Как я оказалась девушкой аскера

Читатели! Напоминаем, что на этой неделе завершается конкурс на лучшую ту самую историю, приз в котором — бесплатная футболка с Теодором Глаголевым, которую мы отправим в любую точку мира. Трёх победителей конкурса определят читатели — чем больше лайков, шеров и ретвитов в соцсетях наберёт ваш рассказ, присланный нам с 13 октября по 13 ноября этого года, тем больше у вас шансов получить футболку с портретом Теодора. Сегодняшняя участница конкурса Дарья рассказывает о том, что бывает, когда ты молод и хочешь веселиться, а на ночное такси денег нет: гей-клубы, драки из-за косухи, закрытые двери и уходящие в даль последние трамваи. Дарья, спасибо вам! Берегите себя и не обращайте внимания на назойливых таксистов, представляйте себе, что вас везёт гугл-мобиль с автопилотом. Читатель! Это не первая история о сложных взаимоотношениях с транспортом на страницах вашего любимого самиздата, ведь изучение транспортного ада — один из аспектов наблюдения за Постапокалипсисом. Вот здесь редактор ТСИ и автор новой рубрики «Алфавит» Саша Нелюба рассказывает о том, как её похитил полуголый мопедист, когда она опоздала на автобус. Тут история другой нашей конкурсантки Елены о том, как она ездила зайцем в Берлине; здесь читатель встречает Новый год в электричке; а вот тут — эпичный автобус-тур по эстонским маякам.

Я уже давно хотела написать Теодору письмо, да всё как-то руки не доходили, но недавно, когда я ехала в такси с водителем, безостановочно пошло шутившим, недвусмысленно намекавшим на продолжение знакомства, не знавшим, как ехать (вот он, ваш хваленый Убер!), в результате чего дорога от Электрозаводской до Чистых прудов показалась мне самой длиной и, вообще, в ад, я вдруг подумала: «А ведь, наверное, даже хорошо, что в юности у меня совсем не было денег на всякие такси, иначе юность эта прошла бы намного скучнее». Итак, сегодня я хочу рассказать вам две истории времён моего нищебродского студенчества, когда по ночам я имела обыкновение искать приключений.

История первая

Я училась на первом курсе и нас с подругой, молодых и неопытных, взяла под своё крыло второкурсница-лесбиянка. Именно в виду этого обстоятельства однажды вечером мы и оказались в гей-клубе. Чтобы попасть в клуб, нужно было постучать в железное окошко, в котором через несколько секунд появлялось суровое лицо с оценивающим взглядом, ещё через пару секунд звучал лязг засовов (натуральных засовов!), после чего посетителям позволяли пройти в крохотный тёмный предбанник. Когда мы втроём зашли, в этом узеньком пространстве стало реально тесно, так как и без трёх девочек почти всё место в нём занимали стол, телевизор и два бритоголовых шкафа. Мне действительно стало жутко: я не видела никакой другой двери, кроме входной (а её сразу же за нами закрыли), не слышала музыки или каких-нибудь других признаков клуба. Мужчина, открывший нам дверь, продолжал подозрительно нас разглядывать, мы явно вызывали у него недоверие, и я уже была готова целоваться с подругой, чтобы доказать, что мы свои, но этого так и не потребовалось. В конце концов, у нас даже не спросили документов, хотя мне, например, на тот момент было семнадцать. Наша предводительница ответила на какие-то вопросы, и перед нами отдёрнули шторку, за которой и обнаружилась дверь в клуб.

Согласись, дорогой читатель, после таких проверок ожидаешь увидеть что-нибудь необычное, ну, знаете, как в кино: бархатные диваны, полуобнажённые женщины в пеньюарах, смех и льющееся по телам шампанское… Мы же попали в дешёвую кафешку, в которой нас ожидали липкий столик, стулья с гнутыми ножками, пиво в пластиковых стаканах и орешки из пакетика. Единственным, что спасало вечер, были молодость и желание тусить. Мы выпили немного и отправились плясать. Плясала я самозабвенно, не обращая внимания на очень плохую музыку. Кстати, почему-то во всех гей-клубах играет либо попса, либо самый низкопробный хаус, впрочем, моя выборка явно нерепрезентативна, ведь подобных заведений я посетила не больше трёх.

