«Святой Совок» как объект культа

Тема советских преступлений против граждан соседних стран — безусловное табу. Пермский «Мемориал» травят за напоминание о рабском труде и гибели «спецпереселенцев»: сегодня это, как отмечает публицист Иван Давыдов, уже криминал

Иван Давыдов.

Сразу после Дня памяти жертв политических репрессий в Пермском отделении общества «Мемориал» и дома у его главы Роберта Латыпова прошли обыски. Как выяснилось — в рамках «уголовного дела о незаконной вырубке деревьев».

Память под ударом

История эта тянется еще с лета — в августе волонтеры общества расчистили кладбище, на котором похоронены польские и литовские спецпоселенцы.

Поляков и литовцев переселили (насильственно, разумеется) в поселок Галяшер, расположенный неподалеку от райцентра Кудымкар, в 1945-м. То ли 60, то ли 80 семей — точно это неизвестно, не все документы сохранились. Спецпоселенцы работали на лесозаготовках. Голодали, умирали. Появилось целое кладбище, где лежали в основном именно они — поляки и литовцы, родного дома больше не увидевшие. В 1957-м у тех, кто уцелел, появилась возможность вернуться. Люди уехали, могилы остались.

В семидесятые поселок опустел, его больше нет. В 1989-м кладбище посетила делегация из Литвы. Останки тех, у кого нашлись родственники, перезахоронили на родине. А те, у кого родственников не нашлось, так и лежат в мерзлой пермской земле.

Ухаживать за кладбищем в пустом поселке некому. А предпринятая «Мемориалом» попытка привести могилы в порядок закончилась печально. Сначала штраф от Минприроды Пермского края — 200 тыс. руб. «Мемориалу» и 50 тыс. лично Латыпову. Затем — уголовное дело и обыски по постановлению Кудымкарского городского суда.

Атака на пермский «Мемориал» выглядит одновременно и абсурдной, и привычной: обычное такое здешнее безумие, которое на уровне регионов по традиции позлее, чем в федеральном центре

Искали «орудия и предметы преступления, имеющие значение для уголовного дела».

Атака на пермский «Мемориал» выглядит одновременно и абсурдной, и привычной: обычное такое здешнее безумие, которое на уровне регионов по традиции позлее, чем в федеральном центре. Только вот абсурдность эта — мнимая.

Тут глубокий государственный смысл, чтобы не сказать — умысел, и пермские чиновники его если и не вполне осознают, то уж точно чувствуют — тем особым органом, наличие которого и позволяет теперь делать успешную карьеру.

Свое и чужое

Путинская Россия — государство, устремленное в прошлое. Оно безжалостно борется с теми, кого подозревает в попытках «переписывания истории» (есть даже и соответствующие статьи в УК), но само-то как раз историю и переписывает постоянно, перепридумывает, переизобретает, подстраивает события дней минувших под текущие идеологические нужды, оправдывая прошлым современные претензии к ближним и дальним соседям.

Нынешние вожди мнят себя одновременно и наследниками Российской империи, и правопреемниками империи советской. Внутри такой модели — противоречие, которое не спрятать. Советская империя — не продолжение, а отрицание российской, от этого никуда не деться. Если только историю не подладить под злободневные политические задачи, а любые возможности для дискуссий по поводу славного советского наследия последовательно душить в зародыше.

Путинская Россия — государство, устремленное в прошлое. Оно безжалостно борется с теми, кого подозревает в попытках «переписывания истории», но само-то как раз историю и переписывает постоянно, перепридумывает, переизобретает, подстраивает события дней минувших под текущие идеологические нужды

Факт преступлений советской империи против собственного народа хоть и нехотя, да признается: сам президент, пусть без энтузиазма, но все-таки осуждает регулярно сталинские репрессии. Памятник жертвам репрессий в Москве все-таки открыли, правда, не там, где поначалу собирались — подальше от Лубянки, чтобы не травмировать хрупкую психику нынешних наследников бравых палачей. И ежегодную акцию «Возвращение имен» пока не запрещают.

А вот шествие в память о жертвах репрессий в Москве не согласовали. И от проведения чтений журнала «Дилетант» о пакте Молотова–Риббентропа Исторический музей отказался — как бы чего не вышло. Зато телевизор без устали рассказывает об этом выдающемся успехе советской дипломатии. А в Петербурге чиновники пытались запретить таблички «Последнего адреса».

Сталинист Николай Стариков свою очередную книгу о вожде народов, переполненную восторгами, презентовал аккурат в День памяти жертв политических репрессий, и трудно не усмотреть в этом демонстративный жест. Кстати, в столичном магазине «Молодая гвардия», который отказался продавать злополучный номер «Дилетанта» с антисталинской карикатурой на обложке, трудов Старикова — целый шкаф. Поиск риторических стратегий для оправдания репрессий без устали ведут пропагандисты всех калибров. Подручные министра культуры Владимира Мединского уничтожают урочище Сандармох, пытаясь правду о сталинских репрессиях подменить выдумкой о зверствах белофиннов.

На официальном сайте ФСБ — парадные биографии палачей в ряду с жизнеописаниями прочих «глав ведомства». В регионах — памятные вечера, посвященные свершениям отцов-основателей ГУЛАГа. Вот, например, в Магадане недавно чествовали Эдуарда Берзина.

В общем, государство в полушаге от того, чтобы и репрессии объявить великим достижением вечной империи, но пока, повторюсь, держится.

Однако — только в том, что касается репрессий против собственного народа. Это, в конце концов, наше внутреннее дело, здесь мы как-нибудь между собой договоримся. А вот тема советских преступлений против населения соседних государств — безусловное табу.

Наш совок свят!

Оно и неудивительно. Ключевой момент для оправдания любых претензий к соседям, главное звено нового исторического мифа — Победа. Советский Союз спас Европу от фашизма. Россия, как наследница Советского Союза, пытается в международной политике жить на дивиденды от этого страшного, миллионами жизней оплаченного советского вклада в дело мировой свободы.

И не поспоришь — Советский Союз спас Европу от фашизма. Вот только на момент начала Второй Мировой Сталин был союзником Гитлера (хотя теперь это утверждение почти запретное и чреватое серьезными неприятностями). В Западную Украину, в Польшу и Прибалтику сталинские методы управления пришли до начала Великой Отечественной войны, а после войны с ними пришлось познакомиться и прочим странам, попавшим в «социалистический лагерь». Удивительно, кстати, точное и саморазоблачительное определение.

Непростой вопрос — как теперь оценивать выбор тех, кто, пытаясь противостоять злу сталинскому, оказался в пособниках у зла гитлеровского. Я бы, к примеру, не смог придумать для них оправданий, но это мое частное и маловажное мнение. Тут важно другое — требовать от жителей стран, для которых приход Союза означал не только освобождение от нацистов, но также уничтожение гражданских свобод и репрессии, безусловной любви — немного все-таки странно. А нельзя не требовать — без этого рушатся стройные пропагандистские конструкции, и вся мифология современной путинской России оказывается под угрозой.

Была Победа, был счастливый Союз с дружбой народов, была безусловная любовь облагодетельствованных стран Восточного блока к Большому брату, и ничего кроме. Это — символ новой веры, то, чего нельзя оспаривать никому

И уж тем более — никак нельзя факт советских преступлений против соседей признавать. Волонтеры пермского «Мемориала», прибравшись на кладбище спецпоселенцев, напомнили, что они, эти спецпоселенцы, существовали. Что их выдернули из родных мест, обрекли на рабский труд, на голод, на гибель.

Разумеется, это — страшное преступление против идеологии путинской России. Не было никаких жертв. Была Победа, был счастливый Союз с дружбой народов, была безусловная любовь облагодетельствованных стран Восточного блока к Большому брату, и ничего кроме. Это — символ новой веры, то, что нельзя оспаривать никому. «Наш совок свят!» — так, пожалуй, можно это кредо сформулировать, слегка переиначив афоризм известного патриотического художника.

Все остальное придумали в тайных лабораториях ЦРУ и внедряют в сознание бывших братьев и наиболее нестойких из числа сограждан при помощи национал-предателей, готовых за умеренную мзду клеветать на наше великое прошлое.

Перми, кстати, в этом плане особенно не везет. Музей политических репрессий «Пермь-36» тоже ведь разгромили после доноса бдительных местных коммунистов, воспроизведенного НТВ и «Комсомольской правдой». Коммунисты в экспозиции музея увидели биографические материалы, посвященные бандеровцам (настоящим бандеровцам, которые отбывали в лагере под Пермью сроки), и потеряли сразу сон, покой и аппетит.

Опросы, проводимые различными социологическими агентствами, регулярно фиксируют рост популярности Сталина. Людям нравится слушать сладкие сказочки о былом величии, а правду с подачи государства начинают воспринимать как оскорбление. И не хватает у людей силы сообразить, что главные жертвы людоедского Союза — не поляки, не литовцы, и даже не украинцы. Больше всего полегло от рук советских палачей не чужих, а наших. И попытка обелить тех, кто их убивал, попросту оскорбительна для их горькой памяти.

P.S. Дело против пермского «Мемориала», говорят, приостановили после того, как новый глава Совета по правам человека при президенте Валерий Фадеев позвонил прокурору края. Поступок человеческий, но стратегически неверный и совсем недальновидный. Совет по обязанностям человека перед президентом РФ (так, пожалуй, правильнее называть теперь эту организацию) должен, в соответствии с единственно верным учением развитого путинизма, бороться с теми, кто пытается память от идеологии защитить. А иначе недолго и лишиться нового уютного кресла.

Фото: nicksob.livejournal.com