Дмитрий Клевцов: «Путина, как дракона, надо убить в себе»

Дмитрий Клевцов — гражданский активист. Официальный представитель ФАР — Федерации автомобилистов России — в Петербурге. Координатор ТИГРа — Товарищества инициативных граждан. Родился на Урале, жил в Норильске, хорошо знаком с историей ГУЛАГа. После того, как выучился в Питере на экономиста, занимался бизнесом. До 30 лет политикой не интересовался. А потом ввели заградительные пошлины на японские авто — как раз, когда накопил денег на машину мечты.

Расскажите о себе.

— Я Клевцов Дмитрий, на форумах в определенном автомобильном сообществе известен под ником Шпеттишпахер. Мне 45 лет, я из Петербурга, сейчас проживаю в Варшаве. После начала войны был вынужден покинуть свою страну, чтобы сберечь свою жизнь. Окончил Санкт-Петербургский государственный университет аэрокосмического приборостроения по экономической специальности. Как и все, занимался предпринимательской деятельностью, жил в Петербурге, не был женатым, до 30 лет строил карьеру, занимался бизнесом. В 2008 году, когда мне исполнилось 30 лет, я был активным участником разных автомобильных форумов. Я являюсь любителем японских праворульных автомобилей, и у меня была мечта — я очень хотел купить хороший автомобиль. Дальневосточники, наверное, меня поймут — это Toyota Crown Atlet. Я очень хотел купить себе этот автомобиль, уже были накоплены деньги, и как раз осенью появились новости о том, что введут заградительные пошлины. Я до 30 лет был вне политики. Занимался бизнесом, было вообще не до этого: внешнеэкономическая деятельность, коррупционные схемы с таможнями, как у всех бизнесменов, посредники, деньги и тому подобное. А тут любимую игрушку забрали у 30-летнего мальчика, и мне это не понравилось. Мы на автомобильных форумах начали с ребятами собираться, говорить: «Ребята, это как-то безобразно. Это что такое? Цены на топливо растут. Вводят заградительные пошлины. Это что, нам, что ли, теперь всем на жигулях ездить?» За все в конечном итоге заплатит конечный потребитель. Появилась куча единомышленников, и через один знаменитый дальневосточный автомобильный форум мы самоорганизовались и начали проводить акции протеста. После 22 ноября 2008 года мы провели очень крупную, наверное, самую крупную в России акцию протеста с участием автомобилей — участвовало порядка 60 городов. Государство не унималось. Мы, помимо экономических требований, начали выдвигать и социально-политические, в том числе реализацию наших конституционных прав по отчетности власти перед народом, об улучшении благосостояния народа, тарифах ЖКХ. У нас была акция протеста 21 декабря, но дальневосточникам её не согласовали, и они решили провести хоровод возле новогодней елки. Насколько я знаю, приморские полицейские отказались разгонять эти митинги, и из Подмосковья прилетел отряд специального назначения «Зубр». Мы уже забыли про эти имена. Эти бравые хлопцы пинали мирных граждан, которые водили хоровод у елки. Тогда пострадало много журналистов, в том числе иностранных. После этого события наши активисты в основном радикализировались. нам сказали: «Ребята, просим вас уйти с автомобильного форума и создавать что-то свое». В свое время я был одним из координаторов создания общественного движения «Товарищество инициативных граждан России (ТИГР)». Своим символом мы выбрали уссурийского желтого тигра на голубом фоне свободного Дальнего Востока.

Чем вы занимались как гражданский активист?

— Я дожил до 30 лет, будучи активным автомобилистом, сталкивался с беспределом на дорогах со стороны ГИБДД, начал изучать правила дорожного движения, их внутренние регламенты, в конечном итоге занялся разработкой различных методичек помощи автовладельцам, как правильно общаться с полицейскими на дороге, как фиксировать ямы, актировать их через государственные институты, заставлять региональные и местные власти эти ямы убирать. Это было далеко до создания очень успешного проекта Навального «РосЯма». Так или иначе, я пришел к тому, что стал специалистом по самоорганизации граждан, и в рамках ТИГРа мы создавали огромное количество разных общественных объединений по защите их прав. Один из наших успешных проектов: «Центр взаимопомощи рабочих». Мы создали первый в России профсоюз гаражей и профсоюз мигрантов. Я видел совершенно другую страну. Когда мы создали ТИГР, помимо наших экономических требований, седьмым пунктом у нас было обращение к президенту России Дмитрию Анатольевичу Медведеву с требованием отправить правительство во главе с премьер-министром Владимиром Путиным в отставку.

