Путь наш тернистый

Семь книг о преследовании христиан, живших в СССР

В наше время многие, в особенности молодые люди, уже не помнят, через что приходилось проходить людям в СССР, открыто исповедовавшим веру в Христа. Подборку из семи книг, рассказывающих о гонениях на христиан, специально для «Горького» составил Филипп Никитин.

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

Написать небольшой вступительный текст для книжной подборки, посвященной тому, как нелегко было христианам в СССР и как они сохраняли веру в самых неблагоприятных условиях — тяжелое занятие. На что обратить внимание? О чем рассказать?

Я остановлюсь на одном. Дорогие сограждане, пожалуйста, помните, что в нашей стране было время, когда право на веру нужно было отстаивать и платить за нее дорогую цену — вплоть до смерти.

Память сильнее смерти. Давайте помнить об этом. Вместе.

Steef Post, Filip Uijl. Volg Mij na. Hoe Asja Germanjoek in de verdrukking Jezus volgde. Apeldoorn: Uitgeverij De Banier, 2022. Содержание

Героиня этой книги, Ася Германюк (1930–1987), являлась членом церкви, входящей в Союз церквей евангельских христиан-баптистов (СЦ ЕХБ). Несколько слов про ее имя: по паспорту она Ульяна, однако родные и близкие называли ее Асей — на этом имени и остановились издатели. Ася Германюк была членом правозащитной организации Совет родственников узников ЕХБ в СССР. В 1985 году ее арестовали и по ложному обвинению осудили на три года лишения свободы. Находясь в заключении, она заболела раком желудка. Весной 1987-го, когда летальный характер ее болезни стал совершенно очевиден, ее досрочно освободили. Летом того же года Ася Германюк умерла.

В книге «Следуй за мной. Как Ася Германюк следовала за Христом во время гонений», вышедшей на нидерландском языке, публикуются фотографии из архива семьи Германюк, а также письма Аси своим родственникам. Издательство опубликовало видеозапись презентации книги, в которой, в частности, принял участие Вячеслав Германюк — сын Аси.

Степан Германюк, супруг этой мужественной женщины и пламенной христианки, до сих пор жив. Ему 92 года. В 2016 году в издательстве «Христианин» вышел его автобиографический очерк «Вечность сто́ит этого пути».

«Ася сидела в одиночестве. Ее некогда длинные волосы были теперь коротко подстрижены. У нее просто не осталось сил постоянно вычесывать из них вшей. <…> „Мир Божий, который превыше всякого ума, да наполняет сердца ваши, дом наш, мое дорогое семейство: Степочка, Лилечек, Славичек мой маленький. К вам льнет мое сердце, милые мои, желанные все мои деточки и внучата. Всех вас крепко-крепко обнимаю, постоянно молюсь о вас, днем и ночью. А вот сегодня уже суббота, 2 августа, утро раннее, а я не спала ночью, все молюсь о вас, беседую с Отцом, о всех думаю, со всеми говорю мысленно. Да, ‘течет ли жизнь мирно, подобно реке, несусь ли на грозных волнах, во всякое время, вблизи, вдалеке, в Твоих я покоюсь руках. Ты со мной… в Твоих я покоюсь руках. Ты со мной… в Твоих я покоюсь руках. От сердца скажу: ‘Для меня жизнь — Христос’. Вы спросите, почему я не сплю по ночам? Отвечаю — болит мой живот. Из-за него у меня нет сил, не могу спать, хотя меня лечат, но одного лекарства недостаточно, нужна диета, и не здешняя. Но уповаю на Него, недолго и путь мы свершим“. <…> Похороны состоялись в воскресенье, 5 июля. Пришло около пятисот человек, чтобы отдать Асе последнюю дань уважения. <…> В гробу лежали цветы, которые так любила Ася: красные гладиолусы. Цветы победы. Кто-то из верующих изготовил синие транспаранты, на которых золотыми буквами было написано: „Блаженны мертвые, умирающие в Господе…“ (Откр. 14, 13). „Она сделала, что могла…“ (Марк 14, 8). Жители села стояли и смотрели. Складывалось впечатление, что здесь хоронят генерала».