А ещё там очень часто включали медляки, коих я не слышала со времён средней школы и сельского клуба. И абсолютно на каждый медленный танец меня приглашала настойчивая барышня, на которую не действовали никакие аргументы: на объяснение, что я не одна, она заговорщицки шептала «никто не узнает», на жалобы на усталость предлагала сразу пойти в «лаундж» (продавленные диваны в углу), на фразу «я натуралка» она только ухмылялась. После того как мои очередные уговоры оставить меня в покое возымели временное действие, я спокойно вздохнула, оглянулась и поняла, что меня кинули. Моей подруги в клубе уже не было, второкурсница, которая нас привела, с кем-то обнималась. Я решила ехать домой, заручившись обещаниями второкурсницы, что могу ночевать у неё, а дверь мне откроет её соседка. Вот тут-то такси мне очень пригодилось бы, так как общественный транспорт уже не ходил, а на улице было довольно холодно. Однако денег у меня не было, сил оставаться в этом странном клубе — тоже, поэтому я решила идти пешком.

А идти мне было километров шесть-семь, времени — три часа ночи, на улице — сказочная зима. Снег шёл хлопьями и уже давно, поэтому на тротуарах образовались приличные сугробы. Я шла, чувствуя себя первым человеком на Луне, вытаптывала слова на свежем снежке, радовалась и немного приплясывала. Ощущение волшебства мне испортили ровно через десять минут какие-то ублюдки, которые решили, что к девушке на улице нужно обязательно пристать. Я уже не помню, как от них отвязалась, но после этого ускорила шаг, смотрела уже только под ноги и сжимала ключи между пальцами наподобие когтей росомахи.

За эти два часа я собрала три машины, которые хотели меня подвезти, три улюлюканья, две попытки познакомиться, два раза чуть не заработала инфаркт, заслышав шаги идущего за мной человека (один раз это был глюк, второй — такая же одинокая девушка). Дойдя до дома подруги, я ещё минут пять постояла у подъезда, успокоилась, снова улыбнулась снегу и только потом достала телефон — позвонить соседке, чтобы она открыла дверь. Телефон, конечно же, сел. Домофон, конечно же, не работал. Свет в окнах квартиры не горели.

Перебрав все возможные варианты, я поняла, что придётся идти домой, точнее — в съёмную комнату в квартире, где также жили её хозяева — пожилая семья, которая вела себя, как будто они мои бабушка с дедушкой. Идти было всего квартал, вскоре я стояла у дверей и понимала, что замок закрыт изнутри. Около пяти утра я позвонила в ужасно противный звонок, морально уже готовая ночевать в подъезде, если никто не проснётся, но заспанная хозяйка открыла и на мои извинения почему-то сказала: «Да мы и не спали». Джинсы мои стояли от наледи, лицо и руки были красными, ляжки покалывало, пятка была ватной от начальной стадии обморожения — но всё это уже даже начинало казаться мне забавным. Ведь я была дома и, наверное, никогда так сильно не любила эту комнату и никогда так быстро не засыпала.

История вторая

Во время летних каникул после первого курса я начала тусоваться с уличными музыкантами и ездить по фестивалям. Когда произошла эта история, я уже две недели встречалась с аскером (кстати, аскер — это вовсе не уличный музыкант, как написал неизвестный читатель в истории про Королеву Нового года, а человек, просящий для музыканта денег — тот, кто ходит с кепкой и говорит: «Помогите музыкантам»). Однажды, нагулявшись, мы с подругой и моим тогдашним парнем-аскером стояли на остановке и ждали трамвая, чтобы ехать домой. Приехал трамвай, который подходил подруге, мне же, если бы я поехала с ней, пришлось бы ещё целый квартал идти пешком, поэтому я решила подождать следующего. И только когда фары трамвая совсем скрылись из виду, на меня снизошло озарение, что, скорее всего, это был не только последний трамвай, но и вообще последний представитель общественного транспорта на сегодня. После получаса тщетных ожиданий мы в этом убедились. Денег на такси у нас, естественно, не было, идти пешком через весь город нам совершенно не хотелось (особенно мне, памятуя о зимней ночной прогулке), и мы решили искать ночлег поблизости.