Вы верили, что Медведев-президент поменяет курс, которым идёт страна?

— Я скажу непопулярную вещь, но я до сих пор считаю, что Медведев, когда был президентом на этот короткий срок, он был, наверное, одним из самых лучших президентов. Именно при Медведеве реализовались механизмы, которые в дальнейшем помогли гражданскому обществу. Он организовал прозрачность ведения электронных систем, госуслуг, деклараций чиновников, благодаря которым в дальнейшем различные общественно-политические организации смогли построить более-менее эффективные системы общественного контроля. Его шедевральное произведение, хотя я понимаю, что это писал не он — «Россия, вперед!» декларировала правильные вещи. Я знаю, что тогда в медведевской команде были очень сильные эксперты. Не знаю, как он войдет в историю — как ничтожный, слабый или, может быть, бешеный, не понятно,что в последнее время у него происходит в голове, но в тот момент, наверное, ввиду слабого внутреннего стержня, он полагался на экспертное заключение серьезных специалистов, причем специалистов еще ельцинской эпохи, например, на знаменитых Гонтмахера и Юргенса. Тогда было видение, что Россия может стать лучше, что где-то во власти этого кто-то хочет. Я как раз в тот период времени, в 2010 году, попал в Московскую школу политических исследований, и там у нас было огромное количество экспертов медведевской команды. На наших семинарах я видел, что эти люди хотели сделать эту страну лучше. Как мы теперь видим, силовики все-таки взяли власть в свои руки и, в конечном итоге, все эти либеральные концепции по построению светлого будущего России затерялись в застенках Матросской тишины и прочих исправительных учреждений, где сейчас находятся многие наши активисты, друзья и соратники.

Как 24 февраля 22-го года изменило вашу жизнь?

— Буквально несколько дней назад нашел свой последний пост в ЖЖ. Я его опубликовал за пять дней до начала войны, он назывался «Нужна ли нам война?». Вспоминал слова песни Бернеса «Хотят ли русские войны? Спросите вы у тишины…». Я проводил политический и исторический анализ всех этих действий, думал, что в преддверии 105-летия великой февральской революции в России произойдут какие-то события. Еще с 2014 года я понимал, что Россия будет продолжать агрессивные действия в отношении соседней и братской страны Украины. Если вы помните, в 2014 году общество разделилось на «Крым наш» и «не наш», многие семьи распадались, в том числе и я потерял многих своих друзей. 24 февраля 2022 года этот нечеловеческий, антигуманный путинский режим показал свое истинное лицо. Честно говоря, я не ожидал, что будут такие ужасные события, что русские танки будут воевать на украинской земле. 24 числа у меня закончилась жизнь. Это переломный момент в моей жизни, у меня началась абсолютно новая жизнь. Я не мог спать, не мог жить, дышать полной грудью, зная, что российские ракеты обстреливают мирные украинские города. Я с первых дней участвовал во всех акциях протеста, которые проходили в Петербурге на Гостином дворе. Благодаря своему громадному опыту организации публичных мероприятий я не был задержан. В принципе, я был готов к задержанию и сказал родителям , что если после 24 февраля меня задержат и посадят — это мой крест. Я чувствую свою вину за то, что за 15 лет не смог изменить эту страну, а я сделал очень много. В свое время я был одним из организаторов движения «Белая лента». Это когда майор Дымовский и различные сотрудники полиции выступали против коррупции. Я помогал им создавать общественное движение «Белая лента», в которое вошли опальные МВДшные майоры, познакомил их тогда с замечательным человеком, всем рекомендую погуглить и посмотреть его — Андрей Анатольевич Зыков. Это старший следователь по особо важным делам прокуратуры Санкт-Петербурга. Именно этот человек заводил уголовное дело по докладу Салье на Владимира Владимировича Путина. Мы в свое время с движением «Белая лента» ломали забор на даче Путина. У нас есть знаменитый кооператив «Озеро», Владимир Владимирович поставил там забор, а по закону там нельзя было ставить заборы. Мы подали в суд и у нас на руках было решение суда о том, чтобы Владимир Владимирович демонтировал этот забор, но он его не исполнял. Мы собрались с движением «Белая лента» провести акцию «Шашлык на даче Путина». Мы приехали, сломали этот забор, пожарили шашлык возле его баньки. Рядом с нами дежурили на лодках ФСОшники, но все прошло успешно. И, что самое интересно, мне за это ничего не было.

Насколько легко вам далось решение об отъезде?

