Треш, угар и лесные духи

Спорная книга: Марлон Джеймс «Черный леопард, рыжий волк»

Василий Владимирский продолжает следить за рецензиями на важнейшие отечественные и переводные новинки и раз в неделю представляет вашему вниманию дайджест в рубрике «Спорная книга». Сегодня речь пойдет о романе Марлона Джеймса «Черный леопард, рыжий волк».

Марлон Джеймс. Черный леопард, рыжий волк. М.: Эксмо, Fanzon, 2019. Перевод с английского Владимира Мисюченко

Пропитанное фольклорными мотивами «африканское фэнтези» Марлона Джеймса «Черный леопард, рыжий волк», где действие разворачивается в сказочных королевствах, якобы когда-то существовавших на территории современной Нигерии и сопредельных держав, попало в списки самых ожидаемых книг года еще до выхода в России. А после — стало предметом страстной полемики (чтоб не сказать небольшого скандала) в соцсетях: автор и его агент передали нашему российскому издательству рукопись, еще не прошедшую финальную редактуру, в результате перевод местами довольно заметно отличается от официальной (зацензурированной) американской версии. Наша «книжная пресса» встретила «Леопарда» с доброжелательным любопытством — но, конечно, не без оговорок. Во-первых, часть рецензентов явно шокирована тем, что букеровский лауреат, серьезный вроде бы писатель, скатился в легкомысленный жанр, сочинил фэнтези — довольно странная реакция на излете второго десятилетия XXI века. Во-вторых, критики пишут о наполняющем роман гипернасилии — но, как правило, мельком, без душераздирающих подробностей. Такая сдержанность в общем понятна: Роскомнадзор не дремлет, и не всякую книгу убережешь от бдительного ока, запаяв в пленку. Ну и конечно, обозреватели считают своим долгом упомянуть о планах Джеймса расширить «Леопарда» до размеров трилогии, в которой одни и те же события будут описываться по-разному, с точки зрения разных персонажей. Странно только, что никто не упомянает «Александрийский квинтет» Лоуренса Даррелла — самое известное европейское произведение XX столетия, построенное по тому же принципу. Кстати, именно «Квинтет» вдохновил Роджера Желязны на создание «Хроник Эмбера» — но то, что рецензенты, шарахающиеся от фэнтези, не в курсе таких нюансов, как раз совсем не удивительно.

Владислав Толстов в обзоре «Московская книжная ярмарка: 6 интересных новинок иностранной прозы» («БайкалИНФОРМ») рассуждает о сходстве «Леопарда» с предыдущим романом Марлона Джеймса и сокрушается, что на сей раз автор обратился не к тому жанру:

«Три года, ровно три года прошло после того, как в России издали дебютный роман Марлона Джеймса „Краткая история семи убийств”, за которую ему дали Букера-2015. „Краткую историю” я нет-нет да и открываю до сих пор, читать ее — истинное наслаждение. Там в декорациях Ямайки образца 1976 года сталкиваются мелкие гопники, агенты ЦРУ, звезды трущоб, девочки по вызову, музыкальные критики и пересказывают свою версию покушения на певца Боба Марли: врут, интересничают, перебивают друг друга, орут, матерятся, лезут на рожон, разводят на бабки. Весь этот безумный аляповатый пестрый хор перекочевал в новый роман Марлона Джеймса — не один к одному, конечно, сам принцип многоголосья сохранен. Только теперь новый роман Джеймса — это фэнтези! Фэнтези! омайгад! Фэнтези! Куда катится мир! Джеймс придумал собственную страну, Северные Земли, самолично нарисовал карты, заселил земли племенами, распределил обязанности: в кадре мелькают охотники, колдуны, ведьмы, вожди, говорящие мертвецы, гиены-оборотни, феи, похитители детей, русалки, пожиратели человеческой плоти и прочие персонажи. Это восхитительное пиршество авторской фантазии, но я ограничусь тем, что просто сообщу о факте выхода романа Марлона Джеймса, автора „Краткой истории семи убийств». Я не люблю фэнтези, даже если его сочиняют такие талантливые люди...»

О близости двух книг Джеймса говорит и Наталия Ломыкина в обзоре «20 главных книг 2019 года: лауреаты „Букера” и ямайский Толкин» («Forbes») — правда, с ее точки зрения выход за пределы реалистического канона скорее сыграл автору на руку:

«Новый роман 48-летнего ямайца — первая часть трилогии „Темная звезда”, навеянной африканскими мифами и легендами. Главный герой — наемник, который вместе с товарищами соглашается отыскать пропавшего мальчика. Поиски приведут их в древние города и непроходимые леса, обернутся столкновениями с монстрами и очень быстро заставят задаться вопросом, кто же этот мальчик, почему он пропал и отчего так много людей не хочет, чтобы его нашли. <...>

Похожие мотивы уже встречались в первом романе Джеймса „Дьявол Джона Кроу” — тогда историю о вражде двух христианских проповедников в вымышленном городе Гивеаф в ямайской глуши отвергли 78 издательств. Автора критиковали за запредельное насилие, замешанное на ритуалах вуду. Но Марлон Джеймс долго ходил на курсы писательского мастерства романистки Кейли Джонс и вновь и вновь переписывал роман, пока не добился своего. Теперь он букеровский лауреат, который и сам ведет курсы креативного письма, к тому же, как читатель, обожает фэнтези, так что шансы у „Черного леопарда, рыжего волка” сразу были неплохие».