Лев Симкин. Бегущий в небо: книга о подвижнике веры евангельской Иване Воронаеве. М.: Эксмо, 2019. Содержание

«…Поразительное историческое свидетельство о преследовании за веру в СССР, о подвижничестве и мученичестве» — так издатели представляют в аннотации книгу, которая рассказывает об Иване Воронаеве — одном из основателей пятидесятничества в России. Он родился в 1885 году в Оренбургской губернии в казачьей семье под именем Никиты Петровича Черкасова, стал значимым пятидесятником и был расстрелян в печально известном 1937 году.

Автор этой книги, адвокат и доктор юридических наук, подступается к теме пятидесятничества не впервые. В 2012 году вышла его книга, повествующая о борьбе советских пятидесятников за право эмигрировать в Америку. Вместе с тем стоит отметить, что Симкин публикуется и по другим темам. Например, недавно в Редакции Елены Шубиной вышла его книга, посвященная фильму «Покровские ворота».

«Бегущий в небо» основывается на рассекреченных архивных документах, а ее автор помещает жизнь своего героя в исторический контекст. В конце книги читатель найдет немало иллюстраций, в том числе сканы архивных документов.

Обычно в книжных подборках приводятся цитаты из основного текста книг. Я отступлю от этого правила и приведу слова из раздела «Слово пастора». На фоне того, что в нашей стране уделяется все меньше внимания памяти о советских репрессиях, мне представляется очень важным процитировать нижеследующие строки, написанные Константином Бендасом.

«Безбожная советская власть пыталась уничтожить и нашу историческую память. Зачастую наши деды и отцы, пройдя ГУЛАГ или другие тяжелые испытания, и сами не осмеливались рассказать детям правду о своем собственном роде, семье. Мои дети — ровесники новой эпохи, и им уже сложно представить, что карательная машина целого государства может быть направлена против небольшой части собственного народа, объединенной любовью к Богу, своим ближним и даже к врагам, и чьим единственным оружием является молитва. Им сложно поверить, что достойнейших людей, не террористов, не убийц и злодеев, а просто искренних и смиренных верующих христиан бросали в тюрьмы, гнали по этапам, расстреливали. И все это было совсем недавно. Я уверен, что эта книга важна для них, наших детей, но не менее важна и для нас, чтобы настоящие подвижники и герои веры избежали забвения и не превратились лишь в былинных персонажей, овеянных домыслами и фантазиями».

Дамаскин (Орловский), игумен. Единство через страдания. Новомученики России, Украины и Беларуси. М.: Региональный общественный фонд «Память мучеников и исповедников Русской Православной Церкви», 2017. Содержание

Читая первую часть заглавия этой книги, я невольно вспоминаю размышления апостола Павла о верующих как о теле. В них есть и такие слова: «… страдает ли один член — страдают с ним все члены…».

Полагаю, стоит сказать и о присутствующем во второй части заглавия термине новомученики. В Русской православной церкви им обозначают святых, пострадавших за веру в Бога от советских властей. Существует база данных новомучеников.

Эта книга, представляющая собой сборник житий новомучеников, написана доктором исторических наук и членом Синодальной комиссии Московского Патриархата по канонизации святых. В ее основе — большой массив архивных документов, многие из которых были впервые введены в научный оборот. Исповеднический подвиг новомучеников автор помещает в исторический контекст.

Дамаскин (Орловский) организует свой текст по годам. Больше всего имен встречается под печально известным 1937-м: их девять. Среди них — архимандрит Неофит (Осипов), священники Созонт Решетилов и Евгений Ивашко. Все они были расстреляны.

«Архимандрита Неофита три дня беспрерывно допрашивали, безуспешно пытаясь склонить к сотрудничеству с ГПУ. Еще до его ареста сотрудники ГПУ пытались обратиться к нему с предложением о секретном сотрудничестве через его брата, Константина, который был членом Коммунистической партии с 1919 года, вступив в нее во время службы в Красной армии. <…> 21 октября 1937 года около часа ночи в дом к священнику пришли три сотрудника НКВД и арестовали его. Отец Созонт встретил их спокойно, он был уже давно готов к аресту. В течение трех дней священника допрашивали в тюрьме города Зарайска. На допросах отец Созонт все выдвинутые против него обвинения в антисоветской и контрреволюционной деятельности категорически отверг. После допросов он был перевезен в тюрьму в городе Коломне. <…> Отцу Евгению было тогда всего тридцать восемь лет, оставались сиротами дети, но он более всего полагался на Бога, словно преподавая своей жизнью пример другим».

