Андрей Ковалев. Вытекающие достоинства

Вытекающие достоинства
Андрей Ковалев

Дата публикации: 19 Марта 2005

И так, есть две новости. Одна плохая, другая - еще лучше. На тусовке в Академии государственной службы при президенте РФ собрался Координационный совет по культуре России. На ней, понятное дело, "Более полусотни посланцев-депутатов со всех концов страны вместе с чиновниками Минкульта решали, как уберечь Отечество и его культуру". А министр Соколов огласил печальную весть: "Если ранее на нужды культуры в 2005 году предполагалось выделить из федерального бюджета 3,4 млрд. рублей, то теперь эта сумма сократилась до 1,2 млрд. Остальные "культурные" средства придется добывать на местах" (Михаил Малыхин. " Вся власть совету ", "Новые Известия" от 15.03.).

Вывод, как всегда, простой - кушать, соплеменники, будет нечего. А что делать? Кушать то есть? На врагов истинной культуры указал человек прямой и чисто-конкретный, Андрей Кончаловский - это Рынок, Писсуар и Замаринованная акула. В результате "Маркетинг стал главной движущей силой развития цивилизации, ибо сила маркетинга в том, что качество товара менее важно, чем качество его рекламы - ведь важен результат, измеряемый полученной прибылью. Трудно не сделать очень печальные выводы относительно перспектив развития западной цивилизации" (Андрей Кончаловский, " Победа рынка над искусством ", "Российская газета" от 9.03.). Ежели их устранить, то начнется полное благорастворение в небесех. Что конкретно будем кушать, поясняет в официозных "Российских вестях" от 15.04 другой важный человек, вице-президент Академии российского искусства Евгений Зевин.

"Некоторые элементы госзаказа появляются уже сегодня, - заключает Евгений Зевин. - Например, на одной из столичных дорог я недавно видел большой плакат с изображением Иосифа Кобзона, где перечисляются его заслуги. Чем это не портрет передовика труда? На демонстрациях несут портреты Владимира Путина, профессионально исполненные художниками лозунги. Что это как не наглядная агитация?". И немедленно поминает добрым словом истинных ревнителей культуры: "Я, например, долгое время не понимал, почему так сильно преследовали художников-авангардистов.- Но вот однажды разговорился с бывшим высокопоставленным сотрудником КГБ, который курировал изобразительное искусство. На мою недоуменную реплику он ответил следующее: "Вы не понимаете, мы очень внимательно обсуждали этот вопрос и обнаружили, что андеграундная живопись сильно влияет на раскачивание общества"".

Великие слова. Рынок и вольномыслие общественный порядок подрывают. По сей причине я заявляю официально, что немедля перехожу в стан рыночников, монетаристов и глобалистов. Хотя, конечно, дело вовсе не так просто, как то кажется на первый взгляд. Против рыночного глобализма и глобалистического рынка выступают даже завзятые нонконформисты, вполне уверенно чувствующие себя на большом рынке, с печалью твердят о том, что для художника "Талант бизнесмена важнее, потому что удачный поиск спонсора сам по себе уже гарантирует успех. Дальше все срабатывает по цепочке. Тот, кто вложил средства, постарается их оправдать всеми правдами и неправдами. Он выжмет все возможное. Таким образом, получается, что успех заложен изначально, предопределен" (Эрик Булатов, " Русское искусство противостоит глобализации ", "Русский Журнал").

Но жизнь все же продолжается, несмотря ни на что. Люди, которые не гнушаются бегать за спонсорами, продолжают тихо делать свои громкие дела. За это им надо памятники ставить, бюсты и мемориальные доски. Если кто еще не догадался, то речь пойдет об Ольге Львовне Свибловой и очередном фотомесячнике. Несмотря на давние и запутанные отношения меня как критика и Оли - функционера и куратора, - я ее искренне люблю. Ибо только она может сказать такое: "Когда я делаю фестиваль, я выставляю только то, что мне самой хочется понять лучше и больше. Моя единственная мотивация - это устроить себе кайф. Я подпитываюсь, я балдею. Думаю: "Неужели это мои стены?" " То, что я делаю, я делаю из любви ", беседа Антона Горленко с Ольгой Свибловой, "Афиша").

