Сделай мне зомби

Зомби — это мёртвый ты, это твоя мёртвая бабушка, которая готовит салат из гнилых овощей, это муляж папани Шухарта, который смотрит в стену. Мы могли бы счесть мёртвость их ключевым качеством, если бы не одно «но» — это лишает нас даже самых крохотных шансов сделать собственного зомби. Стоит положить в основу другие качества оживших покойников. За наличием отсутствия зомби в нашей жизни трудно определить, что именно для них является ключевым, но расхожи два варианта: зомби либо агрессивны (прежде всего в масскульте), либо покорны (классический вариант). Словом, всё как в жизни. Используя подручные средства — от маленького молоточка до хорошо оборудованной биологической лаборатории — при доле усердия любой из нас может создать собственного ходячего мертвеца или даже заварить полноценный зомби-апокалипсис.

Народный способ,

он же химический

Как следует пропиарил феномен вуду, а в частности, зомби и бокоров — жрецов вуду, недобрых хозяев, журналист Уильям Сибрук — оккультист и пьяница. В 1929 году он написал книгу «Остров магии» об острове Гонав на Гаити. Это не исследование, но поэтический репортаж: так, в книге есть главы «Убийство бога», «Алтарь черепов», а глава о зомби называется «Мёртвые мужчины, работающие в тростниковых полях». «Пусть зомби приходит из могилы, это не привидение и не человек, воскрешённый, как Лазарь, из мёртвых, — нежно пишет Сибрук. — Зомби... это бездушный человеческий труп, всё ещё мёртвый, но поднятый из могилы и колдовством наделённый механическим подобием жизни». Его создают ради преступления, или развлечения, или скучной тяжёлой работы — для потогонок они тоже годятся (надеюсь, корпорации не примут это как руководство к действию): Сибрук рассказывает историю работы целой бригады зомби на гаитянско-американскую сахарную компанию. Так мир услышал о вуду.

В 1983 году этноботаник из Гарварда Уэйд Дэвис опубликовал в «Журнале этнофармакологии» своё исследование, привезённое прямиком с Гаити. Хитрый учёный в основном вынюхивал один-единственный факт: из чего состоит «зомби-порошок», которым создают живых мертвецов? Как их создают? У каждого бокора, как оказалось, свой состав зомби-зелья, но пять ингредиентов там постоянны.

Вам потребуются сожжённые человеческие останки, многощетинковый червь, большая жаба, древесная лягушка и основной ингредиент — рыба фугу. Непотребное волшебство делает в основном она, точнее, содержащийся в её печени, глазах и яичниках тетродотоксин. Если в небольшой дозе он просто делает человека бледным и немного не в себе, а в большой приводит к респираторной недостаточности и смерти, то в окололетальной дозе тетродотоксин подавляет дыхание и сердцебиение до еле заметных. Таким образом, зомби-порошок доводит человека до максимального сходства с трупом, включая характерную для трупов молчаливость. Далее подопытного можно официально похоронить. Позже бокор приходит на кладбище, выкапывает будущего зомби и опаивает ещё одним зельем, основной компонент которого — дурман обыкновенный. Это зелье одновременно ускоряет разрушение тетродотоксин-коктейля в теле и при этом вызывает у жертвы бред и дезориентированность, которые вам придётся далее поддерживать тем же дурманным зельем. Зомби готов, можно давать ему ценные указания. Он, по меркам Голливуда, недостаточно агрессивен и совершенно не заразен, но зато исполнителен, неприхотлив и не живёт, а существует. Не этого ли мы хотели?

Стоит иметь в виду: как отмечает Уильям Сибрук, многие гаитянцы, даже беднейшие, стараются как следует замуровать могилу своего родственника, похоронить его в людном месте или вовсе у своего порога, или покараулить могилу до начала разложения мертвеца, чтобы не дать бокору забрать его. Там же, в «Острове магии», приводится статья 249 из Уголовного кодекса Республики Гаити: «Как попытка убийства должно квалифицироваться применение против любого человека веществ, которые приводят к более или менее продолжительной летаргической коме. Если же после применения подобных веществ человек был похоронен, это деяние считается убийством независимо от последовавшего результата» (читай — даже если мертвец встал). Правда, Сибрук немного ошибается: это 246-я статья, изначально относившаяся просто к отравлениям и расширенная в 1859 году до приведённой формулировки.