Я с вами во все дни до скончания века. Жизнь верующих и общин евангельских христиан-баптистов и меннонитов Караганды и Карагандинской области. Книга I. Тяжелые времена гонений и репрессий 1931–1946 гг. Под редакцией Виктора Фаста. Караганда — Штайнхаген, 2001. Содержание

Первая часть заголовка книги взята из Библии. Речь идет о конце последней главы Евангелия от Матфея. Иисус обращается к ученикам со словами: «…дана Мне всякая власть на небе и на земле. Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь».

У читателей может возникнуть вопрос: как баптисты и меннониты оказались в Караганде? В книге дается объяснение: Объединенное государственное политическое управление (ОГПУ) разработало план по выселению более 50 тысяч семей в Северный край и на Урал, но ознакомившись с ним, Сталин наложил резолюцию — «Казахстан и Сибирь как районы выселения отсутствуют. Надо их включать».

Что ждало в 1931 году в Караганде христиан-спецпереселенцев, названных советской властью кулаками? Например, Анна Эверт (Бергман), мать десятерых детей, умершая в 1933 году в Караганде, вспоминала о своем жилище так:

«Это была яма в земле, накрытая полотнищем. Была уже осень, такие условия жизни привели к массовой смертности, так что весной приходилось собирать лежавшие под снегом трупы и хоронить их».

Эта богато иллюстрированная книга рассказывает о тяжелых испытаниях, которым подверглись верующие люди в сталинское время. Она основана, в том числе, на опубликованных воспоминаниях, документах из частных и государственных архивов. Среди последних — архив Комитета национальной безопасности Республики Казахстан по Карагандинской области.

«Хотя меннониты и баптисты очень мало соприкасались в 30-х гг., тем не менее многое во внешней ситуации и в духовном развитии было сходно. Поэтому мы описываем развитие параллельно. Это позволяет и лучше отразить различия между родственными группами. Начиная с 1945 года контакты резко умножаются и с устройством легального молитвенного дома в Копай-городе становятся непрерывными. Многие меннониты вливаются в баптистскую общину (общины), и взаимодействие этих двух групп в дальнейшем в значительной степени определяет духовное развитие всех общин, вопреки всем разделениям по другим признакам (прежде всего по отношению к регистрации). <…> Гамм Давид Германович (*1888), верующий меннонит, был в 1938 г. на Кавказе арестован, сидел в Карлаге и умер с голоду в 1942 г. или в 1946 г. <…> За проведение активной систематической „религиозной работы“, полное отсутствие „комсомола“, „пионерорганизации“ и „организацию взаимопомощи высланным и репрессированным элементам“ Северо-Кавказский краевой суд осудил пятерых братьев-меннонитов (приговор 29. 5. 1935 из лдз Тевса): Тевс Корней Иванович (1879–1942), верующий меннонит, арестован 3. 12. 34 на Сев. Кавказе, осужден на 8 лет. В Карлаге находился с 1937 г. до самой смерти 29. 9. 1942 (к/з, лдз); Больдт Петр Иванович (*1898, Молочная) — на 8 лет, место заключения неизвестно; Пеннер Иван Генрихович (*1865, Молочная, проповедник) — на 5 лет, место заключения неизвестно; Вельк Яков Яковлевич (*1892, Молочная, проповедник, лишенец с 1922 г., в 1931 г. был осужден на 4 года, бежал) — на 5 лет, место заключения неизвестно; Винс Василий Васильевич (*1889, Молочная, председатель колхоза — это был колхоз из верующих!), осужден на три года, место заключения неизвестно».

Елисей Елисеев. Священномученик Афанасий, епископ Иркутско-Амурский: житие. Под редакцией П. Калашникова. Улан-Удэ: Изд-во «Златоуст», 2002. Содержание

Священномученик Афанасий (Федотов Амвросий Феофанович) родился в 1879 году в семье староверов-поповцев, проживающих в старообрядческом (семейском) селе Тарбагатай Верхнеудинского уезда Забайкальской области. Позже женился, стал отцом двух дочерей, вдовцом и дедушкой. Он любил жизнь и знания. В его доме находился большой шкаф, полностью заполненной церковной литературой. Выписывал он книги даже из-за границы.