— Я не хотел уезжать. Честно говоря, я и не планировал уезжать. Я видел свое будущее в застенках тюрьмы. Я не видел себя вне своей страны, я ее очень сильно люблю. В 30 лет, когда я начал заниматься активной политической деятельностью, меня упрекали родители, что я молодой, что жениться пора. Я тогда сказал, что не хочу рожать детей, пока Путин будет у власти. 15 лет своей жизни я отдал на построение системы общественного контроля и гражданского просвещения в своей стране и не видел себя вне страны. Но так получилось, что каким-то чудом у нашей команды была возможность сделать польские гуманитарные визы на случай, если все будет уже очень плохо. В конце сентября 2023 года это случилось — был арестован мой коллега. Я, недолго думая, попрощался со своей семьей, сделал доверенность родителям, прыгнул в машину и на российских номерах уехал в Европу, где и продолжил заниматься волонтерской деятельностью.

Вы в Польше занимаетесь волонтерством. Как украинцы относятся к тому, что им помогает россиянин?

— Очень часто в глазах моих подопечных я встречал недоумение, когда они видели, что встречающий человек ведет их к автомобилю на российских номерах. Как правило, люди, которые приезжали в Польшу, уже прошли сложный путь эвакуации с оккупированных территорий через Россию и уже сталкивались с помощью от моих российских коллег. Должен признаться, что я слышал очень много теплых слов в отношении русских, которые им помогали. Мне было очень приятно это слышать от людей, приезжавших вообще ни с чем. У них не было элементарных вещей и документов, порой они приезжали с одним полиэтиленовым пакетом, потому что все потеряли — все сгорело после бомбежек. Но они нас благодарили, говорили, что не все потеряно, поэтому у меня теперь огромное количество друзей украинцев, которые живут по всему миру. От этого мне становится тепло и радостно.

Зачем Путину эта война?

— Я еще в 2008 году для себя понял, кто такой Путин, особенно после знакомства с господином Зыковым. Я понимал, что это человек с мелкой душонкой. У этого человека на самом деле трагическая судьба. Это человек, который в детстве подвергался насилию со стороны своей семьи, об этом есть замечательное интервью у Манского. Он брал интервью у классной руководительницы Владимира Владимировича Путина, и она рассказывала: «Вот Володенька приезжал ко мне домой, он у меня ночевал». Она ничего лишнего не говорила, просто рассказывала, что ее ученик Володя Путин ночевал у нее дома при живых родителях, не работавших в ночную смену. Что означает, если школьник ночует у классного руководителя? Что в семье не все было в порядке. В разных мемуарах, в том числе и самим Путиным, описывается, что папа у него был жесткий. То есть это человек, который в детстве накопил огромное количество комплексов. Это дворовый пацан с Баскового переулка, который подружился с ребятами со двора, со спортсменами, как-то пытался построить свою карьеру и понял, как и многие представители людей в погонах, что главное, в чем он может реализоваться, это во власти. Поэтому очень многие люди идут в правоохранительные органы. В конечном итоге человек, накопивший огромные комплексы, по случайным обстоятельствам дорвался до власти, несмотря на своё первое заявление о том, что это все не для него, что это совпадение. Власть — это как наркотик. Власть — развращает. Абсолютная власть — абсолютно развращает. Он просто понял, что цель его жизни и безопасности — сохранение у власти. Война, по его мнению, это единственный выход сплотить возле себя российский народ на лжепатриотизме, на выдуманной им концепции, что все вокруг — враги. Ну сколько можно переписывать Конституцию? Ну ребят, вы что, издеваетесь? Человек 24 года у власти.

Что может остановить войну?

— Я лично вижу два варианта. Первый — это государственный переворот элит. Так как система, которую построил Владимир Владимирович, все-таки авторитарная, построенная на олигархате и людях в погонах, страной правят силовики. Были какие-то жалкие попытки пригожинского мятежа, которые были восприняты элитами с пониманием, а иногда даже с одобрением, хотя понятно, что это людоед. Второй вариант — это победа на фронте. Все зависит от воли украинского народа, от его силы, от разума.

Как нужно поступить с теми, кто развязал эту войну?

— Мне хотелось бы, чтобы все виновники этой войны понесли заслуженное наказание через судебные процедуры. Не знаю, насколько это возможно. Россия — ядерная держава. Я, честно говоря, не представляю, каким образом в случае переворота будут судить Дмитрия Анатольевича Медведева, с учетом того, что один из последних указов Дмитрия Анатольевича Медведева был о гарантии безопасности для бывших президентов Российской Федерации. Сейчас в России по действующему законодательству в случае, предположим, отстранения Путина после так называемых выборов, мы по закону не сможем его судить в Российской Федерации. У нас для этого нет механизма. Поэтому надо либо менять внутреннее законодательство Российской Федерации, чтобы можно было предать суду всех этих преступников на территории Российской Федерации, либо же использовать международные судебные институты. Это как у Шварца: «Дракона надо убить в себе» — Путина надо убить в себе. Вопрос же не лично в самом Путине, а в самой концепции. Страну надо менять, иначе у России не будет будущего. Мы просто превратимся в одну большую Северную Корею с ядерной кнопкой.