И вообще, заявляю свое горячее согласие с тем, что "Фестиваль "Мода и стиль в фотографии" - праздник и лекарство от весенней депрессии" (Ольга Кабанова, " Гламур, кич, сюр ", "Ведомости" от 15.03.).

Правда, все та же Кабанова дипломатично отмечает "Пока фестиваль "Мода и стиль в фотографии" не показал ничего нового и даже, смею сказать, интересного. И как же это хорошо! Огромные манежные экспозиции первых выпусков московских фотобиеннале, которые устраивает пугающе неутомимая Ольга Свиблова, так мощно били в глаз образами великих фотографов, что хотелось зажмуриться" (Ольга Кабанова, " Короли черно-белого царства ", "Ведомости" от 18.03.).

Но есть и гораздо более ригористические критики, они вываливают правду-матку - "На фоне общего бума, как это часто бывает, теряется критерий качества. В этом смысле очередной фестиваль напоминает городскую свалку или запущенную коммунальную квартиру, где колченогие табуретки соседствуют со старинным буфетом, а в ободранной комнате за фанерной дверью хранится бабушкино серебро. Несмотря на обилие проектов, "Мода и стиль" поставляет к нашему столу одних и тех же художников, которые одновременно являются неизменными участниками московских фестивалей фотографии" (Анна Линдберг, " Хаос моды и стиля ", "Утро.Ру" от 16.03.).

По поводу того, что ежегодные праздники фотографии стали как-то буксовать , не оттоптался только ленивый. Но вся проблема в том, что МДФ - это бюджетное муниципальное предприятие, на весь праздник выделяется совсем небольшая сумма, все остальное Свибловой приходится выискивать в сторонних источниках. А их только два: западные фонды и транснациональные корпорации. Конечно, Свиблова каждый раз героически пытается свести хоть в какое-то единство все эти, довольно случайно возникающие предложения. Можно сказать, что она стала заложницей такой ситуации, посему и требовать от Свибловой большего как-то и неприлично.

Вот, например, хитовая выставка календарей шинной компании "Пирелли", которые почитают дальнобойщики, была крайне уместна в Новом Манеже. Рядом с привезенными из самой Франции "Симулякрами" красочные сиси-масиси выглядели очень даже возвышено. Мне лично такое сопоставление показалось сильным и свежим. Готов признать, что это так у меня начались естественные поло-возрастные перемены, скромные радости этих процессов Ольга Свиблова разделить, увы, не может.

(Есть, конечно, и гораздо более радикально-феминистические подходы к проблеме: "Так и хочется сказать: русские мужчины, пойдите посмотрите, как можно тонко ценить женскую плоть!" - восклицает в "Московском комсомольце" от 16.03 Марина Овсова).

Но даже не столь отъявленные феминистки все же соглашаются с тем, что у модных парижан симулякры всякие вызывают какую-то совсем уж вялую эрекцию. Что находится в ярком контрасте с восхитительными прелестницами, для коих календари не писаны. Хотя, конечно, есть и исключения, такие, как великая фотографиня Сара Мун, бывшая модель, переметнувшаяся в наш стан жевателей дискурса. Теперь она говорит : "Я сейчас смотрю на свою работу с "Пирелли" как на ошибку молодости" ("Известия" от 16.03.). Сегодня Сара Мун, любимица Свибловой и посему всех фотолюбивых москвичей, занята очень важными проблемами: "Я хотела рассказать историю об освобождении женщины. Но во время работы я вошла во вкус, и борьба за свободу приняла угрожающие размеры. И из истории феминистки превратилась в протест против деспотии, терроризма. Это моя форма протеста" .

Ренегатша Возвышенного Сара Мун пришлась по душе всем. Особенно Юлии Логиновой (" Укрощение Синей Бороды ", "Московский Комсомолец" от 17.03), которой художница сказала "Мне ненавистна и отвратительна любая форма авторитаризма и злоупотребления властью" . Даже Сергей Сафонов (" У нас же вчера все работало! ", "Газета" от 16.03), строгий ревнитель негромкого, но истинного искусства, и то нашел для Сары Мун пару добрых слов.

