Очарованный странник

Руслану 23 года, он пишет стихи под музыку и отказывается называть это «рэпом». Он родился на Дальнем Востоке, страстно хотел переехать в Питер, как и многие творческие юноши и девушки со всех уголков страны. Но в городе мечты его ждали не благодарные слушатели, а тяжелые будни без крыши над головой, потеря документов и отчаянное положение, исправить которое, казалось, практически невозможно

Помогаем Ночлежка Помочь

Для встречи Руслан выбирает шумный и людный торговый центр на Лиговском проспекте. Как раз в трех минутах от Московского вокзала, куда парень приехал пару месяцев назад и где впервые ступил на петербургскую землю. Поначалу я пытаюсь переубедить Руслана и, воспользовавшись редким теплым вечером, поговорить в тихом сквере, но спорить с Русланом — дело почти бесполезное.

«Я очень упертый, — признается он, когда мы уже пьем чай в кафе. — До безумия просто».

Во многом как раз эта упертость и привела его в Петербург, где Руслан давно мечтал побывать, но где его никто не ждал. За три месяца здесь он толком не успел ничего посмотреть, потому что пытался выжить, но все равно в разговоре называет Питер «очагом культуры» и говорит, что никуда уезжать отсюда не собирается.

«Приехал в Питер и не сошел с ума»

Родился Руслан на другом конце страны — в таком же морском, как и Петербург, Владивостоке. Окончил девять классов, потом пару лет учился в колледже на электромонтера, но профессию так до конца и не освоил, подрабатывал разнорабочим. И за 23 года жизни во Владивостоке практически никуда не выезжал. А потом началось его большое путешествие на Запад.

РусланФото: Лиза Жакова для ТД РусланФото: Лиза Жакова для ТД

Этой весной все карты сложились так, что Питер стал — ближе некуда. В апреле Руслану, как он говорит, впервые за всю жизнь позвонил его отец. Он ушел из семьи, когда мальчику не было и трех лет, за все эти годы практически не появлялся в его жизни. Потом, узнав о его планах перебраться в европейскую часть России, пригласил сына к себе в Москву. Руслан в тот момент уже не учился, постоянной работы у него не было, поэтому он немедленно согласился, сел в самолет и прилетел в столицу.

Но Москва Руслану не пришлась по душе — в общей сложности он прожил в ней чуть больше двух недель. Попытался поработать промоутером на раздаче листовок, пожил с отцом сначала в Королеве, потом они вместе переехали в Выхино, но Руслан не проникся прелестью города — забронировал «блаблакар», распрощался с папой, который в дорогу дал ему три тысячи рублей, и с этим бюджетом, но без конкретного плана отправился покорять Петербург.

РусланФото: Лиза Жакова для ТД

«Я человек, который приехал в Питер с тремя тысячами рублей и не сошел с ума. Кто бы что сделал, я не знаю, но у меня это получилось», — говорит Руслан. И трудно понять, всерьез он или шутит, потому что в Питере его ждали суровые испытания, рабочие будни и долгий поиск надежной крыши над головой — не самое теплое знакомство с городом.

«Раз в три-четыре дня мне нужно нормально поспать»

Как это часто бывает, опознать в Руслане бездомного, которым он фактически стал в Петербурге, совершенно невозможно. Он выглядит не просто опрятно, а даже довольно стильно: широкие камуфляжные штаны, большие кроссовки, оверсайз толстовка и кепка набекрень — обычный молодой парень, не чуждый рэп-культуре. Выдает его только какой-то уж совсем старый и потертый рюкзачок, в котором он носит вещи, необходимые ему ежедневно: тетрадь, чтобы записывать свои мысли и стихи, ручку, несколько пакетиков чая и сахар. Он называет себя «человеком восточным» и признается, что без чая жить просто не может, зато алкоголь не употребляет вообще. Но даже трезвость не спасла Руслана от потери документов и связанного с ней маргинального статуса.

РусланФото: Лиза Жакова для ТД

Еще полтора месяца назад он ходил по Питеру с совсем другим рюкзаком, в нем, помимо тетрадки и чая, лежали паспорт, СНИЛС и банковская карта, куда ему переводили зарплату за поденную работу, которой он был занят почти все время. Чтобы заработать на еду и накопить немного денег на съем квартиры, он таскает тяжести, помогает на стройках, не чурается никакой, даже самой трудоемкой работы. Первое время в Питере Руслан жил в очень дешевых хостелах, но в какой-то момент денег перестало хватать даже на них и пришлось обратиться к каучсерфингу — периодическим «впискам» у совершенно незнакомых людей.

«Получилась такая история, что мне негде спать: я, сонный, катаюсь по заявкам каждый день, и раз в три-четыре дня мне нужно место, чтобы нормально поспать и принять душ, — рассказывает Руслан, а я вижу, что ему немного стыдно, или, скорее, неудобно за то, что он оказался в таком незавидном положении. — Как правило, я просто снимаю хостел, но с моими заработками это не всегда возможно. В общем, я оставил заявку в группе каучсерферов, и меня принял человек. Я до него сначала добирался из центра часа два, потом приехал, принял душ, но поспать нормально не смог. Человек был, скажем так, немножко не в адекватном состоянии и всю ночь нес какую-то чушь вместо того, чтобы спать».

