Налоги, которые мы не выбираем

«Все должны платить налоги. Даже бизнесмены, которые грабят и обманывают народ», - говорил один из персонажей замечательного фильма «Этот безумный, безумный, безумный мир». Это правда, мы действительно все платим налоги (ивсе в той или иной степени пытаемся уклониться от их уплаты, но это отдельная тема). В реальности мы вносим платежи в налоговое ведомство даже при покупке бутылки недорогого вина для скромного семейного торжества - при условии, что эту бутылку мы приобретаем в магазине. Это акциз - самый незаметный, но достаточно серьезно бьющий по карману каждого россиянина налог. Так что от налогов никуда не денешься, хоть что-то, но выплачивает в казну каждый из нас, и притом регулярно.

Все мы не просто налогоплательщики, но еще и граждане. Ту самую власть, которая устанавливает ставки налогов, выбираем мы сами. Следовательно, в принципе винить за то, что налоговые ставки неподъемные, бьют по карману потребителя, угрожают отечественному производителю и т. д., надо самих себя. Или, наоборот, за низкие, стимулирующие потребление и производство ставки хвалить надо опять-таки самих себя. Но почему-то ни того, ни другого делать не хочется. По той простой причине, что ни разу за все последние двенадцать лет «радикальных рыночных» реформ налоговые проблемы не становились краеугольным камнем избирательной кампании ни одной из крупных партий, действующих на федеральном уровне (я не говорю, что налоговая политика не обсуждалась вообще, она не становилась главной политической темой). А это означает, что в действительности мало кто из наших, пусть даже весьма активных, граждан добирался, вчитываясь в программы наших основных партий, до разделов, посвященных налоговой политике. Они ведь обычно запрятаны где-нибудь ближе к концу.

Интересно, а что вообще есть в активе у наших партий, хотя бы у тех, кто прочно занял свое место на политической сцене, в отношении налоговой политики? На этот вопрос и попытаемся ответить.

В сущности, есть всего два подхода к организации налоговой системы - условно назовем их «путь Ришелье» и «путь Адама Смита». Точка зрения Смита известна довольно хорошо: нужны лишь низкие налоги и терпимость в управлении. Но на практике верх чаще берет противоположная точка зрения. Кардинал Ришелье стал в свое время самым убедительным защитником интересов всепроникающего и высасывающего все соки из подданных государственного фиска. И был, пожалуй, единственным в мире политиком, кто ухитрился войти в историю как сторонник снижения налогов, затянув петлю из всевозможных платежей на шее французской экономики.

В сущности, история уже ответила на вопрос, какая политика лучше. Драконовское налогообложение, введенное Ришелье, послужило через полтораста лет одной из причин Французской революции, следование же принципу Адама Смита породило Британию как «мастерскую мира», а затем Британскую империю. Потом, правда, были Ллойд Джордж и лейбористы, введшие прогрессивное налогообложение и прочие «весьма прогрессивные» мероприятия, положившие конец и Британской империи, и лидерству Британии в экономике. Только Маргарет Тэтчер сумела, и то ненадолго, остановить этот процесс, но повернуть вспять уже не смогла.

Интересен и тот факт, что быстрое индустриальное развитие дореволюционной России (а она, как известно, перед Первой мировой войной занимала пятое место в мире по развитию экономики - показатель, о котором сейчас можно только мечтать) пришлось как раз на годы, когда лишь 23 процента налоговых поступлений давали совокупно прямые и оборотные налоги. Для сравнения: после реформ Ллойд Джорджа в Англии одни только прямые налоги давали 31,5процента всех поступлений. Именно перед Первой мировой войной ведущие экономисты и промышленники Англии все громче говорили, что бывшая «мастерская мира» проигрывает в экономическом соревновании, но никто не осмелился затронуть «священную корову» Ллойд Джорджа - прогрессивное налогообложение.

Так кто же они, наши сегодняшние политики, - последователи Смита или Ришелье? Давайте внесем ясность. Увы, должен огорчить наших читателей: тем, кто занимается экономическими проблемами в самых крупных наших партиях, кардинал Ришелье явно ближе. Чтобы не быть голословным, сошлюсь хотя бы на программные документы КПРФ.

