«Цена будет очень высокой»

Юрий (имя изменено) – коренной житель Пушкина, района Санкт-Петербурга. Ему 55 лет, работает в сфере технического обслуживания.

– Я отвечаю за электрическую часть выставочных стендов на отраслевых выставках и форумах. По договорённости, с начала войны в мероприятиях, организованных государством, участия не принимаю. Иногда это становится поводом для конфликта. Передо мной встаёт вопрос об увольнении, хотя прекрасно понимаю, что, живя в России, никто не сможет остаться «в белом пальто». Второе образование, полученное мной уже в зрелом возрасте –филология – оказалось не очень востребованным.

Семья небольшая. Кроме меня в ней моя жена, сын-студент, две мамы (моя и жены). Война разделила семью на две половины. Старшие поддерживают войну, младшие – нет.

Вечером 25 февраля 2022 года я был на митинге против войны на Невском проспекте, на площадке у выхода из метрополитена. Происходившее там поразило меня. Разухабистые неуместные пляски каких-то артисток в полицейской форме под весёлую музыку в 30 метрах от нас, «Рассея, моя Рассея…» из громкоговорителей припаркованной гаишной машины, призванное заглушить крики митингующих. Но и это уже не казались каким-то абсурдом после того, что я услышал по радио «Вести FM» дней за 10 до этого, случайно включив Соловьёва, воспроизводившего с утра пораньше чистого Геббельса на государственной волне. Именно тогда стало понятно, что война будет и до неё остались дни. Конечно, памятный всем Совет безопасности добавил красок.

На митинге поразили пришедшие, их количество и возрастной состав. Подавляющее большинство были студенты и студентки, преимущественно девушки, парней было в разы меньше. С виду все младшекурсники. Кроме них, рядом со мной стояли люди моего возраста и старше, тоже преимущественно женщины. Их было меньше, чем я предполагал увидеть.

По моему личному ощущению, это был какой-то поколенческий провал. Именно в этот вечер я понял, что пресловутые 80 процентов поддержавших войну – пожалуй, правда. Нас старательно снимали на видео, поэтому я думаю, что давно деанонимизирован.

После митинга я возвращался домой с ужасным чувством: морально мне было бы легче, если бы мне ломали руки и выбивали зубы в каком-нибудь отделении полиции. Ещё не стёрлась память о таких далёких уже протестах мирного времени в Петербурге и протестах 2019 года после выборов в Мосгордуму, я случайно оказался в их гуще, живя у Китай-города и работая в ГУМе.

Поехав в новогодние праздники волонтёром на очистку анапских пляжей от разлива мазута, я увидел множество разных людей с разными, иногда противоположными, политическими взглядами. Все искренне, по-человечески, среагировали на случившееся и примчались из самых далёких мест. В творившейся неразберихе из-за трехнедельного бездействия властей люди продемонстрировали и организацию, и удивительное усердие на весьма тяжёлой работе по очистке пляжей и спасению черноморской фауны. Кто-то после работы на берегу шёл вечером ловить и отмывать птиц.

Сейчас мне хочется верить, что среди тех 80 процентов большая часть просто не понимают происходящего, а кто-то и боится. Хочется верить, что у народа есть будущее, но те, кто способен думать и рефлексировать, понимают, что цена будет очень высокой.

.