Хранилище сердечек и котят стоит миллиарды

Цензурные инициативы Госдумы в IT-сфере: от контроля за новостями до тотальной прослушки всей переписки в интернете. Зачем они усиливают ад?

Мы имеем дело с извращенным пониманием хай-тека. Нормальный человек, видя нож, думает о колбасе, сумасшедший — исключительно об убийстве. Вменяемый человек, видя электрический провод, думает о свете, маньяк — о пытке. Так и с высокими технологиями...

7 апреля в Госдуму внесен законопроект № 1039149-6, обязывающий операторов связи и интернет-провайдеров в течение трех лет хранить весь трафик, идущий по их сетям, то есть все наши разговоры в интернете и по мобильному телефону, наши письма, посты в социальных сетях, комментарии, запросы в поисковых машинах, сообщения в мессенджерах, наши картинки, смайлики, сердечки и прочее, что обычно шлют и чем обмениваются люди. Это беспрецедентный документ даже для российской истории, богатой на полицейские инициативы и лубянские новации.

Законопроект будет вынесен на рассмотрение Думы 11 мая. В принципе, это все, что вам нужно знать про Госдуму и ее интеллектуальный и нравственный уровень,

и тут текст можно закончить.

Но мы его все-таки продолжим, потому что подробное описание идиотизмов власти с давних пор является постоянной темой русской журналистики. Мы представим этот полицейский мегапроект осуществленным и увидим поставленные там и тут на просторах страны гигантские дата-центры, оснащенные серверными стойками, занимающими километры площади, увидим тысячи компьютеров, записывающих в реальном времени деловые переговоры бизнесменов, смех рассказывающих анекдоты мужчин, щебет девочек, обсуждающих мальчиков, увидим циклопические массивы жестких дисков, на которые день за днем и месяц за месяцем круглосуточно складируются горы терабайтов и петабайтов, заключающих в себе всю человеческую жизнь. Каждый вздох в телефонной трубке, каждая мысль, облеченная в слово, каждое высказывание о власти и вере, деньгах и душе, политике и религии — все, все будет сохранено и в случае надобности представлено в виде неопровержимой улики намерения или мыслепреступления.

Но стоп! Но позвольте! А сколько это все будет нам стоить? Есть разные оценки, в любом случае это десятки миллиардов долларов. Полицейский мегапроект в стране, где пенсионеры экономят рубли на еде, где количество бедных растет на миллионы человек в год, где каждую весну протекают крыши аварийного жилья с прогнившими стенами и дороги неотличимы от бездорожья? Сколько нам придется доплачивать за интернет и мобильную связь, чтобы оплатить дата-центры с основным и резервным сохранением данных, а также армию лубянских филеров, которые будут день и ночь рыться в цифровых отвалах, выискивая крамолу?

За деньгами они, конечно, не постоят. Потому что нет таких денег, которые они не готовы были бы содрать с нас.

Мы имеем дело с извращенным пониманием хай-тека.

Нормальный человек, видя нож, думает о колбасе, сумасшедший — исключительно об убийстве. Вменяемый человек, видя электрический провод, думает о свете, маньяк — о пытке. Так и с высокими технологиями.

Там, где нормальные люди видят созданную инженерным и программным гением великолепную возможность развития, совершенствования, нового мира, — депутаты Госдумы, подрабатывающие по совместительству героями книг Салтыкова-Щедрина, видят способ усилить ад.

Одновременно с законопроектом о всеобщей прослушке с сохранением ее результатов на три года двигается по лабиринтам бюрократии законопроект № 1004188-6 о приравнивании новостных агрегаторов к средствам массовой информации. Этот проект на 21 странице, где с унылым однообразием чередуются любимые каждым столоначальником слова «не допускать», «проверять» и «обеспечить», полон благоглупостей, вроде той, что требует не допускать использование новостного агрегатора «в целях совершения уголовно наказуемых деяний». Эту выдающуюся по глубине мысли фразу следует включить во все инструкции по использованию овощерезок и гвоздей, ибо они тоже могут быть использованы для совершения преступлений. Но все это только преамбула и формальность, требующаяся для того, чтобы сказать главное.

Главное состоит в том, чтобы лишить новостные агрегаторы возможности сообщать новости, которые не нравятся власти. Как это сделать? Тем же дедовским путем, каким действовали все тираны и диктаторы в истории, — ввести цензуру. Слова такого в законопроекте нет, зато есть «уполномоченные государственные органы», которые будут обращаться в Роскомнадзор, который будет «принимать меры по прекращению распространения такой информации». Органы, надзор, меры, принимать меры — снова мы слышим давно опостылевший, звучащий по всей катастрофической русской истории скрипучий голос цензора, снова мы видим толстомордого жандарма, являющегося в редакцию с предписанием, и гэбэшника с серым лицом мелкого беса, начинающего допрос.

В законопроекте о новостных агрегаторах, так же как в законопроекте о всеобщей прослушке, речь на самом деле идет только об одном, очень для них важном, даже жизненно важном деле — о полицейском контроле над страной. Все эти требования создать реестр агрегаторов, то есть переписать интернет по головам и связать ему ноги и руки бечевкой, все эти прописанные с бюрократическим садизмом процедуры улавливания и удавливания, все эти и им подобные запреты на участие иностранцев и международных организаций, особенные нелепые и неисполнимые в интернете, где порталы и сайты имеют универсальный, всемирный характер, — говорят только о маниакальном страхе этих людей проморгать опасность, которой грозит им каждый опубликованный в фейсбуке кот и каждый новостной агрегатор, выдающий сотни новостей в день из семи тысяч источников.

Читать такие законопроекты мучительно. Мучительно потому, что силишься понять, что подвигло авторов писать их, — и не можешь. Что за потрясение и унижение должно случиться с человеком, чтобы он перешел с человеческого языка на немыслимый среди живых людей канцелярский жаргон, от которого на сто километров веет мертвечиной, что должно случиться с их бессмертной душой, чтобы она насквозь пропиталась ядом зла и недоброжелательства к соотечественникам?

Полицейщина чем дальше тем больше влезает в каждую ячейку общества, впирается в любой бизнес, подселяет сама себя в телефонную трубку, в компьютер, в интернет с одной-единственный целью: не допустить того страшного, от чего эти люди просыпаются по ночам с ледяным потом на лбу. Но они, конечно, ничего не достигнут, сочиняй хоть по законопроекту в день. Они могут записывать весь трафик и превратить здание на Лубянке в один огромный жесткий диск, но это ничего им не даст, потому что это будет жесткий диск, заполненный зашифрованной информацией. Шифрование становится стандартом в интернете, доля шифрованного трафика во всем мире год от года растет, WhatsApp и Viber включили для своих клиентов шифрование end-to-endВ Рунете шифрованный трафик составляет от 30 до 50%. В сервисах Google шифрованный трафик составляет 75% в мире, 81% в России. У Ростелекома 50% шифрованного трафика. Они могут в своем административном раже выдавать хоть по десять блокировок в день, но и это ни к чему не приведет, потому что

Они могут запретить новостные агрегаторы, но и это ничего не изменит, потому что каждая лента фейсбука является новостным агрегатором. На смену немногим большим информационным порталам придут сотни маленьких, вот и все.