Географ долину придумал

Троцкисты, реституция и советский нуар: «Тайна золотой долины» Василия Клепова

По просьбе «Горького» Кирилл Мартынов вспоминает советскую приключенческую повесть, которой зачитывался в детстве: подростки в годы Великой Отечественной войны отправляются на поиски золота для Красной Армии и в ходе опасного приключения встречают затаившихся в пещерах троцкистов, немецких разведчиков и шпионов-капиталистов.

Настоящий материал (информация) произведен, распространен и (или) направлен иностранным агентом Мартыновым Кириллом Константиновичем либо касается деятельности иностранного агента Мартынова Кирилла Константиновича.

В воображаемом городе Острогорске, недалеко от Ленинграда, трое школьников бесконечно решают математические задачки о том, сколько воды вливается в бассейн и сколько выливается. Им надоело это до смерти, потому что идет война и все заняты делом. Подростки хотят бежать на фронт, но понимают: идея дурацкая — будут ссаживать с эшелона. Тогда их жизненный опыт, построенный вокруг приключенческих романов про индейцев, покорения далеких земель и золотой лихорадки, подсказывает решение. Рождается дерзкий план разведать лежащую к северу от Острогорска Золотую долину. Где, как ясно уже из названия, должно быть золото. Снабженные знаниями из книг Джека Лондона, Майн Рида и Фенимора Купера, дети снаряжают экспедицию. План состоит в том, чтобы на собачьих упряжках добраться к приискам у реки Зверюги, а на вырученные деньги купить для Красной Армии танк.

Подготовка ведется масштабно, у экспедиции появляется собственная документация.

СПИСОК СНАРЯЖЕНИЯ ЭКСПЕДИЦИИ
В. МОЛОКОЕДОВА, Д. КОЖЕДУБОВА И Л. ГОМЗИНА
В ЗОЛОТУЮ ДОЛИНУ

Инструменты и инвентарь

Мешочки для хранения золота — 12 штук
Сковородка — 1 штука
Лопатка обыкновенная, или заступ — 1 штука
Чашка чайная для размеривания муки — 1 штука
Бич для погонщика собак — 1 штука
Большие иглы, чтобы шить и штопать мокасины — 6 штук
Нож большой, охотничий — 1 штука
Компас — 1 штука
Ложки столовые — 3 штуки
Топоры охотничьи — 3 штуки

Продовольствие

Хлеб — 2,5 килограмма
Соль — 5 килограммов
Сахар — 0,5 килограмма
Мука — 12 чашек
Чай малиновый — 1 палочка
Кофе желудевый — много
Табак (самосад) — 1 стакан
Вобла для собак — 0,5 килограмма
Маргарин — 200 граммов

Научная и справочная библиотека

Куницын. Как ловить, хранить и заготовлять рыбу.
Акад. Сухостоев. Как отличать съедобные грибы от ядовитых (библиотека «Дружелюбные советы»).
Проф. Жвачкин. Полезные и вредные растения (что можно употреблять в пищу и как).
Н. Г. Эверест-Казбеков. Как ориентироваться на незнакомой местности («В помощь заблудившемуся в лесу»).
Искусственное дыхание. Инструкция общества спасения на водах, с шестью картинками.
Свежевание туш домашних и диких животных, а также птиц (наставление отдела заготовок Министерства торговли).

Прочее

Аптечка походная с хинином на случай золотой лихорадки — 1 штука

Начальник экспедиции В. МОЛОКОЕДОВ
Главный геолог Д. КОЖЕДУБОВ

Так начинается, возможно, самая странная советская приключенческая повесть — «Тайна золотой долины» Василия Клепова, опубликованная в 1958 году. Жанрово книга представляет собой ироничный боевик: проблемы, которые встают перед героями, вполне реальны, но вот способы разрешать их вызывают улыбку («Чуть не подпрыгивая от радости, наша скво помчалась в НКВД», — так звучит типичная цитата из Клепова). К тому же это советский нуар, в котором выведены совершенно фантасмагорические злодеи (о которых ниже). Наконец, «Тайну золотой долины» можно читать как развернутую постмодернистскую цитату и список клише из классического периода приключенческой литературы. Тогда получается что-то вроде «Бесславных ублюдков» в советском подростковом сеттинге.

Текст несколько раз переписывался Клеповым, менялась концовка. Советские критики нашли повесть непедагогичной. Она, дескать, учит непослушанию и провоцирует подростков убегать из дома. Подчинившись критикам, Клепов предлагает новую развязку: мать одного из подростков, не перенесшая исчезновения сына, умирает, последняя сцена становится описанием ее похорон, и шутки кончаются. Советская цензура решила, что это too much, и последующие издания публиковались в первоначальной редакции.