РусланФото: Лиза Жакова для ТД

После неудачной «вписки» Руслан вернулся в центр и зашел в столовую, чтобы выпить чашку чая и немного взбодриться перед работой, но вместо этого — банально заснул. Буквально на 15 минут. А проснулся уже без рюкзака, без паспорта и без карты. Обращаться за помощью к родственникам он не стал. Они вообще, похоже, не очень интересуются его жизнью. Руслан говорит, что ни мама, ни папа не знают, как он сейчас живет. Судя по тому, как быстро он уходит от этой темы, создается впечатление, что отношения в семье уже давно прохладные и сложные, — самоидентификация Руслана как «одиночки» только подтверждает эти догадки.

Потеря паспорта подтолкнула его сделать то, что он давно собирался, — отправиться в «Ночлежку». Парень слышал от кого-то про самый известный из немногочисленных в городе приютов для бездомных, куда может попасть человек без документов. К Руслану, как он говорит, отнеслись там очень хорошо и предоставили самое главное — крышу над головой и, пусть простое, но регулярное питание. Сейчас благодаря помощи «Ночлежки» он может не тратить все заработанные деньги на ежедневные расходы, а откладывать, чтобы уже осенью, когда ему восстановят документы, снять комнату в коммуналке и купить то, что ему нужно больше всего, — звуковую карту и микрофон.

«Пробы на прочность»

О своих злоключениях в Москве и Петербурге и жизни во Владивостоке Руслан говорит без особой охоты. Перед нашей встречей он даже подготовил специальный документ, в котором тезисно набросал то, что нужно рассказать, — краткую биографию, несколько строк о том, как он оказался в Питере. Руслан признается, что иногда ему трудно выражать мысли, и действительно, во время разговора порой как будто зависает, теряет нить, уходит в себя.

РусланФото: Лиза Жакова для ТД Руслан

«Я 80 процентов своей жизни провожу один, я люблю погулять, подумать о чем-то, вот такой я человек странный, — рассказывает он. — Я беру всегда с собой чай, беру где-нибудь стакан, я же человек, я могу попросить стакан воды. То есть зашел куда-нибудь, попил чаю, тетрадку достал, посидел, чего-нибудь покорябал. Вышел и пошел еще куда-то».

«Чего-нибудь покорябал» — это он о своих стихах, которые пишет примерно с девяти лет. Параллельно он увлекается музыкой и в последние годы самостоятельно записывает отдельные треки и альбомы под псевдонимом «Факел», монтирует видеоролики и иногда выступает на различных мероприятиях. Прямо он не говорит, но становится понятно, что для него именно творчество — самое важное, то, что ведет его по жизни, то, чем он занимается, несмотря ни на что.

РусланФото: Лиза Жакова для ТД

И в этом смысле в Петербурге он чувствует себя не слишком уютно. За три с лишним месяца, проведенных здесь, парень не смог обустроить для себя некое подобие студии, где можно побыть один на один с собой и заняться творческими экспериментами.

«Мне это нужно, как воздух, просто чтобы у меня была звуковая карта и микрофон — все, — говорит Руслан, и по тому, как загораются его глаза, становится понятно, что это — абсолютная правда. — Как в лаборатории копаются за шторкой, что-то делают, так и тут то же самое: какие-то механизмы можно перебирать. В этом должна быть какая-то магия, поэтому одному находиться — это прямо лекарство. Чай — лекарство, и музыка — лекарство».

В последний месяц, который он проводит в «Ночлежке», Руслан стал чуть ближе к своей мечте, по крайней мере у него появилась надежда остаться в Питере, влиться в его жизнь — в том числе и творческую. Конечно, в приюте ему не подарят микрофон и не дадут возможности записывать свои треки, но Руслан уже нашел студию в пяти минутах от «Ночлежки» и договорился о записи своей первой песни в этом городе. Возможно, не за горами и первые концерты рэпера, а вернее — поэта, читающего под музыку, потому что свое творчество Руслан называет исключительно поэзией и избегает слова «рэп» как чего-то слишком затасканного и вульгарного. И кажется, в смысле поэзии он действительно прав, потому что еще два года назад написал строки, которые для него самого оказались пророческими и прямо сейчас претворяются в жизнь:

РусланФото: Лиза Жакова для ТД

«В микрофон стихи непрерывистым легким потоком,

Культуре предан до гроба, и тут одна дорога —

Лишь добро и любовь, остальное прочь из расчета,

Только пробы на прочность раскроют тайны в итоге».

Станет ли Руслан популярным или продолжит свой путь одиночки, очарованного миром, покажет время. Но в «Ночлежке» он, как и сотни других людей, волей судьбы оказавшихся на улице, нашел поддержку и опору, которые позволят вернуться к нормальной жизни, и встретил опытных сотрудников, способных дать ему дельный совет, оказать необходимую помощь, помочь восстановить документы. Все это стало возможным исключительно благодаря пожертвованиям неравнодушных людей, позволяющим «Ночлежке» работать на протяжении последних 30 лет, спасая бездомных и возвращая их в общество. Важно любое, даже самое небольшое пожертвование, потому что оно позволит организации успешно работать дальше и смягчать сотням людей «пробы на прочность».