Путь джедая

Бывший прокурор перешел на сторону света и теперь спасает тех, у кого нет денег на адвоката. А еще учит других, как защититься от системы

Помогаем Русь сидящая Помочь

— Для чего вы пришли сюда?

— Мы хотим помогать адвокатам.

— А когда хирург вашего родственника оперирует, вы пойдете в операционную помогать?

С этого милого диалога начинается почти каждая лекция юриста Алексея Федярова в «Школе общественного защитника». Ольга Романова, основатель движения «Русь сидящая», называет Алексея Федярова «прокурором, перешедшим на сторону света». Путь к свету, как и любой настоящий путь, был тернист и немного пропах баландой.

Мечта прокурора

Алексей Федяров пришел работать в прокуратуру в 1996-м, сразу после университета. Когда в 2007 году организовывался Следственный комитет, и прокурорским нужно было выбрать — идти в новую структуру или оставаться в прокуратуре, Федяров решил, что хватит. Уволился с должности начальника отдела по надзору над следствием прокуратуры республики Чувашия.

Ушел в бизнес, работал в крупных компаниях. Дела шли отлично. Спорт, бизнес, семья, дети. Казалось, что жизнь окончательно удалась — до переезда в Москву на должность гендиректора крупной строительной компании оставалось всего каких-то две недели — но за Алексеем внезапно пришли. Когда его задержали, он поначалу не мог понять вообще, о чем идет речь.

«У меня иллюзий не было. Я прекрасно понимал, что любого человека в бизнесе, топ-менеджера даже маленькой компании при желании можно легко закрыть. Но моя история оказалась совсем абсурдной. Я сам себя подставил».

Давние знакомые попросили разобраться с делом. Федяров состыковал их с человеком, который мог бы этим заняться. Просто познакомил. Тот взял с них крупную сумму, 50 миллионов рублей, но сделать ничего не смог. Узнав об этом, Федяров встретился с ним и попросил деньги вернуть. В итоге оказался крайним. Сначала ему инкриминировали дачу взятки, потом переквалифицировали на мошенничество. По ходу дела установили, что он не получил ни копейки. «Даже в приговоре в отношении людей, которые фактически получили деньги от потерпевшего, сказано, что я денег не получил, только требовал возврата суммы потерпевшим. Но мой приговор все равно обвинительный, меня осудили по 159 ч. 4 и дали четыре с половиной года. Когда я на себе прочувствовал, как можно ни за что легко уйти на хороший срок, понял, что с этой системой нужно воевать», — рассказывает Алексей. Год, пока шло следствие, он провел под домашним арестом, потом четыре месяца в СИЗО, а из суда по этапу отправился в ИК-13 в Нижний Тагил. Год назад вышел по УДО.

Алексей Федяров рассказывает свою историюФото: Павел Волков для ТД

«Думаю, если бы Глеб Жеглов в наше время просто пришел бы в суд по делу Кости Сапрыкина и сказал: «Вот крадун, у меня есть сведения об этом, показать их не могу, это самая страшная оперативная тайна, но я ему подложил кошелек в карман, мы все оформили, надо осудить», —уехал бы Костя первым этапом. И никто бы не удивился. Но я видел таких судей удивленными, когда их самих такими методами приговаривали». Из поста Алексея Федярова в Facebook.

Воин света

Воевать с системой он начал уже на второй день в колонии. Воевать по-своему. Помогал писать кассационные жалобы, ходатайства, добиваться пересмотра приговоров, апелляций в отказе по УДО таким же сидельцам, как он сам. Все свои знания и опыт, полученные в работе на систему, использовал против нее же самой.

От оплаты отказался сразу: ни денег, ни конфет, ни сигарет. Дела, по которым писал жалобы, не считал. Поначалу даже копий себе не оставлял. Доступа к судебной практике в колонии нет, компьютеров тоже. Писал в основном по наитию. От руки. Всех с оказией просил передать бумагу. Она тяжелая. Вес передач ограничен. А бумаги уходит много. Хорошая кассационная жалоба — это многостраничный труд. Дела брал те, которые были интересны, и в которых было, за что зацепиться. Алексей полагает, что за время в колонии разобрал полноценно несколько десятков дел. За судьбой некоторых подопечных следит до сих пор.

Первую кассацию уральцу Евгению Витту написал еще в колонии. Хороший парень, столяр от бога, руки золотые. Вкалывает каждый день в колонии по 14 часов. Пятеро детей. Пока сидит, малышей уже стало шестеро. Уральский немец. Не пьет совсем и не пил никогда. В своем окружении такой уникум один. За то и пострадал. Были гости. Обычное застолье. Но, как это часто случается в России, «не хватило». Заказали таксисту несколько бутылок пива. За пивом отправили Женю. Таксист был не в духе, стал возмущаться, что клиент спускался слишком долго. Слово за слово, и таксист получил удар в челюсть. Челюсть цела. Синяк. Вызов полиции. Нарисованный в деле грабеж, и многодетный папа уезжает в колонию на пять с половиной лет. По первой кассации пришел отказ, по второй срок сократили. Сейчас ждут решения по УДО.