У моего новоиспечённого парня знакомых в этой части города было довольно много, поэтому мы просто пошли к ближайшим. Он привёл меня в какую-то квартиру, где я испытала, скажем так, небольшой культурный шок, какой испытает любая девочка из приличной семьи, не гулящая и почти не пьющая, попадая впервые в притон. По-другому мне сложно назвать то, что я увидела. Хотя на самом деле я просто была тогда очень впечатлительной. Это была обычная квартира в старом деревянном доме, только не очень чистая, с горами грязной посуды, переполненными пепельниц, засаленным бельём и стойким запахом перегара. И все бы ничего, но там повсюду были люди, их было так много, что нам двоим места уже просто не хватило. И мы пошли дальше.

Следующим пунктом была какая-то студенческая вечеринка на набережной, на которую мы попали совершенно случайно, но, встретив знакомых, остались на час-другой, и уже потом, в отличном расположении духа, пошли по следующему адресу, где по телефону нам гарантировали ночлег.

Гулять ночью с парнем весьма приятно, не то что одной. Так бы я дальше и думала, если бы парень мой не был длинноволосым, а я не шла в его косухе. Дело в том, что навстречу нам в какой-то момент вырулили пьяные фанаты, которые решили, что мы с аскером — панки и нас нужно бить. Немного приглядевшись к нам, фанаты решили проявить галантность и побить одного только парня, пощадив меня и порекомендовав мне отойти в сторонку, а ещё лучше — уйти и не связываться больше с этой «патлатой обезьяной». Мне он «патлатой обезьяной» вовсе не казался, к тому же совсем не хотелось, чтобы моего провожатого избили. Поэтому стоять в сторонке я не стала, а наоборот, собрав всю волю, а также умение объяснять и договариваться в кулак, начала доказывать, что «мы не панки, мы студенты, вон там, на набережной, отмечали выпускной старшекурсников, решили прогуляться, а косуху мне другой знакомый одолжил, а длинные волосы ещё ничего не значат». В общем, бить нас не стали.

На конечной точке нашего маршрута нас ждала ещё более убитая квартира, в которой её хозяин любезно предложил нам разделить с ним диван, так как спать больше было негде, и тут же рухнул на этот самый диван. Кроме дивана в комнате больше ничего не было, это была даже не комната, а какой-то коридор. Кроме коридора-комнаты в квартирке была крохотная кухня, полностью заваленная кольчугами, и туалет. Ни душа, ни раковины, только унитаз и горы книг на стеллажах. Как мне объяснили уже утром, вместо ванны во дворе имелась баня (и это в городе в приличном с виду двухэтажном доме). Когда хозяин квартиры уже храпел на своём гостеприимном диване, а мой аскер смотрел на меня преданными глазами, приглашая последовать примеру хозяина, я метнулась в этот странный туалет. Заперевшись в нём и посмотрев на себя в зеркало, я поняла всю масштабность своей глупости и беспечности: идти непонятно куда с человеком, которого знаешь меньше месяца, было, конечно же, верхом идиотизма. Однако закончилось всё хорошо: диван был большим, никто никому на нём не мешал, и хотя я почти не спала, прислушиваясь к малейшим движениям парней, утром я спокойно уехала домой — обдумывать своё поведение и высыпаться.

ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ

Мы очень любим ваши те самые истории — всё-таки это один из лучших способов изучать окружающий нас Постапокалипсис. Поэтому мы начинаем конкурс — присылайте свою самую безумную, реально адовую, страшную, невообразимую, непостижимую историю, и авторы трёх лучших историй получат от нас футболки в подарок. Футболки классные, мы закупаем их в Европе, печатаем логотип с Теодором в Санкт-Петербурге, футболки неубиваемые и могут достаться вашим внукам в наследство, если вы доживёте. На вас напал голый полицейский? СВР хотели привлечь вас к расследованию кражи телевизора? Попали в парадоксальную ситуацию? Повидали нечто, что до сих пор не даёт вам покоя? Стали участником истории, которую можно смело рассказывать детям? Попали в передрягу, о которой детям лучше не рассказывать? Познали истинный Конец Света окружающих вас вещей? Узрели жуткую истину? Скорее пишите нам.

Конкурс продлится до 13 ноября 2015 года, участвуют все истории, присланные в этот период. Авторы трёх самых популярных ТСИ получат футболку. Уиииии!

Ура!