Дадут подышать перед выборами

Вместо комплекса Верховного суда в Петербурге разобьют парк «получше Зарядья» — власти расслышали мнение горожан десятилетней давности.

О том, что проект строительства комплекса Верховного суда «требует серьезной переоценки с точки зрения пользы для жителей и гостей города», врио губернатора Петербурга Александр Беглов заявил днем 22 апреля на рабочем совещании с членами городского правительства. «Это уникальная площадка. Рядом Петропавловская крепость, Стрелка Васильевского, Зимний дворец — все самые важные архитектурные шедевры, — вдруг вспомнил господин Беглов, еще в конце прошлого года призывавший ускорить переезд Верховного суда РФ в Петербург.

Высказавшись за приоритет общественного интереса при определении судьбы значимых территорий, чиновник указал на необходимость считаться с мнением горожан.

На другой день сумел разглядеть уникальность этой территории и Владимир Путин, семь лет назад выбравший ее как «хорошее пустое пятно» под строительство Судебного квартала.

«Смотрите, во-первых — масштаб какой, во-вторых — место прямо на берегу Невы, с выходом потом к Петропавловской крепости и на Стрелку Васильевского острова. Виды, достойные мировых столиц», — огляделся посетивший стройплощадку президент.

Проект будущего парка. Фото: «Петербургский дневник»

Здание Верховного суда, судебного департамента и жилые дома на 600 квартир для их сотрудников решено перенести на Смольную набережную — туда, где до недавнего времени собирались воздвигнуть современный музейно-выставочный комплекс «Оборона и блокада Ленинграда». На конкурс архитектурных концепций будущего музея потратили 15 млн рублей, но, выбрав победителя, от проекта неожиданно отказались в конце января.

Тогда врио губернатора также сослался на мнение горожан, выступавших за сохранение и развитие блокадного музея на его историческом месте в Соляном переулке.

Александр Беглов представил президенту предварительные проекты освоения двух территорий — на Петроградской стороне и на Смольной набережной.

Решение застроить судебными зданиями и жильем около 9,5 га по второму адресу вызвало тревогу в градозащитной среде — внушительные постройки способны обезобразить охраняемые виды, в том числе на Смольный собор.

Новый проект с видом на Стрелку Васильевского острова по-прежнему включает Дворец танца Бориса Эйфмана (Путин обещал построить ему здание театра еще с конца 1990-х), почти 6 га отводится под парковую зону, где также разместят некое театрально-выставочное пространство и парковку на 1,5 тыс. автомобилей.

Владимир Путин счел, что может получиться даже «чуть получше» московского Зарядья, заключив: «Ну пусть посоревнуются, это всегда на пользу».

Собственно, представленный Бегловым «новый» подход к использованию данной территории — давно известное старое, о чем упорно напоминали руководству города и страны последние десять лет.

Еще в предреволюционные годы здесь предлагалось создать комплекс объектов культуры и спорта, а в советскую пору под руководством главного архитектора Баранова планировалось устроить рекреационную зону в составе громадного центрального городского парка — от площади Революции (Троицкой), через Александровский парк, до островов в дельте Невы.

Такое предложение было включено в план послевоенного восстановления Ленинграда и генплан города, но осталось не реализованным. А дальше — история волюнтаристских решений, не считающихся ни с логикой градостроительного развития, ни с общественным мнением. К 1960 г. на территории бывшего Ватного острова разместили Государственный институт прикладной химии (ГИПХ), прозванный «химической бомбой в сердце Ленинграда»: здесь работали с высокотоксичными и радиоактивными веществами, а по некоторым данным, даже с ракетным топливом гептилом.

При губернаторе Матвиенко институт стали перебазировать, а его территория почти в 10 га досталась дочерней структуре компании ВТБ, где Сергей Матвиенко курировал развитие девелоперских проектов — под элитную жилую и коммерческую недвижимость плюс Дворец танца Эйфмана. Проект вторгающейся в охраняемые панорамы плотной застройки, вызвал шквал протестов, в том числе профессионального архитектурного сообщества. С 2009 года собирались подписи под петициями против застройки этой территории и за создание здесь зеленой зоны, коллективные обращения главе государства направляли сотрудники Пушкинского Дома, эксперты в области сохранения наследия, ученые, деятели культуры.

Фото: «Петербургский дневник»

Проблемы продаж элитного жилья на территории с пугающей репутацией были очевидны изначально: требовалось рекультивировать почву, насыщенную тяжелыми металлами и токсинами на глубину до 10 метров. Предельно допустимые концентрации бензопирена, ртути, свинца, сурьмы и фтора здесь были превышены в несколько раз, а содержание пестицида ДДТ — в 165 раз. Ртутью оказалось загрязнено свыше 3 тыс. кв. м, фиксировался и один источник радиоактивного загрязнения. Проектной документацией предусматривался вывоз 219 662,5 кубометра грунта «чрезвычайно опасной» категории для размещения на полигоне.

Сбыть ВТБ проблемный участок, не оставшись внакладе, помог Владимир Путин — объявивший в ноябре 2012-го о намерении использовать его под Судебный квартал. Незадолго до этого член правительства Петербурга (ныне — вице-губернатор) Евгений Елин обратился к главе города Георгию Полтавченко с письмом, в котором призывал «вернуться к историческим планам развития города» по созданию центрального городского парка, которое «поддерживается всеми горожанами». Господин Елин писал, что недопустимо использовать обладающую «высочайшей ценностью территорию исторического центра» для современной комплексной застройки, не пользующейся однозначной и прямой поддержкой всех групп населения». С Елиным солидаризировался и тогдашний глава КГИОП Александр Макаров, однако их доводы не были услышаны руководством города.

В 2013 г. Владимир Путин поручил реализацию проекта Судебного квартала Управлению делами президента. В том же году конкурс определил проект-победитель — им стала работа архитектурной мастерской Максима Атаянца, получившая весьма доброжелательные оценки градозащитников. Но и результаты конкурса, и общественные симпатии, как оказалось впоследствии, не имеют для УПД никакого значения — без объяснения причин от проекта Атаянца отказались, взяв в работу проект мастерской Евгения Герасимова.

А ВТБ получил из казны почти 11 миллиардов на покрытие издержек, в том числе на вывоз зараженного строительного мусора, его переработку и якобы осуществленное снятие грунта на глубину от трех до шести метров и его эвакуацию на полигон Красный Бор. Однако до последнего времени около 90 тысяч кубометров строительного мусора от снесенных корпусов и 690 тысяч кубов грунта все еще оставались на территории бывшего ГИПХа.

Строительство Судебного квартала планировалось завершить в 2019 году, затем Федеральная адресная инвестпрограмма перенесла его финал на конец 2021 года. Однако до сих пор дело не продвинулось дальше нулевого цикла. Освоить успели 3,49 млрд руб.

На конец прошлого года не была завершена даже рекультивация территории. Решение этого вопроса препоручили связанному со структурами Евгения Пригожина ООО «СК "Сегмента"». Попытки этой компании вывезти зараженный грунт на не отвечающий его классу опасности полигон обернулись громким скандалом.

По данным газеты «Коммерсант», именно «Сегмента» с прошлого года занималась подбором субподрядчиков и персонала для Судебного квартала.

Объявленное Путиным решение о создании здесь парка петербуржцы восприняли иронично: в социальных сетях его комментируют не иначе как «предвыборный подарок» Беглову (напоминая попутно, что вопросы размещения комплекса Верховного суда вне его компетенции) и предлагают, «не снижая темпа, требовать археологический парк на Охтинском мысу».