Андрей Мягков в обзоре «Что купить на ММКЯ-2019: художественная литература» («Год литературы») пытается утешить читателей, ненавидящих фэнтези, и вспоминает Салмана Рушди, нередко заигрывающего с этим жанром:

«Тех, кто при слове „фэнтези” морщится и перелистывает страницу, в этот раз просим не торопиться: Марлон Джеймс из тех междисциплинарных авторов, которые способны увлечь практически любого читателя. <...> В новой книге Джеймс замахнулся на лавры Толкина и Джорджа Мартина разом — а это значит, что поиски похищенного ребенка командой древнеафриканских супергероев обещают быть не только монументальными, но и кровавыми: по-русски книга выходит без купюр и самозабвенно отрабатывает возрастной рейтинг „18+”. Разумеется, кроме физиологической взрослости, роман предложит и тематическую: расизм, отношения личности и репрессивных по определению властных структур и тому подобное. Если вы всё еще морщитесь от слова „фэнтези” — о книге одинаково лестно отзывались как ветераны жанра вроде Нила Геймана, так и традиционные интеллектуалы из породы Салмана Рушди. А еще на следующий день после выхода романа Warner Bros. уже выкупил права на экранизацию. А еще автор вошел в список 100 самых влиятельных людей нынешнего года по версии Time... всё-всё, не давим».

Лена Николаева в рецензии «Как прочитать новую книгу Марлона Джеймса и не сойти с ума» («Канобу»), напротив, предупреждает, что от Марлона Джеймса не стоит ждать увлекательного повествования, захватывающего с первых страниц:

«Сам квест в книге имеет такую структуру, что нет никакого смысла за ним следить — мы знаем его итог. Марлон Джеймс делает так, чтобы читателю стало абсолютно плевать на поиски. <...> Джеймс не дает Следопыту никакой мотивации на поиск мальчика — это замечают даже герои в книге. Таким образом, процесс чтения становится читательским квестом, чтобы попробовать дойти до конца и узнать всю историю. <...>

Последнее, о чем Марлон Джеймс думал при написании этой книги, так это о том, как держать ваше внимание. Лучше сразу смириться с тем, что вас не будут пытаться развлекать. В безумные, замысловатые предложения будет сложно втянуться, и довольно часто они покажутся утомительными...»

Виктор Анисимов в рецензии «Не ходите, дети, в Африку гулять...» («Прочтение») рассказывает о центральном элементе этого причудливого полотна:

«Именно вокруг идеи недостоверности, по признанию Джеймса, будет строиться вся трилогия „Темная звезда”. Следующие две части будут написаны от лица других героев, которые изложат уже известные события в новой интерпретации и расширят место действия. В искусстве и психологии такой прием называется „расёмон-эффект” — в честь рассказа Акутагавы „В роще” и его экранизации „Расёмон” от Акиры Куросавы, в которой из-за субъективности восприятия очевидцы одного и того же явления интерпретируют увиденное по-разному. Благодаря этой концепции в книге появляется дополнительная интрига. Читатели могут пассивно наблюдать за приключениями Следопыта в сеттинге афрофэнтези, но Джеймс предлагает им взять на себя активную судейскую роль — определить, где в этой паутине противоречий спрятана правда: „Человек будет претерпевать страдания, добираясь до дна истины, зато не будет терпеть он скуку”.

Русскоязычное издание еще больше запутывает события. В исходных данных книги указано: „Роман публикуется в авторской редакции Марлона Джеймса”. Что это за таинственная редакция — не совсем ясно. Если сравнить переводной текст с оригинальным, изданным в США, можно убедиться, что в версии издательства Fanzon (импринт „Эксмо”) есть фрагменты, которых нет в американской версии, — от нескольких абзацев до целых страниц. Ключевые эпизоды при этом совпадают, но к ним добавлены избыточные описания местности, действий героев и даже подробности в жестоких сценах...»

Наконец, Артем Киселик в рецензии «„Чёрный леопард, рыжий волк” Марлона Джеймса: фантастика с социальным высказыванием от лауреата Букера» («Мир фантастики») обещает читателям «Леопарда» треш, угар, мизогинию и другие изысканные развлечения:

«Педофилия, угрозы изнасилования, изнасилования, групповые изнасилования, скотоложество, графические описания насилия, избиения, пытки и убийства детей. Ну и по мелочи — вроде мизогинии главного героя, сексизма и эйджизма, а также подробных и подчеркнуто грубых описаний гейского секса.

Это неполный список того, что встретится читателю на страницах „Черного леопарда”. Джеймс любит шоковые сцены, пишет их много, часто с отвратительно живописными подробностями. Людям со слабым желудком книгу лучше не открывать вовсе. В результате такого подхода роман напоминает американские горки — вот мы читаем забавный диалог, с подколками, иносказаниями и метафорами, а в следующей сцене на 20 страницах описывается групповое изнасилование с последующим высасыванием глаза из глазницы живого и находящегося в сознании мужчины. Не то чтобы в мировой литературе было мало подобных вещей, но концентрация этих сцен, а временами и сомнительная ценность для сюжета и развития персонажей, получилась слишком уж плотной.

Кроме того, у Джеймса есть набор тем, которые он активно и слишком уж в лоб продвигает. Читателю придется приготовиться к тому, например, что показать отвратительность рабства автору будет недостаточно, к этому добавятся монологи, диалоги и размышления различных героев. Повторяющиеся в книге снова и снова. И это касается всех волнующих его тем. У каждого автора есть свои социально-политические взгляды, и каждый автор так или иначе их вкладывает в книгу, но эффект сильно ослабевает, если это начинает напоминать проповедь или лекцию...»