Я стервенею от обороны

Интервью с авторами комикса «Егор и Яна. Печаль моя светла»

В этот день, 19 февраля 2008 года, умер Игорь Федорович «Егор» Летов — основатель и лидер множества знаковых групп, наибольшую популярность из которых приобрела «Гражданская оборона». По случайному стечению обстоятельств редактор «Горького» Эдуард Лукоянов поговорил с Дмитрием Чиновым и Владимиром Наумовым — авторами печального и светлого комикса «Егор и Яна».

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

Дмитрий Чинов, Владимир Наумов, Ольга Лаврентьева. Егор и Яна. Печаль моя светла. М.: Alpaca, 2024

— Чем вы занимались в тот день, когда умер Егор Летов?

Владимир: Думаю, были в школе, причем оба, — мы учились в одном классе. Я тогда толком не знал о Егоре Летове и не понимал, кого мы теряем.

— А с чем вообще связана такая популярность у авторов и читателей биографических комиксов? То про Бобби Фишера что-нибудь нарисуют, то про Бажова Павла.

Дмитрий: Как издатель могу сказать, что в Alpaca это не первая и не последняя биография, которая у нас выходит. Как раз на днях мы анонсировали биографический комикс про Булгакова, над которым работали больше года, не думая о фильме, который сейчас идет в прокате. До этого у нас выходила биография Гаврило Принципа.

Мне вообще нравятся сложные личности, которые находятся в плоскости серой морали, — это относится и к тому же Принципу, и к Игорю Федоровичу, и ко многим другим. Мы в издательстве стремимся рассказывать неочевидные истории, сделав из них полноценное произведение искусства.

Владимир: Проект начался с того, что у меня родилась идея для фильма — это должна была быть метафизическая история последнего разговора Егора и Янки Дягилевой в хижине, стоящей в сибирской тайге. Такое действо в духе Дэвида Линча: они выясняют отношения, Янка уходит в лес, Егор — за ней, никого не находит, возвращается в хижину ни с чем и продолжает играть свою музыку. Такая вот короткометражка.

Мне было интересно взглянуть на этих икон как на людей, прочувствовать их характеры. Сколько бы ни выходило книг и фильмов, мы все равно часто говорим о «Гражданской обороне» как об отдельной вселенной, а о Летове — как небожителе не от мира сего.

Дмитрий: А про Яну вообще не говорим.

Владимир: Когда я думал об этом фильме, я учился на третьем курсе института, не обладал социальным капиталом среди киноделов, так что реализовать проект было невозможно. К счастью, Дима начал расти в комикс-индустрии, и я воспользовался его служебным положением. Промыл ему мозги «Гражданской обороной», пытал музыкой.

Дмитрий: Мы в тот момент были соседями, долго обсуждали эту идею, но в итоге закономерно пришли к выводу, что кино такое никто снимать не будет. Так бы и все закончилось, если бы мне не пришла мысль сделать комикс, то есть придать идее форму, которую мы точно сможем реализовать. И вот тут уже все завертелось всерьез.

Дмитрий Чинов, Владимир Наумов, Ольга Лаврентьева. Егор и Яна. Печаль моя светла. М.: Alpaca, 2024

— И вы пошли за рисунками к Ольге Лаврентьевой?

Дмитрий: Да, я сразу вспомнил про нее. Она действительно одна из самых крутых художников авторских комиксов с собственным стилем, который ни с чем не спутать. Ее личная история тоже в определенном смысле резонирует с главными героями, насколько помню. Я раньше никогда с ней не работал, но всегда был поклонником ее комикса «Сурвило». Я написал ей, мы быстро обсудили условия — и полетели.

— Мне в вашем комиксе больше всего понравилось то, что он точно не понравился бы Егору Летову. Во-первых, взяли самый болезненный эпизод его жизни, о котором он не любил говорить. Во-вторых, передали его через американского типа книжку с картинками. Как считаете?

Владимир: Егору, действительно, не понравилось бы. Как и людям, которые уже заявили нам о своем отношении, даже не прочитав.

Дмитрий: Но осудив.

— И в чем претензии? «Про Летова нарисовали книжку с картинками — какой ужас»?

Дмитрий: В основном в том, что мы якобы на нем наживаемся. Мы очень надеемся хотя бы за полгода окупить ее производство — так что наживаемся страшно, только и успеваем ходить за лопатой для денег.

Владимир: Люди думают, что мы гонимся за трендами, вслед за создателями сериала «Король и Шут» пытаемся монетизировать историю панк-субкультуры, превратить «Гражданскую оборону» в товар. Но я бы предпочел, чтобы никто все-таки в этой истории за Игоря Федоровича не выступал.

Дмитрий: И не жаловался. Главное, чтобы она вызывала эмоции. И надеемся, что наши критики не покупают паленый мерч «Гражданской обороны», которым завалены магазины, наживающиеся на наследии Егора Летова и Янки Дягилевой. Потому что мы-то как раз издали книгу с официального разрешения наследников обоих героев.

— Учитывая, насколько трепетно вдова Летова Наталья Чумакова относится к наследию Игоря Федоровича. Как она, кстати, отнеслась к книжке?

Дмитрий: Мы с ней около часа разговаривали, в итоге она сказала: «Все было не совсем так, но выглядит очень красиво. Делайте, как видите». То есть разрешила. Но вообще с авторскими правами связана долгая история.

Идея у нас появилась, появились исполнители, материал обрастал, дополнялся новыми страницами по мере того как мы общались с родственниками героев. В принципе просто для биографии никаких прав не нужно, если все сделать аккуратно. Но у нас ведь в книге множество текстов песен и отдельных строк, а это уже объект авторского права. В 2018 году уже выходил комикс по Летову «Моя оборона», но он был неофициальный, и его довольно быстро прикрыли. Мы как большое издательство, естественно, хотели сделать все официально.

