Обращение редакции самиздата «Батенька, да вы трансформер» к читателям

Привет!

23 июля соосновательница телеграм-канала «Антиглянец» Татьяна Столяр опубликовала текст, в котором главного редактора самиздата Егора Мостовщикова обвиняют в харассменте. Под этим термином в материале понимается «любое нежелательное действие сексуального характера: комментарии и шутки с сексуальным подтекстом, подробные расспросы о личной жизни, непрошеные комплименты внешнему виду, объятия, поцелуи» и так далее. Героини текста — автор самиздата Вика Рипа и бывшие сотрудницы медиаартели «Мамихлапинатана» — рассказали, что Егор заводил романтические отношения на работе: флиртовал с подчиненными, иногда против их желания, писал сообщения с сексуальным подтекстом, занимался с ними сексом и просил скинуть интимные фотографии, а также пытался манипулировать, например, чередовал публичную похвалу с игнорированием.

Уже третьи сутки мы в редакции обсуждаем ситуацию, отношение к ней каждого сотрудника и то, какой должна быть наша публичная реакция. С момента основания издания мы всегда стремились к объективности в работе и старались представлять разные точки зрения в наших материалах. А теперь у нас самих нет общей позиции.

Часть нашей команды считает, что поведение Егора было некорректным,оскорбило как минимум упомянутых в материале девушек (Татьяна Столяр говорит о том, что ей известно и о других случаях), причинило им боль. Всё это плохо и неприемлемо, как и в целом систематически повторяющиеся сексуальные отношения с подчиненными. Эта часть команды ожидает, что Егор пересмотрит своё поведение. Другие члены редакции полагают, что в описанных ситуациях нет насилия и принуждения. По их мнению, отношения, о которых говорится в тексте, должны остаться личным делом Егора и героинь материала, а публичные обещания измениться и извинения в данной ситуации неуместны.

Но есть и вещи, в которых мы сходимся. Например, мы не можем игнорировать того, что автор материала не попыталась запросить комментарий ни у Егора, ни у издателя самиздата Алёны Беляковой, которая также упоминается в тексте и сейчас состоит в отношениях с Егором, ни у кого-то из действующих сотрудников редакции. За эти два дня мы задали Егору много вопросов, и у нас есть основания полагать, что в тексте «Антиглянца» показана не полная картина событий.

Кроме того, никто в редакции не согласен с тем, что в материале Алёна представлена как человек, который получил должность издателя из-за романтических отношений. Своё место она занимает заслуженно и пользуется в качестве издателя нашей поддержкой и безоговорочным уважением. Мы также знаем, что никто из действующих редакторов и авторов самиздата не оказался на своей позиции из-за личных отношений с руководством, и ни один из бывших сотрудников не лишился работы из-за отказа сближаться с начальством.

Ещё одна наша точка соприкосновения: все мы думаем, что эта история — не только про Егора, и она заслуживает обсуждения. Нам кажется важным не просто наблюдать за ней со стороны и пытаться выставить ей оценку, но и разобраться в ней с позиции журналистики.

Самиздат с момента своего появления изучает глобальные трансформации. Наша ежедневная работа — это поиск ответов на вопросы «как меняется мир», «почему всё это происходит» и «как люди приспосабливаются к новым условиям». Одна из самых ярких общественных трансформаций последних лет — новый способ разговора о личных границах, власти и насилии. Ситуация Егора существует в контексте: например, на прошлой неделе в насилии и харассменте публично обвинили шеф-редактора «МБХ-Медиа» Сергея Простакова, бильд-редактора того же издания Андрея Золотова, сотрудников Сбербанка Сергея Миненко и Руслана Гафарова и одного из издателей медиаартели Илью Немченко. Прямо сейчас в интернете обсуждают десятки других подобных историй.

Мы заметили, что часто рупором для пострадавших оказывались соцсети или анонимное высказывание в медиа, а единственной общественно приемлемой реакцией участника — самоустранение. Диалог между сторонами почти всегда невозможен. Харассеры либо отмалчиваются, либо занимают агрессивную оборонительную позицию и удаляют комментарии под постами, либо отказываются говорить публично что-либо, кроме выхолощено-корректных извинений. Всех, кто указывает на однобокость историй или сомневается в том, что они соизмеримы наказаниям и травле, которым подвергается агрессор, винят в виктимблейминге. Пережившим насилие пишут, что они сами виноваты и зря выставляют напоказ личную жизнь. А медиа, наоборот, снимают с них всю ответственность и позиционируют как объект отношений, а не субъект.

Эти всегда максимально напряженные и изматывающие обсуждения помогают изменить норму, проговорить проблемы и обозначить границы. Общество в целом выигрывает, но после таких дискуссий редко становится легче участникам историй. Сейчас редакция думает над медиаформатом, в котором можно было бы организовать конструктивный, насколько это возможно, диалог между участниками разных конфликтов — от разногласий в семьях до проблем, связанных с насилием и харассментом.

В ближайшее время Егор опубликует собственное заявление по поводу материала, а мы продолжаем работу.

Редакция:
Заместитель главного редактора Семён Шешенин,
редакторы Константин Валякин, Елена Чеснокова, Евгения Щербина,
репортёр Ирина Щербакова,
корректор Виктория Козловская,
шеф-редактор подкастов Евгений Бабушкин,
продюсер Надежда Маркелова,
звукорежиссёр Фёдор Балашов,
ассистент звукорежиссёра Анна Литичевская,
арт-директор Наташа Файбисович,
дизайнер Илья Снопков.