Секс для блага государства

Даже в русской истории иногда бывали минуты хорошего настроения, когда сурового воспитателя детской колонии сменяла добродушная нянька с леденцом на палочке.

Утром 9 июля 1744 года в старую Успенскую церковь головинской усадьбы войдет пятнадцатилетняя лютеранка Софья, дочь мелкого немецкого князька. Через несколько часов оттуда выйдет великая княжна Екатерина Алексеевна, православная невеста наследника российского престола.

Лилия Гущина

Лилия Гущина – Кэрри Брэдшоу "московского Манхэттена". Только в отличие от героини "Секса в большом городе", Лилия – не выдуманный, а настоящий журналист. Автор книг "Когда любовник моложе...", "Мужчина и методы его дрессировки", соавтор (вместе с Ириной Хакамадой) бестселлера "Sex в большой политике", поэтесса, эссеист, эксперт программы "Я сама", создатель двух документальных фильмов, Лилия с подросткового возраста много и плодотворно думала о любви и сексе. Накопленными мыслями, наблюдениями, опытом готова поделиться с посетителями www.gzt.ru

Из коронованных особ она единственная, к кому я испытываю живую симпатию буквально с дошкольного возраста. Повинны в этом китайский календарь, согласно которому мы с Екатериной Алексеевной одной петушиной породы, и фильмы «Вечера на хуторе близ Диканьки» и «Золушка», смешавшиеся в младенческом сознании: реальная императрица превратилась в сказочную фею, раздающую направо и налево хрустальные черевички.

В народной мифологии Екатерине Второй отведена роль неутомимой нимфоманки, самой сладострастной правительницы за триста лет романовской династии. На самом деле излишествами, приписываемыми Екатерине, активно грешила Елизавета, коронованная тетка мужа, неутомимая плясунья, затейница, искательница удовольствий.

Ни узды, ни стыда

Начну с нимфомании, как диагноза. Основные симтомы: половая сверхвозбудимость, незнающая ни узды, ни стыда, когда женщина готова, цитируя барда Елену Казанцеву, «кого угодно, где угодно и когда».

Нимфоманка не была бы в состоянии вести ту скудную интимную жизнь, которую до смерти Елизаветы вела ее невестка. Санкционированный самой императрицей Салтыков, бывший больше донором спермы, чем любовником, нелегитимный, но по умолчанию дозволенный польский министр Понятовский, да брезгующий ею супруг. Вот практически и весь амурный список великой княгини за первые 15 лет в замужестве и в России.

Елизавета не спускала с нее глаз, самовольный шаг влево, шаг вправо, прыжок на месте – и жену будущего Петра Третьего изгнали бы с позором. И Екатерина ни широких шагов, ни высоких прыжков себе не позволяла. Любовь к Григорию Орлову выскочила перед ней, как из-под земли выскакивает убийца, и поразила, когда Елизавета Первая уже практически лежала на смертном одре и ей было не до чужих грехов.

Зависть и ненависть крепостных

Но и на посту абсолютной монархини Екатерина не пустилась во все тяжкие. Ее либидо не было штормовым, ее сексуальный аппетит сегодня не вызвал бы никаких нареканий и был бы определен сексологами скорее как умеренный, чем повышенный, и тем более чрезмерный.

Самые дотошные «черные копатели» нарыли 15 регулярных партнеров за 70 лет жизни. Примерно столько же имеют к 35 годам нынешние незамужние женщины самого заурядного темперамента, а в 50 это число у многих удваивается.

Разумеется, цифры почерпнуты мной не из официальной статистики. Потому что даже она, профессиональная лгунья и фальсификаторша, не может переварить космический объем женского вранья в этом вопросе и давно прекратила попытки добиться от респонденток признания, хотя бы отчасти похожего на правду. О чем речь, когда последняя перепись населения выявила мистический факт: замужних гражданок у нас в стране больше, чем женатых граждан!

Я целиком и полностью одобряю эту несознанку, продиктованную инстинктом самосохранения. Екатерина Алексеевна – наглядный пример, к каким последствиям приводит нежелание шифроваться, будь ты хоть трижды царицей. Ославят, насочиняют похабных анекдотов и бульварных романов. Потому как ничто не вызывает у крепостного человека большей зависти и ненависти, чем чья-то внутренняя свобода. Которая, повторюсь, выражается не в количестве любовников, а в разрешении себе это количество не скрывать.

Ночные императоры

Теперь про институт фаворитизма. По-моему, этот конвейер создан здравым смыслом и трезвым расчетом во имя государства и для блага государства, а не изощренным цинизмом во имя похоти.

Распорядок дня Екатерины не менялся десятилетиями: в 5.00 – подъем, обтирания холодной водой, чашка крепкого кофе, за которой она уже начинала просматривать бумаги, с 9.00 до 12.00 доклады министров, с 12.00 до 14.00 обед, затем до шести часов вечера чтение дипломатической почты и прессы. И так все 34 года правления.

Не будучи блондинкой, Екатерина, естественно, заметила прямую зависимость между вечерним сексом и утренним самочувствием. И когда ни сердце, ни постель государыни не занимал кто-то постоянный, она, чтобы не понизилась работоспособность, была вынуждена прибегать к услугам «ночных императоров» (прозвище для одноразовых любовников).

Наверное, поначалу пробовала выбирать их из толпы придворных сама, но слишком много случалось конфузов. Из-за них по утрам Екатерина, как и любая женщина, чувствовала себя разбитой и обманутой, что сказывалось и на работоспособности.

Тогда-то и была разработана система фильтров, когда, после осмотра врачом, претендент поступал в распоряжение графини Брюс, которая проверяла его достоинства и способности (вот кто пахал, так пахал, не щадя живота своего!). И если молодой человек обладал и тем и другим в нужном объеме, его отводили в специальные покои, ждать появления клиентки.

Для поднятия настроения и всего прочего на постели лежал мешочек со 100 тыс. рублей золотом. Предоплата за труды. Тот, кому сумма покажется шальной, пусть посмотрит на цены в «крези-меню» любого московского стрип-клуба для женщин.

В поисках пригожих пастушков

Выбирались «ночные императоры» из дворянских сынков, тусующихся при дворе. Никаких водевильных истопников, конюхов, караульных, пастухов.

Кто до них был действительно охоч, вслед за неразборчивым батюшкой, так это Елизавета Петровна. Среди ее партнеров числятся, например, конюх Никита Андреянович Возжинский, кучерский сын Ермолай Скворцов, дворцовый истопник Василий Васильевич Чулков. Все они, когда Елизавета взошла на престол, были осыпаны милостями. Первые двое стали камергерами, получили поместья и потомственное дворянство, а истопник – чин генерал-поручика и опять же поместья.

Но в исторических анекдотах они поселятся как аманаты Екатерины. Это Елизавета, а не Екатерина, уже будучи в тайном браке с певчим из сельского церковного хора Алексеем Разумовским, совершала конные прогулки по окрестным подмосковным деревням, высматривая пригожих пастушков.

Эротоманы по обеим линиям

Два слова о воспитании и о генах. Род Екатерины по обеим линиям не заселен эротоманами. Ее папенька не консервировал головы любовниц, а маменька не баловалась с солдатами под обозными телегами. Тогда как у Елизаветы что батюшка, что матушка, что дедушка, что тетушка были и зело горазды, и вельми охочи.

Почему произошла путаница, обелившая одну царицу и оболгавшая другую? Кто ж его знает, как история и народная молва превращают шлюх в монахинь, ублюдков в реформаторов, маньяков в эффективных менеджеров. Как-то превращает…

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU