: Суд бесчестия

Один из самых известных кейсов, как при помощи силовиков и судей разобраться с предпринимателем, закончится, по всей видимости, хорошо. Бизнесмен Алексей Козлов выйдет на свободу: президиум Мосгорсуда принял такое решение. Конкретнее: с Козлова сняли обвинение в «покушении на легализацию» и оставили в силе только приговор по статье «мошенничество». За это Козлову суд назначил четыре года и отпустил, потому как четыре года бизнесмен уже провел в местах не столь отдаленных.

В целом от дела Козлова остается весьма неприятное ощущение. За человека, конечно, радостно — приятный человек Козлов, и теперь вернется к своей жене Ольге Романовой. Романова боролась за мужа так, как немногие смогли бы, и за нее радостно тоже. Во всем остальном никаких поводов радоваться нет.

Кейс Козлова — один из тысяч, а то и десятков тысяч точно таких же или примерно таких же дел. Вступив в конфликт с партнерами или отказавшись платить мзду каким-либо силовикам, бизнесмен в ответ получает вполне конкретное уголовное дело, теряет бизнес, а если упорствует — так еще и в колонию могут отправиться.

Место судебной и шире правоохранительной систем в этом процессе вполне инструментальное — они работают как частные коммерческие предприятия по производству определенного продукта. А именно: уголовных дел и приговоров (в зависимости от входящих обстоятельств - обвинительного или оправдательного). Такой феномен развращает всю систему: она становится в буквальном смысле коррумпированной. При этом отдельные ее элементы (конкретный полицейский чин, конкретный суд или судья) могут уже просто работать сами на себя, забывая о том, что работают пусть и не на общество, но, по крайней мере, на государство. В конкретном деле Козлова Мосгорсуд, например, проигнорировал решение Верховного суда и оставил бизнесмена досиживать, несмотря на прямое указание ВС.

Про судебную систему власти нередко вспоминают: еще в послании федеральному собранию 2001 года у Путина было. Сегодня нам крайне необходима судебная реформа. «Отечественная судебная система отстает от жизни и на практике мало помогает проведению экономических преобразований. Не только для предпринимателей, но и для многих людей, пытающихся законно восстановить свои права, суд так и не стал "ни скорым, ни правым, ни справедливым". Не говорю "всегда", но во многих случаях, к сожалению, это так». С начала 2000-х каждый год из уст первого лица и его подчиненных слышны констатации, что судебную систему нужно реформировать.

Вот предвыборная статья Владимира Путина про демократию, год 2012. Фактически повторяется тезис послания 2001 года. «Главный вопрос - ярко выраженный обвинительный, карательный уклон в нашей судебной системе», - пишет президент. Однако шаги, которые предпринимаются, вроде введения административного суда, изменения порядка избрания судей или полицейская реформа, к ощутимым изменениям так и не привели. Потому каждый год и звучат однотипные заклинания о необходимости «преодолеть», «реформировать», «наладить». По сути, содержательно никто не понимает, как на практике можно изменить ситуацию. Потому и плодятся бизнесмены-сидельцы.

Другой вопрос, что, заявляя о необходимости реформ в правоохранительной и судебной сферах, власти разных уровней сами немало делают для сохранения ситуации в прежнем виде. Вполне конкретно поддерживаемое Владимиром Путиным «дело ЮКОСа» ясно показало всем заинтересованным лицам, что бизнес можно и даже должно стричь. И что совершенно в этом смысле нечего бояться: бизнесмен не имеет права на свой бизнес, он всего лишь держатель неких благ, каковые могут быть (и должны) у него изъяты по воле начальства, за взятку от конкурентов или по прихоти силовиков.

Собственность в глазах силовиков, да и судей условна, она не является ценностью. Это проблема посерьезнее, чем какое-нибудь «болотное дело» или антимагнитский закон. И эта проблема властью даже не ставится, а если она возникает на горизонте, то решается преимущественно в негативном ключе: никакое право собственности никем не защищается. Ритуальные призывы «не кошмарить бизнес» - слабое подспорье в соревновании права и правоохранительной системы.

Тем более, что в рамках системы действует принцип круговой поруки, своих ни в коем случае не сдают. Так было в случае с делом Магнитского, где виновные в гибели юриста более-менее ясны и меж тем эти люди продолжают в системе работать. Так в общем случилось и в деле Козлова, когда суд, вынеся спорное, мягко говоря, решение продолжал его раз за разом подтверждать. Не может один судья Мосгорсуда отменить приговор, вынесенный другим судьей того же суда.