Кинематографичный способ,

он же инфекционный

«28 дней спустя», «Обитель зла» и десяток других фильмов объясняют происхождение живых мертвецов биологической инфекцией: из летающей тарелки/древней гробницы/шкафа подростка на волю вырывается зомби-вирус, пандемия, зомби-апокалипсис, гибель цивилизации. Эта теория вполне состоятельна — многие вирусы ведут к агрессии: так, вирус Какуго связывают с агрессивным поведением рабочих пчёл. Но из ныне существующих вирусов, которые способны поразить человека, безумный учёный, скорее всего, выбрал бы бешенство. Да, бешенство было бы идеальным.

Во-первых, оно передаётся при укусе, что есть несомненная классика зомби-апокалипсисов. Во-вторых, в первой стадии оно сильно смахивает на проблемы офисного сотрудника в кризисе жанра: угнетённость, плохой сон или бессонница, беспокойство; таким образом, заражённый пойдёт скорее к психоаналитику, чем к инфекционисту. Далее расцветает букет зомби: агрессия, буйство, бред.

Есть ли у бешенства недостатки? Да, конечно. Период агрессии в бешенстве длится всего один-четыре дня — маловато для по-настоящему хорошего зомби-апокалипсиса, далее следует неминуемая смерть; слабо предсказуемый инкубационный период; не слишком удобный способ заражения: передача через укус — это романтично, но с точки зрения логистики неоптимально для быстрого распространения. Поэтому наше бешенство необходимо скрестить с каким-нибудь вирусом, передающимся воздушно-капельным путём. В документальном фильме «Правда о зомби» National Geographic вирусолог школы медицины Миллера университета Майами Самита Андреански предполагает, что перемешивание вируса бешенства со способностью вируса простуды быстро распространяться через воздух может привести к полноценному зомби-апокалипсису.

Подошла бы для выработки зомби-вируса и корь с её почти стопроцентным индексом контагиозности. К сожалению, маловероятно, что мутация произойдёт сама собой: вирусы бешенства и простуды/кори относятся не то что к разным родам, а даже к разным семействам (Rhabdoviridae и Ortomyxoviridae/ Paramyxoviridae), так что в природе они обычно не способны скреститься даже ради мирового зла.

Таким образом, вывести собственного живого мертвеца, который рвёт, грызёт и мечет, можно двумя способами: если вас устроит очень недолговечный зомби — просто заразите человека бешенством и сядьте на берегу реки, ожидая, когда тот взбесится. Чтобы добиться полноценного зомби-апокалипсиса, потребуется провести и полноценную научную работу. Необходимо изменить несколько свойств вируса бешенства: максимально увеличить стадию разгара вируса, хотя бы до двадцати-тридцати дней, гарантировать краткий инкубационный период и сменить способ передачи с орального на воздушно-капельный.

Чтобы добиться некоторых знакомых нам по Голливуду признаков зомби — особая походка, дискоординация, тремор, подёргивания — в коктейль стоит добавить также какой-нибудь вирусный энцефалит. Добавим, что вирусной мутации можно добиться несколькими способами, например применить физические мутагены — ультрафиолетовый свет или рентгеновские лучи. Теперь вы вольны осуществить хорошую лабораторную работу ради плохих целей.

Те, кто предпочитает более зримые вещи, может обратиться к паразитам. Так, токсоплазмоз, вызываемый токсоплазмами, обладает поразительной способностью контролировать крыс, промежуточных передатчиков паразита. Предположительно токсоплазмы вмешиваются в работу миндалин так, чтобы у крысы возникла симпатия к кошке: крысе начинает нравиться запах кошачьей мочи, а страх быть съеденной кошкой притупляется. Позаимствованное, это свойство токсоплазмоза могло бы помочь вывести великолепных живых мертвецов в их классическом смысле — покорных. Существует также грибок кордицепс, способный управлять муравьями, и ещё тысяча разнообразных штучек, которые выживают за счёт контроля других организмов. Они созданы самой природой — а значит, естественны и экологичны.

