
В шесть утра 14 июня 2018 года в квартиру к Цуркан вломилась толпа людей в масках — оперативников ФСБ. Она была уверена, что это ошибка, и успела крикнуть маме: «Позвони на работу, скажи, что я опоздаю». Карину отправили в Лефортово, где предъявили обвинение в шпионаже; предложили признать вину в обмен на домашний арест — отказалась. «Тюрьма, о которой я только в книгах читала, агенты, шпионы, спецслужбы. Жизнь, как у Довлатова, превратилась в сюжет», — нашла она в себе силы пошутить в одном из писем из СИЗО.
По версии следствия, молдавские спецслужбы завербовали ее аж в 2004 году, а в 2015 «в корыстных целях» она, получающая зарплату примерно в 150 раз выше официальной зарплаты президента Молдовы, передала им информацию о российских поставках электроэнергии в отдельные регионы Украины. Судя по материалам дела, именно с этого момента ФСБ разрабатывала Карину — при этом, однако, еще несколько лет позволяя ей занимать высокую должность в важнейшей госкомпании, присутствовать на правительственных совещаниях, принимать решения государственной важности. Незадолго до ареста ее представили к госнаграде.
Улики от адвокатов скрывали полтора года — до самого окончания следствия. В итоге в качестве главного доказательства вины представили плохо читаемую копию «анкеты агента молдавских спецслужб» под кодовым именем Карла, предположительно заполненную Цуркан в 2004 году. С фотографией из ее биометрического паспорта, полученного четырьмя годами позже — в 2008. Заполненную на молдавском с ошибками — вряд ли человек, который на уровне юридических терминов знает этот и еще три иностранных языка, мог бы путать мужской и женский род. С местом работы, которое появится через два года после заполнения анкеты. С адресом квартиры, где Карина поселится только спустя семь лет. И с дополнительным образованием, полученном ею в 2015-м (Карина, по ее словам, «бесконечно занималась какими-то курсами, саморазвитием — даже зубы чистила под лекции на „Радио Арзамас“»).
Ясновидящий вербовщик? Адвокаты нашли сотрудника молдавских спецслужб, полковника Александра Попеску, чья подпись стояла под документом. Он утверждал, что с Цуркан не знаком и никогда такой анкеты не подписывал, был готов свидетельствовать об этом перед судом. Российский суд это, увы, не заинтересовало.
Еще три доказательства — «донесения агента Карлы» без подписи и печати, которые молдавские спецслужбы вроде как передавали в НАТО — оказались английскими переводами документов Минэнерго с грифом «секретно». Но доступа к ним у Карины не было — у нее вообще не было допуска к гостайне. В нормальной ситуации это железное алиби немедленно развалило бы дело. Однако ситуация была ненормальной.
Цуркан приговорили к 15 годам лишения свободы. Она отбывает наказание в колонии общего режима. Занимается с сокамерницами йогой, учит четвертый иностранный язык — итальянский и читает книги взапой, как в школе: впервые с 16 лет у нее появилось на это столько времени. Дома ее ждут сын и пожилая мать, с которыми она до этого никогда не расставалась надолго.

Цуркан предъявлено обвинение в шпионаже.

Следствие завершено. Адвокаты готовятся к рассмотрению дела по существу.

Суд отпустил Карину домой, но по жалобе Гепрокуратуры ее вернули обратно в СИЗО спустя 23 дня.

Переход к судебному разбирательству.
Он отказался называть источник происхождения анонимных документов, которыми доказывали вину Цуркан. Это значит, что доказательства проверить невозможно, то есть вина Цуркан не доказана.

Прокурор Борис Локтионов запросил 18 лет колонии. Спустя два года он же потребует отправить в колонию на 24 года журналиста Ивана Сафронова.

Карину Цуркану приговорили к 15 годам колонии. Все деньги, изъятые у нее во время обыска, суд постановил обратить в доход государства.

Раньше дни, которые Карина провела в СИЗО, засчитывали в счет наказания из расчета 1 день за полтора, после апелляции — день за день. Это значит, что в колонии Цуркан придется провести на более, чем 1 год дольше.

Приговор оставлен без изменений.
Месяц Карина Цуркан ехала в тяжелых условиях до колонии: ее не выпускали в туалет, в вагонах было холодно, не было нормальной еды.

Карину доставили в ИК №6 села Шипуново Алтайского края.
Карина пишет, что для того, чтобы постирать вещи или помыться, нужно отстоять очередь из 80 женщин, хотя горячую воду дают меньше, чем на час. Скучает по маме и сыну Андрею, в свободное время много читает и занимается йогой.

Больше месяца Карину везли в колонию ближе к дому — в колонию «Головино» Владимирской области. Этап был очень тяжелым.