому официозу, уже практически дал согласие прибыть в Россию для встречи со своим северокорейским коллегой. Пхеньян, правда, пока колеблется, но лиха беда начало... Уломаем. Посадим за стол переговоров. Принудим к прямому диалогу. И пока президент Америки грозит Северной Корее «полным уничтожением», мы будем одну за другой выпускать в небо голубок мира — на радость всему прогрессивному человечеству…

В 2005 году произошло то, что и должно было произойти: КНДР вышла из переговоров, попутно признав, что у нее есть ядерное оружие. А потом снова стала делать вид, что она его не хочет

При всей внешней разности сегодняшней России и Северной Кореи в их государственно-общественно-политическом устройстве есть одна фундаментальная черта: и там и там — все понарошку. Правящая партия — понарошку. Парламент — понарошку. Внешняя политика, включая переговоры в международном формате и заявления МИДа, — тоже, по сути, понарошку, потому что все решения, ради нахождения которых вроде бы ведутся переговоры, — они уже давно приняты узким кругом лиц по предложению самого главного лица в этом кругу, и позиция страны по ним зафиксирована на годы, а то и десятилетия вперед. Единственное, что не понарошку, — это то, что на уме у первого лица. А что на самом деле на уме у первого лица, не дано знать никому, все знают лишь то, что это очень часто далеко не то же самое, что у него на языке. В итоге получается, что даже то, что говорит первое лицо (иной раз даже первому лицу другой страны), — тоже понарошку.

Вот, к примеру, когда молодой президент Путин, возомнивший себя сеятелем добра в мире, приехал в 2000 году с визитом в Пхеньян, тогдашний вождь КНДР Ким Чен Ир обещал ему свернуть северокорейскую ядерную программу. Прошло немного времени, и этот самый вождь, улыбнувшись, сказал, что он, мол, пошутил.

А еще через год Ким Чен Ир сказал Путину по большому секрету, что у его страны уже есть атомная бомба и что они с помощью обычных арт-систем могут «доставать далеко» (читай: у нас на прицеле весь Сеул с окрестностями, причем где стоят наши пушки — соседи не знают). Этот эпизод, о котором буквально на днях рассказал сам Путин, говорит о чем? О том, что к моменту, когда в 2003 году начались шестисторонние переговоры по северокорейской ядерной программе, Путин уже знал, что КНДР де-факто — ядерная держава и реальные переговоры о своем разоружении никогда вести не будет — а будет разве что увиливать и тянуть время. Тем не менее Россия как бы не понарошку, а на самом-то деле — понарошку — участвовала в переговорах.

В 2005 году произошло то, что и должно было произойти: КНДР вышла из переговоров, попутно признав, что у нее есть ядерное оружие. А потом снова стала делать вид, что она его не хочет.

В 2008-м она показательно взорвала охладительную башню своего ядерного центра в Йонбене. И продолжала умолять Запад поставить ей реакторы на легкой воде — для нужд энергетики: мол, нужно всего-то 2 млн кВт в год. И вообще ей бы гумпомощи в эквиваленте 1 млн т топочного мазута — и все, прощай атом, даже мирный. И это, конечно, тоже было понарошку, потому что не понарошку, что Ким Чен Ир уже взял курс на создание водородной бомбы: не успею сам — дело довершит сын.

В 2011-м Ким Чен Ир в военном городке Сосновый Бор в Бурятии лично пообещал молодому российскому президенту Медведеву, который вслед за лидером в российском тандеме возомнил себя сеятелем добра в мире, что КНДР готова вернуться к шестисторонним переговорам без предварительных условий. Разумеется, он сказал это понарошку. А Медведев понарошку кивнул, потому что уж он-то не мог не узнать от своего старшего товарища, как однажды вождь Страны утренней свежести нездорово «пошутил».

Водородная бомба, которая уже есть в северокорейском арсенале, — это не понарошку. Межконтинентальные баллистические ракеты, которые через три-четыре года будут способны долетать до территории США, — тоже

И вот — курс посредничества от Валентины Ивановны Матвиенко. Разумеется, это все тоже понарошку, потому что даже Валентина Ивановна знает: поддержка ее начинания со стороны какого-то там Межпарламентского союза, чем она так гордится и о чем публично заявляет, — для Северной Кореи пустой звук. Так же, впрочем, как и само слово «парламент». А уж про загадочное словосочетание «круглый стол» и говорить нечего.

Но Валентину Ивановну это не смущает, потому что она очень надеется: Северная Корея примет условия игры. Ну а почему бы и нет, в самом деле. Ведь мы же привыкли, что у нас с вами все понарошку...

Увы, тут Валентина Ивановна может не угадать.

Времена изменились. Водородная бомба, которая уже есть в северокорейском арсенале, — это не понарошку. Межконтинентальные баллистические ракеты, которые через три-четыре года будут способны долетать до территории США, — тоже.

А главное — молодой северокорейский вождь Ким Чен Ын, в отличие от своего папы, еще ни разу не пошутил и шутить не собирается. Он вообще, если вы заметили, говорит мало, а если и выступает по ТВ, то стелет не мягко, а нарочито жестко, не утруждая себя дипломатической риторикой. (Говорят, это часть имиджа сильного лидера, которую разработала для него его родная сестра Ким Е Чжон — по велению брата она недавно стала заместителем члена Политбюро ЦК Трудовой партии Кореи (ТПК). Впрочем, это тоже понарошку — для внутренней аудитории. А вот то, что при нем Северная Корея, если ее не остановит кто-то, еще более не склонный шутить, судя по всему, обзаведется мощными и надежными носителями ядерных боезарядов, — это не понарошку. Эта конкретная, четко поставленная цель уже не камуфлируется ни под «нужды энергетики», ни под «а поставьте-ка нам мазута в виде гумпомощи», ни даже под готовность поучаствовать в некоем мирном переговорном процессе под эгидой Валентины Ивановны Матвиенко.

Читайте также: «Корейский цугцванг Дональда Трампа», «Как Россия спасает маршала Кима», «Когда 10 = 1500», «Путин, Си и озорник Ким», «Корейская головоломка», «Тест на безумие».