Удавалось ли вам переубеждать людей, которые поддерживают Путина?

— Этих людей надо услышать, им надо высказаться. Я понимаю, что, как правило, это не их измышления, а просто пересказ телевизора, Соловьева, Симоньян и прочих пропагандистов. Поэтапно надо потихонечку начинать с ними обсуждать какие-то определенные моменты. Тебе говорят: «Вот Украина собиралась напасть на Россию». Прекрасно. Один из моих любимых доводов: «А почему в таком случае Россия, зная о том, что будет нападение, в тот момент, когда мы уже на протяжении целого года проводили учения вокруг так называемой ЛНР, ДНР, Донбасса, когда Россия сосредоточила 700 тысяч солдат возле границы Украины, почему в этот момент Россия напала? Украина хотела напасть на Россию — прекрасно. Дождитесь, когда Украина на вас нападет, и тогда весь цивилизованный мир встанет на вашу сторону, и поставки вооружения США и цивилизованная Европа будут осуществлять России, как во время Второй мировой войны, а не агрессору — Украине». Но такого же не произошло. Тогда у людей начинается что-то складываться в мозгах: «Да, Украина же такая вся раздробленная, там очень сложное экономическое положение, и после 2014 года с армией было все плохо. Как они могли такое подумать? Они же маленькие — как они могли думать напасть? А зачем нападать? Что они хотят? Пройти маршем до Владивостока что ли?» И мы отходим всё дальше, вспоминаем Афганистан, прочие специальные военные операции в Азии, и показываем людям, что имперское мышление никуда не ушло после того, как распалась Российская империя и был создан этот чудовищный Советский Союз с его антигуманными институтами и ГУЛАГом. Имперская модель никуда не ушла. Одна из целей построения СССР — это мировая революция. Союз распался, а совок у людей из головы не ушел, и имперское мышление так и осталось. Нас накачивали агрессией и злостью с 14-го года в отношении Украины. «Вот мы булаву сделали, а тут такое оружие, а здесь такую ракету из тополей». Я всегда говорил простым языком. Меня спрашивают: «Тебе, что ли ,не важно, чтобы Российская армия была сильная?» — «Нет, у меня другие приоритеты». Мне важно, чтобы в первую очередь во всех школьных и дошкольных учреждениях были теплые туалеты, а не туалеты вертикального падения. Пока не будет туалетов, мне плевать на ракеты. Прошу прощения: человек сидит с голой жопой и говорит про величие страны, про то, что нам все завидуют.

Чего вы боитесь больше всего?

— Один из моих самых больших страхов уже реализовался — у нас война. Я из того поколения, которое в свое время много слушало своих предков-фронтовиков. У меня была бабушка, она блокадница, дожила до 90 лет. Она 13-го года рождения, блокадный Ленинград она встретила взрослой девушкой, уже женщиной. Она все очень хорошо помнила и много чего мне рассказывала. Бабушка с дедушкой моего папы познакомились в Берлине. Я много слышал про войну, но всегда слышал от них одно, точнее видел: они не хотели про нее говорить, потому что это был ужас. Я был ребенком, мне было очень интересно, но я все время встречался со ступором. Я понимал, что люди не хотят об этом говорить, не хотят вспоминать. Эта пресловутая фраза: «Никогда более» — была одним из самых больших страхов. В принципе, этот страх реализовался — уже второй год идет война. Следующий страх у меня — это ГУЛАГ, это превращение моей страны в Советский Союз, о котором сейчас очень многие вспоминают. Это когда граждане Российской Федерации будут получать выездные визы, когда будут полностью ограничены гражданские права, и мы превратимся в Северную Корею. Мы и так видим, что церковь и политика приходят в школы и начинают с детства вмешиваться в жизнь детей, в их воспитание, в их взгляды. Ощущение, что критическое мышление у детей вообще под запретом. Я не понимаю, кто в дальнейшем вырастет из этих детей. А как будет дальше продвигаться наука? Без критического мышления развитие цивилизации невозможно. В конечном итоге, самое страшное — это ядерная война, что кто-то сойдет с ума и нажмет на кнопку.