Хирургический способ,

или наобум

Как сказал нейрофизиолог Хосе Дельгадо в 1971 году, «индивидуум беззащитен против прямой манипуляции с мозгом». Коль скоро мы — это наш мозг, то из нас можно сделать зомби, используя наш мозг. Для этого стоит пораскинуть мозгами. Не могу удержаться от дешёвого каламбура. Какие свойства прежде всего присущи зомби? Зомби злы. Таким образом, нам нужно прежде всего превратить человека в гнев.

Природа и здесь справляется лучше нас: доказано аутопсией «Техасского снайпера» Чарльза Уитмана, в 1966 году зарезавшего жену и мать, а затем расстрелявшего шестнадцать человек с башни Техасского университета. При вскрытии в мозге Уитмана была обнаружена глиобластома размером с мячик для гольфа. Росла она из таламуса Уитмена, затронула гипоталамус, давила на миндалину и достигла лобной доли неокортекса. Таким образом, под ударом оказались три важных области одновременно: реакция на опасность, гнев, самоконтроль.

За агрессию в человеческом мозге отвечает гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковая система: миндалины говорят: «Бей или беги!» — гипоталамус в ответ начинает вырабатывать гормон, который воспринимает передняя доля гипофиза. Гипофиз сигнализирует надпочечникам: «Давай адреналин!» — надпочечники выполняют приказ. Получается отличная драка. Немного притормаживает миндалину орбитофронтальная кора (прямо над глазами и снизу), которая склонна рассматривать любую ситуацию как чуть более сложную, чем «бей или беги!»; большинство потенциальных драк превращает в обычные неприятные инциденты именно она. Кстати, миндалин так-то две, но для нас важнее правая — согласно исследованиям, её электрическая стимуляция превращает человека в испуганного или разгневанного, причём эмоции эти сохраняются даже после окончания воздействия.

Таким образом, для создания полного ярости существа, не способного к базовой мысли «чё-то не то делаю» необходима небольшая операция на открытом мозге: пара ударов по орбитофронтальной коре, которая контролирует поведение, и физическое повреждение миндалины, лишающее человека чувства страха. Подавлена орбитофронтальная кора — соответственно, постоянно сверхактивны миндалина, гипоталамус и таламус (доминирует лимбическая система) — в итоге расшатанная гормональная система заводится очень, очень быстро.

Также запускает агрессивное поведение электрическая стимуляция гипоталамуса. Чуть более сложные формы поведения, обусловленные социально, таким примитивным способом создать не удастся, но если какие-то результаты приносила даже «лоботомия ножом для колки льда», почему бы вам в конце концов не создать таким манером зомби, пусть и после пары десятков неудачных попыток?

Стоит отметить, что работает это и в обратную сторону: доктор Роберт Гэлбрайт Хит создал себе научное имя, вживляя в мозг психически больных людей «коробку удовольствия», стимулятор зон удовольствия в мозгу. Как показала практика, стимуляция зоны удовольствия приглушала неконтролируемый гнев, к которому были склонны некоторые пациенты. Он чувствовал «Оно подкатывает!», нажимал на кнопку — и расплывался от счастья.

Транс или гипноз, как считается традиционно, не подходят для подготовки покорных живых мертвецов — считается, что это просто невозможно: заставить человека под гипнозом сделать то, чего он не хочет, сложнее, чем воскресить мертвеца. Но наше тело достаточно уязвимо, чтобы реализовать как минимум три вышеупомянутых способа. Всё это, в конечном итоге, о теле — о его покорности ядам, вирусам, паразитам, собственному мозгу; возможно, создание зомби — это пример суперобъективации человека. Нам не нужно его сердце, не нужны его воспоминания, его мнение о том, что с ним происходит: мы хотим, чтобы его тело шло, а сам он был послушным, злобным, чтобы он был мёртвым, а тело его — живым.

Белый и мёртвый: нейропсихология зомби Валентина Петрова, Bojemoi! Сравнение человека и живого мертвеца в новом нейробиологическом научпопе «Мозг зомби»: почему мы не жрём всех подряд и другие секреты мозга