Тем не менее на празднике фотоискусства, как обычно, тон задают настоящие гламурщики, что дало повод Сергею Соловьеву (" Античный Голливуд ", "Новые Известия" от 15.03) придти к умопомрачительным выводам: "На примере российских и западных мастеров гламура становится ясно, что ложь и подтасовка - это и есть тот самый стиль (или то, что сейчас модно называть "стильностью")" . Я же лично продолжаю по-стариковски настаивать на том, что никто не даст нам избавленья, окромя Гламура. В чем и убедился, просмотрев проект Эрвина Олафа в Музее современного искусства.

Дяденька очень глянцевый, только в окружающем мире глянец дошел до полного восторга и оккупирует области, ранее присущие contemporary art'у. Такие бодрые гламурные старушенции никакого сочувственного умиления не вызывают, лишь восторг и почтение. Посему соглашаюсь с Сергеем Хачатуровым, который резюмировал во "Времени новостей" от 15.03: "Безобразное оказывается донором прекрасного, одним из условий его существования". Данные выводы появились у коллеги Хачатурова в связи с выставкой "Скандального Питера Джоэла Уиткина, который в стенах МДФ выглядит не таким уж и скандальным. Немного трупов, калек, транссексуалов, много псевдобарочных нагромождений - и непременная, почти маниакальная увлеченность деталями. Легко себе вообразить человека, месяцами сидящего на койке в каком-нибудь закрытом оздоровительном учреждении и лелеющего в мозгу мельчайшие оттенки сочиненных им фантасмагорий" (Велимир Мойст. " Лица и яйца ". "Газета.Ру от 17.03.). Наши доблестные искусствоведы сразу же стали вспоминать всех уродов и девиантов истории искусства, к чему сам маэстро отнесся с некоторым сомнением, о чем и сказал просвещенному Сергею Хачатурову (" Сострадательный и стильный ", "Время новостей" от 15.03): "Уродство и безобразное для меня не самоцель. Я комбинирую прекрасные и ужасные предметы и создаю свой спектакль, театр Я стараюсь создать мир как можно более совершенный, красивый и глубокий. Сравнивать мое искусство с кунсткамерой, с музеем уродцев - смешно".

Как то ни странно, но массовое возникновение классических аллюзий применительно к Уиткину основывается на простом желании как-то защитить милого человека, ибо: "В отличие от большинства современных людей, полагающих, что от смерти, боли или уродства подобает отводить взгляд, Уиткин, напротив, ищет образы для всех этих вещей, вытесненных из культуры не столько из тактичности, сколько из трусости и желания избежать дискомфорта" (Ирина Кулик, " Мастер кунсткамеры ", "КоммерсантЪ" от 18.03.).

Тем не менее интервьюеры старательно интересуются, как некоторые трудящиеся реагируют на такой гуманизм, на что художник удивленно отвечает : "Только однажды в Лос-Анджелесе радикально настроенная баптистка решила организовать пикетирование моей выставки. Но когда участники пикетирования посмотрели работы, увидели, что это вещи сложные и многогранные, прониклись и отказались от своих намерений". (Джоэль-Питер Уиткин - Наталье Володиной, "Известия" от 17.03.). Ничего удивительного, времена у нас настали такие, что рассудительный Антон Горленко (" Караул! ", "Афиша" от 17.03) даже статью за такие бесчинства подобрал: "По любому УК - он не только садист. Он рецидивист-деконструктивист. Постмодернист. Все пришьют к делу без проблем. Тем более что ему только того и надо, что попасть на собственный процесс".

У нас с этим делом просто - за постмодернизм сразу в каталажку тащат. Гособвинитель Кира Гудим на процессе по делу о выставке "Осторожно, религия!" так и сказала "Контекстный характер современного искусства требовал от устроителей выставки учета сложившихся в России традиций, отношения к общественной роли искусства, как нам всем известно, "поэт в России, больше чем поэт"". Оглашение приговора назначено на 28 марта, посему в следующей "Искусственной жизни" придется разбираться с тем, что приговор будет значить для нас всех. Не только постмодернистов и деконструктивистов.