В программе КПРФ налогам отведено всего две строчки. Цитирую: «Являясь партией социальной справедливости, КПРФ будет добиваться... введения прогрессивного налогообложения граждан, имеющих сверхвысокие доходы и особо крупные размеры личного имущества». Это всё; не указаны, даже приблизительно, ни величина сверхвысоких доходов, ни размеры личного имущества, признаваемого особо крупным. Но показательно в сущности не столько то, какие налоги обещает собирать та или иная партия, но и то, куда она собирается направить деньги. Из этого сразу становится ясно, сколько собираются вытряхнуть из наших кошельков.

Например, предлагается «ввести государственную монополию внешней торговли на товары стратегического назначения, в том числе на сырье, дефицитные виды продовольствия и другие предметы потребления». А вот еще один пункт, уже из «Экономической программы КПРФ по выводу страны из социально-экономического кризиса»: «Восстановление народного хозяйства: запуск на полную мощность простаивающих заводов, фабрик, шахт, рудников и других предприятий». Там же: «Передача в госсобственность ключевых доходообразующих и стратегических отраслей». Там же: «Возрождение сельского хозяйства, восстановление и развитие колхозов и госхозов». Там же: «Установление действенного государственного контроля за деятельностью коммерческих банков... передача ЦБ под контроль Федерального собрания». Но для чего тогда вообще нужны налоги в этой системе фискального доения? Манифесты русского этатизма об этом, понятное дело, умалчивают.

Пожалуй, отчетливее всего коммунисты высказываются о налогах в так называемой «Концепции выхода из кризиса и перехода к устойчивому социально-экономическому развитию региона». Авторы этого замечательного труда сплошь академики и профессора. Вот раздел, который называется «Финансовое обеспечение». «В рамках региональных возможностей предлагается преобразовать сложившуюся и проектируемые системы налогообложения в стимулирующий производство механизм путем смещения налогового бремени с производителей на сферу товарного, денежного обращения, элитарное, социально избыточное потребление и накопление (sic! - В. В.), на ввозимую в регион продукцию низкого качества, на сверхприбыль и так далее (тоже замечательно. - В. В.).

В этой связи необходимо:

- уменьшить местные налоги и сборы с товаропроизводителей, в том числе НДС, налог с прибыли, лицензионные сборы;

- ввести прогрессивные региональные налоги на имущество юридических и недвижимость физических лиц, на сверхприбыль торгово-посреднических и финансовых структур;

- ввести налогообложение используемой не по назначению амортизации...»

Вот и ответ, для чего коммунистам нужны налоги. В переводе с профессорско-коммунистического на русский все вышеперечисленное означает: то, что удастся сберечь от свирепых налоговиков, наполняющих драконовскими методами государственную казну, пойдет в карманы региональных властей. Ведь решать, используется ли амортизация не по назначению, есть ли у тех или иных фирм сверхприбыль, престижно ли потребление или накопление тех или иных физических лиц, будет как раз власть. Особенно интересно было бы узнать, что такое «социально избыточное накопление». Судя по всему, имеется в виду изымание долларов, припрятанных населением «в кубышках». Интересно, кстати: как увязываются вместе желание сократить налог на прибыль и ввести прогрессивное обложение сверхприбыли? Что такое в данном контексте «продукция низкого качества, ввозимая в регион»? Кто будет заниматься ее квалификацией? Может быть, внутренняя таможня? Как перенести тяжесть налогообложения с производителей «на сферу товарного, денежного обращения»?

Как видим, никакого снижения налогов в случае прихода к власти коммунистов на самом деле не будет.

Сложнее с партией власти. Обратившись к официальному интернетовскому сайту «Единства», мы на нем не найдем ни слова об экономике, кроме общих рассуждений о необходимости восстановить эффективное государственное управление. Большая часть материалов «Единства» посвящена заклинаниям на тему некоего «центристского консерватизма» и выполнения воли президента. Ничего удивительного, ведь самостоятельной политической линии, отличной от линии правительства, у «Единства» нет.