В определенный период беглопоповский приход, частью которого он был, примкнул к Белокриницкой иерархии. В 1929 году Афанасий был возведен в достоинство архиерея, в 1937 году арестован, а в следующем — расстрелян. Он не узнает, что позже будет реабилитирован в виду отсутствия состава преступления и причислен к лику святых.

В этой небольшой книге, написанной настоятелем Верхнеудинской Православной Старообрядческой общины города Улан-Удэ, священномученик Афанасий предстает любящим отцом, трудолюбивым человеком, пламенным христианином и заботливом пастырем, готовым всегда прийти на помощь единоверцам. И, конечно, перед нами предстает человек, любящий Бога и готовый за веру в Него заплатить своей жизнью.

«До сего дня вспоминают христиане и рассказывают друг другу, сколь увлечен был будущий владыка изучением премудрости Божией и чтением духовной литературы. Его библиотека по тем временам была огромной. Почасту в воскресные и праздничные дни собирались у кого-то из христиан и устраивали либо духовные чтения, либо разбор Писания, либо диспуты на богословские темы. Соберутся вместе мужика три-четыре, обложатся толстенными старописанными книгами со множеством закладок и часами напролет обсуждают, комментируют прочитанное. <…> Волна репрессий появилась не вдруг, она нарастала вместе с коллективизацией, медленно, но жестоко поглощая в своей пучине тысячи и миллионы судеб. <…> С неумолимой регулярностью арестовывали и бесследно увозили церковное окружение владыки. Постепенно репрессировали всех: чтецов, певцов, уставщиков — всех, кто не уехал и не боялся ходить в церковь, своей жизнью противостать воинствующему атеизму. Большинство верующих, запуганных новой властью, перестали посещать храм. Владыка в своем церковном делании остался в одиночестве и в изоляции. <…> Жуткие были времена. При внешнем показушном благополучии люди боялись не только соседей, но и своих родных, а казалось и самих себя, ибо все представления о чести, долге, морали и духовности перевернулись под воздействием советской идеологии, трансформировались и изменились до неузнаваемости. В душах воцарилась смута и паника, страх и неопределенность. <…> Постепенно отношение огэпэушников к непреклонному „служителю культа“ начало меняться. Собеседования превратились в допросы, а потом и в пытки. Требовали отречения от Христа. <…> Началось избиение уже немолодого и болящего человека. На допросах жгли ему бороду и усы, тушили о лицо папиросы. Святитель же стойко отвечал мучителям „С моим телом вы можете делать все, что хотите, с душой моей вам ничего не удастся сделать“».

«Друг друга тяготы носите…»: жизнь и пастырский подвиг священномученика Сергия Мечева: в 2 кн. Кн. 2. Беседы. Проповеди. Письма. Составитель Анна Грушина М.: ПСТГУ, 2012. Содержание

Первая часть названия этой книги отсылает к Библии. «Носите тяготы друг друга, и так исполните Христов закон» (перевод Десницкого) — с такими словами апостол Павел обращался к галатам.

Сергий Мечев родился в 1892 году в семье известного московского священника Алексия Мечева. И отец, и сын служили в храме святителя Николая в Кленниках — он располагается в нескольких шагах от выхода из станции метро «Китай-город».

В 1933 году Сергий был арестован. Его обвиняли в оказании помощи репрессированным священникам. В этом же году приговорили к 5 годам заключения в концлагере по обвинению в «антиколхозной агитации и создании контрреволюционной группировки церковников». В 1942 году Сергий был расстрелян.

В этой книге собрано наследие священномученика Сергия Мечева — его проповеди, письма и беседы. Большое количество публикуемых материалов впервые видят свет, а публиковавшиеся ранее — отредактированы. Текст книги сопровождается иллюстрациями, многие из которых публикуются впервые.