Судьбой еще одного 25-летнего бедолаги Федяров занимался два года. Не раз писал про него у себя в Facebook. При живой маме парень провел девять лет в детском доме. Алкоголь, наркотики, пьяная драка, суд, колония. Алексей помогал ему в колонии. Взял под опеку. Не просто написал ходатайство для УДО, но и пытался вытянуть парня, убедил заниматься спортом, выстроил ему программу тренировок. Увлек чтением. Видел в нем хороший потенциал. Помог даже с мамой найти контакт. Но сейчас говорит про него неохотно. История закончилась грустно. Мама умерла через три недели после освобождения сына. Федяров забрал парня, дал ему работу в Подмосковье, поддерживал как мог. Но воля и водка оказались важнее перспектив.

Из колонии Алексей Федяров вышел с толстой папкой накопившихся бумаг и ясной целью — помогать бедолагам и дальше.

В бизнес возвращаться не стал. Создал свою юридическую фирму, а тем, кому заплатить нечем, продолжает помогать бесплатно. Звонят и пишут те, кто остался в колонии, по сарафанному радио стали писать и из других колоний. Так, по чьей-то рекомендации осенью прошлого года к Алексею Федярову пришел гражданский муж Евгении Чудновец — активистку из Курганской области отправили в колонию за «распространение детской порнографии». Она репостнула видео во «ВКонтакте», чтобы привлечь внимание к издевательствам над ребенком. Алексей взялся написать кассационную жалобу. К защите Чудновец подключилось много общественных деятелей. Так Федяров познакомился с Ольгой Романовой. А через нее уже и с «Русью сидящей».

Читать лекции в «Школе общественного защитника» согласился сразу. Он уверен, что «Школа общественного защитника» — это очень важно. За неделю человек не станет адвокатом высокого уровня. Но за эти несколько дней реально дать человеку базу, если ему это действительно надо. Знать законы — полдела. Важна практика правоприменения. Система работает не так, как кажется. Зная систему изнутри, Алексей дает взгляд с другой стороны. Разбирает и в теории, и на примерах ситуации, которые могут возникнуть с каждым. Как вести себя при задержании, как общаться со следователем, как работать с адвокатом, как давать показания или грамотно от них отказываться. Подробно, пошагово.

«Меня часто спрашивают: «Зачем тебе эта правозащитная возня?» А мне обидно, что у слова «правозащитник» в последнее время изменилась коннотация. Я помогаю конкретным людям, не с плакатами хожу. Помогаем всем, не деля людей на политзаключенных или нет. И на самом деле вся сегодняшняя практика, та же статья 318 УК (Применение насилия в отношении представителя власти. — ТД), обкатана на простых работягах. Политической она стала после Болотного дела, с 2012 года, но применяется с 1997-го. Просто тогда все молчали», — объясняет Федяров.

Алексей ФедяровФото: Павел Волков для ТД

А вопрос про помощь хирургу в операционной Алексей задает для того, чтобы люди поняли всю меру ответственности общественного защитника. Он может помочь своему близкому, а может и ухудшить его положение своими действиями. Сутяжник и защитник — это разные вещи.

Надо признать честно, правозащитным проектам помогать не любят. Всегда кажется, что это «не про меня». А если со мной что и случится, то уже ничего не поможет — ведь если захотят, посадят любого. И да, случай Алексея это подтверждает. Но он подтверждает и то, что системе можно сопротивляться. И чем выше ваша юридическая грамотность, тем эффективнее сопротивление.

Обучение в «Школе общественного защитника» бесплатно. Алексей за свои лекции денег не получает. Но школе нужны деньги на аренду помещений, зарплату координаторов и печать раздаточных материалов.

Обычно на работу ШОЗ жертвуют только после очередной волны протестов, когда все ее выпускники нарасхват. Но как только автозаки разъезжаются, денежный ручеек пересыхает. А занятия в Школе тем не менее проходят регулярно, потому что они не только для «политических», эти знания могут пригодиться любому.

Ближайшая «Школа общественного защитника» начнется в Москве 11 сентября. Лекции и выездные сессии Школы периодически проходят на Урале и в Сибири.

Оформить небольшое, но регулярное пожертвование на нужды «Школы общественного защитника» — это как заговорить беду, отвести от себя, чтобы самому никогда не понадобилось. Поэтому давайте сделаем это сейчас. Ну, а если понадобится, Школа будет продолжать работать. Но только если мы соберем на нее денег.

В материале используются ссылки на публикации соцсетей Instagram и Facebook, а также упоминаются их названия. Эти веб-ресурсы принадлежат компании Meta Platforms Inc. — она признана в России экстремистской организацией и запрещена.