Правительство, как известно, установило ставку подоходного налога в 13 процентов. Правда, уже в 1994 году, до принятия Налогового кодекса РФ, структура налоговой системы у нас в стране весьма напоминала цивилизованную (и была, по авторитетному свидетельству Михаила Делягина, списана с западногерманской): доля всех налогов в ВВП уже тогда снизилась с 45,7 процента до 36,5 процента. Доля НДС уже в тот период составляла всего 16,1 процента (для сравнения: доля НДС в Чехии - 27,6 процента, а в Венгрии - 20,3 процента).

Но за счет чего обеспечивалось снижение налоговых сборов все эти годы? Благодаря низкой дисциплине их сбора, а отнюдь не по причине снижения налоговых ставок. Соответственно, роста экономики в результате всех действий правительства не наблюдалось и не наблюдается. Единственное исключение - 2000 год с девятипроцентным ростом, который тут же снизился в 2001 году до пяти процентов, а в этом году и вовсе не собирается выбираться за рамки статистической погрешности. И не в последнюю очередь потому, что списанные с цивилизованной Европы налоговые ставки оказались непосильными для рухнувшей экономики: даже сейчас, когда при всех неблагоприятных тенденциях в экономике наше положение нельзя сравнить со страшным 1992 годом, НДС остается неподъемным для российских производителей, в очередной раз обманутых государством, которое посулило снизить его до 15 процентов за счет введения налога с продаж, ввело его, но оставило НДС на прежнем уровне. Да и кто же из госчиновников зарежет курицу, несущую золотые яйца: ведь доля НДС в 2000 году в доходах федерального бюджета составляла 34,8 процента. Это самая большая статья федеральных доходов. А всего доля прямых и оборотных налогов в доходах бюджета составляет 45 процентов. Для сравнения: базовая ставка НДС в ФРГ, например, составляет всего 14 процентов. Сравнение не в нашу пользу.

На этом фоне очень тревожно звучат постоянные обещания бюджетникам повысить их зарплаты. Прибавьте перманентные заклинания на протяжении всего финансового года, что бюджет обязательно будет выполнен, а тем временем даже в сравнительно благополучном 1999 году лимиты расходов федерального бюджета были в сентябре недофинансированы на 20 процентов, в октябре - на 13,4 процента, в ноябре - на 25 процентов. Прибавьте резко скакнувшую вверх вначале нынешнего года инфляцию. Прибавьте рост издержек налогоплательщиков на ведение учета и предоставление отчетности, происходящий как раз в результате налоговых реформ правительства. Мировой опыт подсказывает, что, по всей видимости, очень скоро основополагающим в политике Минфина станет лозунг рано и незаслуженно забытого «государева добытчика» Александра Лившица: «Делиться надо!»

И еще один важный момент. Правительство, озабоченное тем, как оплачивать расходы бюджета, имеет не так уж много источников. Налоги собираются плохо, хотя все-таки собираются. Кредиты у Центробанка с 1995 года брать запрещено. Из государственных бумаг после 1998 года много не выжмешь. Как бы не вернулись мы на круги своя с эмиссионным финансированием бюджета. А дело, похоже, к этому и идет. Рублей в результате действий Геращенко вброшено в экономику много, инвестиции не растут, отсюда и проблемы с инфляцией в начале года. А эмиссионное финансирование бюджета - это ведь не что иное, как налог. И притом самый тяжелый.

Сторонником низких налогов заявляет себя и Союз правых сил. Не стану спорить, скорее всего, правые и в самом деле гораздо больше «заединщиков» обеспокоены продолжающимся высасыванием соков из обескровленной российской экономики. Скорее всего, среди них действительно множество убежденных сторонников радикального изменения всей финансовой политики. И с соответствующими пунктами партийной программы у СПС тоже все в порядке. Тут уже возникают проблемы иного плана. Дело в том, что наши правые никогда серьезно не боролись за власть, в лучшем случае ими велась титаническая борьба за доступ к телу президента или премьера. Но, претендуя только на роль советников, нельзя ни ожидать серьезных прорывов в экономике, ни получить сколько-нибудь серьезных политических дивидендов, если такой прорыв все же состоится. Потому что в случае удачи все достанется действующему правительству, неудачи спишут на советников, что мы и наблюдали последние десять лет. В результате вместо борьбы за низкие налоги правые львиную часть своего времени посвящают отмыванию самих себя от помоев, которые на них ушатами выливаются правительственными оппонентами, а правительство живет в свое удовольствие. Таким образом, единственный потенциальный защитник наших кошельков сам себя связал по рукам и ногам и развязываться не хочет, что очень печально.