Первым делом я решил обратиться к Анне Волковой, наследнице Дягилевой. Но ее контактов нигде не было — все нас перекидывали от знакомых к знакомым знакомых и так далее. Ничего не получалось, серьезная оказалась проблема. В итоге вмешалась судьба.

Шел последний день книжного фестиваля «Красная площадь». Вечер вторника, никого нет. До закрытия остается час, мы начинаем собирать книги в коробки. И тут вдруг подходит мужик в футболке «Гражданская оборона», начинает копаться в наших комиксах и обсуждать с девушкой, с которой пришел, издательство «Выргород». Я решаю вклиниться: «А вы какое-то отношение имеете». — «Может быть, имеем». — «А позвольте рассказать вам историю: мы вот сейчас книгу делаем, и нам для этого нужно то-то и то-то». И случилась магия: этим человеком был Иван Киреев, который попросил для нас у журналиста и продюсера Сергея Гурьева контакты Анны, и я ей написал.

Она очень долго не отвечала, но через какое-то время мы все-таки договорились созвониться. Она исправила множество наших ошибок: оказалось, что в общедоступных источниках очень много неправды, но, слава богу, у нас была возможность пообщаться с некоторыми свидетелями тех событий.

Далее очень похожий процесс был с Натальей, тоже отсматривали материал, вносили какие-то правки. Потом еще немного юридической волокиты по бумагам и выплатам, но теперь мы можем с чистой совестью сказать: мы выпустили первый официальный комикс по мотивам творчества Егора Летова и Янки Дягилевой.

Дмитрий Чинов, Владимир Наумов, Ольга Лаврентьева. Егор и Яна. Печаль моя светла. М.: Alpaca, 2024

— Вот любопытно: подзаголовок комикса взят из песни Дягилевой, но разговор у нас строится все равно вокруг Летова и «Гражданской обороны».

Владимир: Наша книжица в том числе и про это. Егора действительно много. С задачей заразить людей своими идеями он давно справился на национальном уровне.

Дмитрий: Естественно, изначально у нас была задача рассказать историю Янки Дягилевой. Но в процессе работы над сценарием мы поняли: ну без Егора никуда. Он так или иначе до самого конца влиял на ее жизнь и музыку. И про него доступно куда больше биографического материала: книг, фильмов. Но сразу скажу: в названии он идет первым не для того, чтобы книга продавалась лучше, — «Егор и Яна» чисто фонетически лучше, чем «Яна и Егор».

Владимир: Я вообще хотел назвать просто: «Печаль моя светла».

Дмитрий: И тут вклинился я как издатель. Но честное слово: если бы мы думали только о маркетинге, мы бы назвали книгу «Егор Летов и Янка Дягилева: моя оборона, вечная весна в одиночной камере, я стервенею от обороны».

Владимир: CEO-заголовок такой.

Дмитрий: Но вообще, мне кажется, мы нашли оптимальный компромисс, моя совесть чиста, а печаль светла.

— Если вернуться к главным героям, то я лично таковым считаю не Егора и не Яну, а появляющегося на нескольких страницах человека по имени Владимир. Это такой советский обыватель в шубе, который сначала плюется, а потом вдруг проникается панком, достает из кармана бутылку и начинает кричать «Хой!» на глазах у своей перепуганной жены (тоже в шубе). А вам не удалось выяснить, была ли у Летова шуба?

Дмитрий: Думаю, нет.

Владимир: А жаль. Летов в шубе — это по панку. Помню, мы очень переживали пытаясь понять, был ли у Игоря Федоровича телефон.

Дмитрий: И если был, то какой.

Владимир: В одном сегменте у нас Егор пытается по телефону справиться о состоянии Яны. И тут вдруг случилась творческая проблема. Мы смотрели видео с Егором, читали его биографии, но нигде не нашли чертова телефона. И если мы где-то ошиблись, то наверняка в этом месте.

А насчет советского обывателя Владимира — я очень горжусь этим слоем книги. Там в одном моменте вместе с панками на концертах сначала «Гражданской обороны», а потом Янки тусуется человек в военной форме. Это проскальзывает мимоходом, но мне хотелось показать, что эту музыку слушали люди самые разные. То есть это не только субкультурный феномен.

Дмитрий Чинов, Владимир Наумов, Ольга Лаврентьева. Егор и Яна. Печаль моя светла. М.: Alpaca, 2024

— У издательства Alpaca есть замечательная серия «Древние комиксы». Читая «Егора и Яну», я вспоминал эту линейку и подумал, что можно было бы сделать кроссовер «Плюшевый мишутка Бамси». А какие еще такие кроссоверы можно было бы нарисовать, отталкиваясь от песен Летова и американских книжек с картинками, которые читали бы наши бабушки, если бы они у них были?

Дмитрий: О нет, это опять авторские права получать. На самом деле я бы хотел сделать еще что-нибудь про Игоря Федоровича, отдельное, большое и сложное. Кто знает, быть может, однажды.

Владимир: А я все еще думаю о Летове в шубе. Мне кажется, мир многое теряет без этого образа.

— Напоследок хотел бы все-таки вернуться к Яне. Дочитав ваш комикс, я потушил свечи в канделябре и лег спать. И вдруг мне во сне явилась Дягилева и сказала: «Если на уроке географии вызвали к доске, выходи с ее обратной стороны». Помогите понять эту загадочную фразу.

Владимир: Будь против — и люди к тебе не потянутся.

Дмитрий: Либо это про то, что у медали две стороны, как и у школьной доски.