Последнее решение по Козлову из той же примерно серии: ладно парень, свое ты отсидел, выйдешь, но ты все равно виновен. Несмотря ни на что — приговор отменять нельзя. Ольга Романова обещает бороться за отмену приговора и «добить этих гадов», но надежды в текущей ситуации, строго говоря, немного, и энергии Романовой (во многом благодаря ее усилиям Козлова все-таки отпускают) тут может не хватить.
И условный Путин тут вряд ли что-то сделает: в конкретном случае его слово вряд ли будет иметь вес, разве только он прямо прикажет выпустить или посадить. «Деятельность правоохранительной системы должна быть направлена на охрану и поддержку законного предпринимательства, а не на борьбу с ним», - писал кандидат в президенты России Владимир Путин в начале 2012 года. А в середине марта Мосгорсуд отправил Козлова досиживать в колонию. Вот вам и сила президентского слова, вот вам и «вертикаль власти» или «управляемая демократия».

Апологеты Владимира Путина нередко поминают, что Путин усилил государственность. Сложно сказать, не сделал ли Путин государственности хуже, но лучше государству точно не стало. Кейс Козлова, как и кейс ректора РЭШ Сергей Гуриева, кажется, свидетельствуют — никакого государства в России нет. Есть целый набор групп людей, которые решают свои личные проблемы прикрываясь государственными должностями и толкуя о государственном интересе.

Освобождение Алексея Козлова — лишь эпизод в длинной борьбе за его права, которую вел сам предприниматель и его жена, журналистка Ольга Романова. В интервью «Полит.ру» Ольга Романова рассказала о планах их семьи на ближайшее будущее.

Ольга Романова: за что сидели пять лет, никому не известно

Ольга, правильно ли я понимаю, что пока Алексей Козлов не освобожден?

Нет, не освобожден и еще не скоро будет освобожден, к сожалению. Это самое тяжелое, эти недели и месяцы, когда ты знаешь, что уже освобожден. И тебе надо этим придуркам это еще доказать.

Насколько долго, вы думаете, ему еще придется находиться в неволе?

Последний раз мы добивались того, чтобы решение суда по Алексею было исполнено, 8 месяцев. 8 месяцев он незаконно находился в СИЗО.

Была снята часть обвинений, будете добиваться полного оправдания?

Ольга Романова

А часть фактически снята Ивановским районным судом. За что сидели 5 лет, никому неизвестно.
Но оправдания пока что будем добиваться. Видимо, Мосгорсуд и Верховный суд были не в курсе того, что еще одно нам фактически отменил маленький районный суд Ивановской области. Правда, по глупости абсолютной. Он настолько не хотел учитывать принятые Госдумой поправки, смягчающие наказание, что сообщил нам, что не только поправки к нам не относятся, но и вся статья. Судья был настолько глуп, что подарил нам этот подарок.

То есть уголовного прошлого у вашего мужа теперь нет?

Оно будет всегда. Мы надеемся, что мы его не забудем и не простим.

Какие у вас планы после освобождения Алексея?

Работать. Особых планов нет. Он пойдет на работу, я продолжу работать.

За границу не собираетесь уехать?

Нет, не собираемся. Мы, пока не добьем этих гадов, никуда не уедем.

То есть будете продолжать общественно-политическую деятельность?
Будем, еще как будем.

Расскажите о самых ярких и тяжелых впечатлениях от процесса.

Самое яркое, наверное, это встреча с насекомыми в погонах. У людей есть полномочия, есть погоны, есть мантии, а при этом не люди это, насекомые. Это печально и ярко. И, конечно, когда мы во второй раз сели, поразила коррупция в Ивановской области. Такой коррупции, как там, мы никогда не видели. Я не ожидала даже, что с таким можно вообще столкнуться. Это просто удивительно. Там все совсем плохо.

Как себя чувствует Алексей?

Алексей Козлов и Ольга Романова. Фото: Катя Смирнова

Алексей себя прекрасно чувствует. Но чего ему быть сегодня особенно довольным, это решение принимал не Мосгорсуд, а Верховный суд 18 апреля. У нас это решение на руках, поэтому нам было все равно, что решат в Москве, потому что мы ходили уже в Верховный.

Будете добиваться денежной компенсации за годы в тюрьме?

Мы будем добиваться не столько компенсации, а ответственности уполномоченных лиц: судей, прокуроров, тюремщиков, которые принимали участие в совершающихся в России безобразиях. Будем добиваться их ответственности.

Случай с вашим мужем – это редкий прецедент, когда правда восторжествовала?

Бывают еще случаи. Я знаю молодого парня из Волгограда. Простой совершенно человек, и был обвинен в убийстве по 105 УК РФ. Его четырежды оправдывали, но за решеткой провел более 5 лет все равно. И прошло с тех пор 12 лет, и никакой компенсации он не добился.

Заметны ли какие-то позитивные изменения и тенденции в том, что бывают такие прецеденты?

Я не вижу большого позитива в произошедшем. Я вижу только, что в Верховном суде разум взял вверх, разум и совесть, у отдельно взятых людей.Такое случается, мягко говоря, нечасто.

Смотрите также: Мосгорсуд освободил предпринимателя Алексея Козлова Ольга Романова рассказала про вымогательство за УДО Козлова Бизнесмен будет сидеть в тюрьме