«Письма общине из ссылки (1929–1933). Письмо первое. Слава Богу за все! <…> Не скорбите, а радуйтесь, ибо в испытаниях мы не оставлены небесной помощью. Тем более не скорбите за меня: Господь из сутолоки великой призывает меня на служение единого Единому, это в равной мере необходимо мне и вам, ибо вся моя жизнь — в вас, без вас нет в ней смысла. Не скорбите о себе, ибо у вас еще остается величайшее, чего лишены многие, в том числе и я, — богослужение храмовое; берегите его, вот моя заповедь вам, не только моим детям, но и друзьям. Берегите богослужение, берегите священнослужителей родных по духу, связанных с Батюшкой крепкими узами преемственности. <…> Молитесь за меня. Как ни радостно принимаю я свое изгнание, но я человек и часто без слез и душевного волнения не могу переживать здесь праздники и особенно вечера пятницы и воскресения. Молитесь за меня в эти мои дни, как молились вы до сего времени. Я чувствовал ваши молитвы, поднимали они меня на крыльях в трудные минуты. Молитесь за меня, чтобы дал мне Господь силы для нового служения Ему ради вас и от вас. Вы же все в моем сердце и стали еще ближе, еще дороже. Простите меня за все злое, содеянное мною в мимошедшее десятилетие совместной с вами жизни. Поручаю вас всех Божией Матери, нашим святым угодникам Божиим и друг другу».

«Подражайте вере их…». Памяти Н. П. Храпова. Составители Герман Гартфельд, Надежда Храпова. Meinerzhagen: Миссия Вестник Мира, 2014. Содержание

Николай Храпов (1914–1982) был членом церкви, являющейся частью СЦ ЕХБ, и входил в Совет церквей ЕХБ — руководящий орган этого религиозного союза. В вышедшей в прошлом году энциклопедии «Протестантизм» Храпов назван бескомпромиссным сторонником независимости церкви от государства. За веру он провел в неволе почти 30 лет. Его жена Елизавета была членом Совета родственников узников ЕХБ в СССР, отец — пастором баптистской церкви. В 1937 году он был расстрелян на Бутовском полигоне.

Книга была издана по просьбе друзей Николая Петровича Храпова, а ее название отсылает к новозаветному тексту: «Поминайте наставников ваших, которые проповедовали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их». Книга представляет собой сборник разного рода текстов и содержит, в частности, биографический очерк, проповеди Храпова и воспоминания о нем.

Умер Николай Петрович в лагере усиленного режима на полуострове Мангышлак, в полупустыне у Каспийского моря. Место власти выбрали специально. В том числе потому, что летом жара в нем достигала +55° С.

Храпов является автором слов ряда песен. Среди них «Привет вам, Христово цветущее племя». Вот как выглядит один из ее куплетов:

«Сегодня сердца молодые пусть будут
В биенье одном на груди у Христа,
А завтра, быть может, кого и поднимут
Толпой разъяренной на древо креста!»

Николай Петрович написал автобиографическую книгу «Счастье потерянной жизни». Ее название, отсылающее к словам Иисуса Христа, ярко и точно говорит о его жизни. Жизни, посвященной Богу, которого он любил.

«Еще одно качество, присущее Н. П. Храпову, — это, безо всякого сомнения, его особый дар христианского консультирования. Впервые встретившись со мной, он прочел мне письмо от служителя моей бывшей общины, затем задумчиво взглянул на меня и сказал: „Ты, как и все ссыльные, вырос в дремучих сибирских лесах. Комендатура, ограничения, голод, морозы, одиночество. Но прошу тебя, вернись к действительности. Не строй себе воздушных замков. Ты не Мигель Сервантес и не Дон Кихот. Живи реальной христианской жизнью. Путь наш тернистый, по нему шел наш Спаситель Христос. Следуй по Его стопам“. Его слова подействовали на меня как шоковая терапия. Видя мое смущение, он улыбнулся и добавил: „Будь таким, какой ты есть, и Господь научит тебя быть правдивым и честным. Не скрывай от близких тебе людей, что происходит в твоей душе. Лев Николаевич Толстой не напрасно этому учил. Он был прав“. <…> Несомненно, он был одним из самых выдающихся мучеников двадцатого века. Я пишу это, основываясь не на субъективных впечатлениях. Даже представители карательных органов власти относились к Николаю Петровичу с большим уважением и восхищались его преданностью Христу и делу Евангелия. Я сам свидетель его любви к Богу, к Евангелию, к жене Елизавете, к детям, к церкви и ко всем людям; она неповторима. Его дочь Лидия права, говоря: „Папа учил нас любить людей“. А что может быть больше и лучше любви? Пастор д-р Герман Гартфельд».

***

Благодарю Анастасию Кашину за то, что познакомила меня с книгой Volg Mij na, предоставила к ней доступ и перевела необходимые фрагменты на русский язык.

Благодарю Валерию Елагину за то, что обратила мое внимание на книгу о священномученике Сергии Мечеве и книгу о священномученике Афанасии.