Трое воображаемых мальчиков

Артем Абрамов о том, чем ему не понравилась первая на русском языке биография The Cure

Джефф Аптер. Всегда мало. М.: Кабинетный ученый. Перевод с английского Я-Ха, Nik V. Demented

«Всегда мало» Джеффа Аптера — крайне странный выбор для академического издательства (пусть и с приставкой «квази»). Австралиец Аптер — профессиональный биограф, специализирующийся в основном на двух больших темах: «настоящая тяжелая работа» и «настоящая искренняя музыка». Насколько эти две линии взаимопроникаемы, можно судить хотя бы по тому, что про одних AC/DC (простите) Аптер успел накатать целых три с половиной тома. Биография же Тhe Cure — чуть более ранняя работа автора, выпущенная под конец 2005 года, когда Джефф еще только-только вступал на сию скользкую дорожку. И вот здесь уже можно задаться вопросом: зачем было выпускать эту книгу именно к очередному концерту группы в России, если про последний альбом и следующие десять лет смирения Смита с собственной популярностью там нет ничего? Особенно когда есть совсем недавняя «A Perfect Dream» Гиттинса.

При всем богатстве выбора источников (перечисление использованных интервью и критики занимает шесть страниц), Аптер работает с ними крайне странно, применяя только два метода. Первый — механическое воспроизведение всего, что было написано про группу в определенный момент времени, второй — сравнение сказанного музыкантами в интервью и того, что отмечал Роберт Смит в автобиографии «Ten Imaginary Years». Последним же Аптер занимается без поиска противоречий, но местами с натуральным фанбойским ехидством (и отнюдь не родственным панк-журналистике), сводящим на нет те еще поползновения книги быть серьезным биографическим произведением.

В итоге повествование просто превращается в хронолатрическую историю о том, кто, что и когда сказал про The Cure в тот или иной момент. Все двенадцать глав — условно читабельная подробная переработка прямой речи, разве что первые десять — о становлении The Cure, продюсировании And Also the Trees, взаимоотношениях со Сьюзи Сью и Стивеном Северином, а также о наркозависимости членов группы, две последние — о селлауте и внутрикухонной ругани. Круто. Даже не особый любитель Cure знает, что их история — это тусовки и селлаут. Любитель же (на которого книга и была рассчитана) устал от баек про это давным-давно.

И это в еще лучшем случае. В худшем — Аптер начинает коллекционировать влияния и источники вдохновения членов группы и их окружения, представляя их читателю одним сплошным потоком, резюмируя подобное собственными измышлениями, мягко говоря крайне странного толка. Сравнение Роберта Смита с Джином Симмонсом и пассаж о смерти известного звукоинженера Конни Планка после встречи со Смитом в 1982 году (Планк умер пять лет спустя) — это еще цветочки. Аптер без зазрения совести вставил почти на первой сотне страниц «Всегда мало» отрывок из своей предыдущей книги про Red Hot Chili Peppers. Пожалуй, оставлю этот автопродактплейсмент без комментариев.

Ангелом-истребителем такого музлита по праву считаются размышления автора о звуке. Позволю себе процитировать два абзаца — опять же, без лишних слов:

«„The Final Sound” шагает в пропасть еще дальше: раскинувшийся звуковой ландшафт по характеру настолько готичен, что можно даже ошибочно принять его за саундтрек к одному из ужастиков студии „Хаммер”». (‘The Final Sound’ goes one step further into the abyss; the soundscape was so positively Gothic in tone you could almost be fooled into believing that it was lifted straight from the soundtrack of some Hammer Horror gorefest).

«Третий альбом The Cure завершается заглавным треком „Faith”, где болезненное настроение Смита эпично растянуто на семь минут». (The Cure’s third album closed with the title cut, ‘Faith’, a track that stretched Smith’s morbid mood by an epic seven minutes).

Перевод, как здесь можно заметить, терминально страдает от отсутствия вычитки. Прибавьте к этому незнание идиом («almost-anything-goes», например, в тексте столмачено как «и так сойдет»), обилие «молодежного» слэнга, заставляющего вспомнить две знаменитые картинки про великовозрастных шалопаев не на своем месте, и вы сможете сами представить литературную ценность этого опуса на русском. Сначала мне показалось, что «Всегда мало» занимался Олег Дудкин, благодаря всему перечисленному превративший и так невнятные байки Питера Хука в абсолютно нечитабельную (за исключением списков расходов «Хасьенды») книгу. Но в выходных данных указан некто Nik. V. Demented, также занимавшийся вышедшей параллельно историей Joy Division, и по ходу дела отметивший, что один из переводов пролежал в столе почти декаду, а второй же вышел буквально за полгода. И отсутствие внятных атрибуций для каждой книги все делает еще смешнее.

Если же «Всегда мало» действительно переводили к «Пикнику Афиши» со Смитом в качестве хедлайнера, то выбор книги, что предваряется историей о самоубийстве на концерте The Cure (один из немногих интересных моментов книги), делает ситуацию попросту гомерической.

В сухом остатке же мы имеем никудышную книжонку в никудышном перекладе в никудышное время, которая вполне может оставить то еще впечатление о группе у человека, каким-то боком с The Cure незнакомого. И при всей популярности предмета разговора вполне могу представить, что таких определенное количество есть. Если уж и упирать на взгляд из первых рук с какой-никакой аутентичностью — решительно непонятно, почему не решили перевести «Cured» того же Лола Толхерста.

Издательству же «Кабинетный ученый» хочется напомнить о том, что их эпоним вроде как призван размыкать и рассеивать вещи очевидные и повседневные; пока же с папиным роком и маминой поп-музыкой получается ровно наоборот. Может, самое время переключиться на Мастерса, Робба и Рейнолдса?