Воспоминаний и документов о Клепове почти не осталось. В интернете об авторе «Тайны золотой долины» пересказывается несколько сюжетов. Советский журналист Клепов родился в 1909 году в крестьянской семье, был волонтером-агитатором по ликвидации безграмотности, вступил в комсомол и получил образование на рабфаке искусств им. Луначарского. Наступали тридцатые, и здесь Клепов, кажется, сделал сознательную ставку прожить незаметно. В 1937 году семья Клепова, уже живущая в Тюмени, оказалась в поле зрения НКВД, причем главный интерес чекистов вызвал не будущий автор «Тайны золотой долины», но его жена — писатель Ольга Маркова.

Биограф Клепова упоминает, что Маркова подозревалась в троцкизме, вызывалась на допрос и даже получала пощечины от следователя. По совету писателя Бажова Клепов с семьей уехал от власти еще дальше — в рабочий поселок Новоуткинск под Свердловском. Там он работал учителем географии в школе, а в 1941 году ушел на фронт добровольцем. Истории о трех подростках, ищущих золото в долине, Клепов рассказывал своему сыну, который затем погиб в двадцатилетнем возрасте — в начале 1950-х годов. «Тайна золотой долины» написана и опубликована в память о нем.

Подростки, конечно, не находят золота, зато находят халькопирит — минерал с высоким содержанием медной руды, а также всех злодеев мира, охраняющих это сокровище. Здесь раскрывается линия советской индустриальной романтики: настоящую ценность представляют не предметы роскоши, а то, что полезно промышленности. Золотая долина лежит вдоль реки Зверюги, в долине находятся пещеры, а в пещерах — троцкисты, шпионы, немецкие разведчики и бывшие капиталисты. Все они ждут прорыва Волховского фронта вермахтом и появления немцев. Тогда шпионы-капиталисты, отец и сын Карл и Генрих Паппенгеймы, смогут заявить свои права собственности на месторождение меди и прийти к успеху. Таков сценарий советского фильма ужасов: под землей прячутся хтонические зомби-фашисты, готовые по сигналу выбраться наверх, держа в руках требования на реституцию. Частная собственность — вот абсолютное зло советской детской литературы («Три толстяка», «Незнайка на Луне» и т.п.). Школьники из Острогорска бросают вызов всему злу мира: космополитизму, капиталу и нацизму.

Я читал эту книгу ребенком в последние годы существования СССР. Повесть Клепова не входила в канон официальной литературы для детей и юношества, ее не проходили по программе. Поэтому она выглядела чем-то настоящим — рассказывала о великих старых делах. Действие не имело четкой пространственной и временной локализации. Герои Клепова могли жить где угодно, из любого города можно было бежать в ждущую подвигов долину, в которой скрывались жестокие враги. Такая долина, казалось мне, начиналась прямо за последними домами спальных районов Кемерово, на полях у реки Томь. Хотя фоном повести была война, военных действий в ней не было — и это означало, что мои сверстники с подростками Клепова в равных условиях, мы тоже играли в наших и фашистов. Еще более усиливало ощущение библейского — в смысле эпического и одновременно говорящего лично с тобой масштаба повести — ее литературоцентричность. Герои «Золотой долины» молятся тем же древним богам, что все советские дети: золотоискателям, следопытам и всаднику без головы.

Короче говоря, повесть Клепова и была мифической родиной. И настолько состоялась в этом статусе, что я забыл и ее название, и фамилию автора — это была история без названия, рассказанная неизвестными отцами.

Если вспомнить фамилию учителя географии, узнать его биографию и перечитать «Тайну золотой долины» сегодня, то картина получается другой. Мифическая родина заселяется офицерами НКВД, избивающими женщин на допросе, и журналистами, скрывающимися от властей в провинциальных поселках. Коллаборанты получают свои голоса, как это случилось с дневниками Лидии Осиповой, буквально ожидавшей появления немцев под Ленинградом. На приключения подростков накладываются эмигрантские нарративы вроде истории о побеге семейства Ивана Солоневича из лагеря на лыжах в Финляндию. И нарративы менее удачливых троцкистов вроде Варлама Шаламова, который тоже, может быть, хотел бы заработать на танк для Красной Армии. Клепов же написал продолжение повести — «Четверо из России», — в которой Острогорск попадает под немецкую оккупацию, подростков угоняют на работы в Германию, а один из них погибает.