Есть и еще один аспект: правые одновременно претендуют и на авторство правительственной налоговой реформы (что такое эта налоговая реформа, см. выше). Наблюдается определенное противоречие между декларируемыми целями и скромными результатами. И дело не только в том, что эксперты и советники не несут ответственности за реальное исполнение задуманного. Червоточина есть и в самом СПС: слишком много в его составе бывших министров, в бытность свою у кормила власти думавших только о наполнении в принципе нереального бюджета, а не о создании стимулов развития экономики. Достаточно вспомнить, что в тяжелом 1999 году не кто иной, как Евгений Ясин, член федерального политсовета СПС, требовал: «Остановите Бооса!», - имея в виду робкую попытку последнего снизить драконовские налоги.

В принципе, разумные вещи говорят и «яблочники». И если мы не анализируем их программы, то только потому, что, как говорил Генри Киссинджер, «второстепенные проблемы волнуют только второстепенные умы». Судите сами: если политики сами себя сперва поставили в положение сварливых критиков всего и вся, а затем, потерпев поражение, замолчали вообще и втихую стали поддерживать правительство, то говорить не о чем. Никому на самом деле не интересна программа тех, кто никогда не придет к власти (тем путем, который избрал Явлинский, к власти не приходят). А раз так, то все тщательно разрабатываемые в«Яблоке» за девять лет его существования программы реформ или уже превратились, или постепенно превращаются в макулатуру, хотя, повторяю, налоговый раздел «яблочной» программы далеко не плох, особенно если сравнивать его с программой КПРФ.

Подведем итоги. К великому сожалению, путем, предначертанным Адамом Смитом, наши политики идти не хотят. Путь Ришелье им намного милее, так как на этом пути краткосрочные интересы удовлетворяются намного быстрее. Но в долгосрочном плане это путь национальной катастрофы. Катастрофы прежде всего экономической, по сравнению с которой дефолт 1998 года покажется детской шалостью. И только дремучий эгоцентризм российской бюрократии и политиков не позволяет им трезво взглянуть в глаза реальности.

Есть ли выход? Есть. Но, чтобы он стал возможен, разрозненные граждане должны ощутить себя обществом. Мы должны понять, что, приходя все эти годы на избирательные участки и голосуя с кондачка, в действительности мы не выбирали эти налоги и эту экономическую политику, которую навязывают нам и правительство, и его «оппоненты» слева. Так не выбирают. Не вчитываясь в кажущиеся нам весьма скучными партийные программы, мы, желая тех самых «низких налогов и терпимости в управлении», получаем себе на шею и коммунистов, мечтающих о том, чтобы высасывать соки из народного хозяйства (отдадим им должное, пишущих об этом в открытую), и стыдливых Альхенов из «Единой России», вообще умалчивающих об экономике, и безответственных резонеров из«Яблока». Да и добровольное самоустранение СПС не этим ли нашим легкомысленным отношением к происходящему объясняется? Так что отрезвление должно начаться с самих себя, с осознания себя не объектами, а субъектами политики. Вот тогда и начнется выздоровление нашей экономики. Выбирая власть из своей среды, а не относясь к ней как к некоему божеству, мы и налоговую политику выберем такую, какая в действительности нужна людям.

P. S. Не так давно были озвучены известные налоговые инициативы президента. Зашевелилось и правительство. Пока еще нет возможности анализировать предлагаемые проекты по-настоящему. Хочется верить, что мы наконец-то двинемся по пути низких налогов. Беда только в том, что общество в лице его представителей - политических партий - в очередной раз оказалось в стороне от налоговых реформ. В долгосрочной перспективе нет ничего более опасного, чем безоговорочное доверие к управленческой элите. А самая серьезная реформа опять инициирована сверху и проходит мимо общества. Кого мы будем винить, если и эта попытка закончится неудачей? Право на неудачи у России уже исчерпано.