Фильм "Матильда", убивающий Россию

Редактор Sobesednik.ru — о том, как понимать слова Всеволода Чаплина о необходимости запретить еще не вышедший фильм.

Всеволод Чаплин заявил, что фильм Алексея Учителя «Матильда» о романе Николая II и балерины Матильды Кшесинской необходимо запретить, потому что иначе Россия погибнет — и это будет справедливая Божья кара всем нам, если мы не добьемся запрета «Матильды».

«Фильм "Матильда" непременно должен быть запрещен, потому что если он будет показан, Россия погибнет, и это будет справедливо в Божьих очах <...> Мировая война неизбежна, но если этот фильм не будет показан, в России кто-то, наверное, да останется жить, пусть не в городах. Если он будет показан, да погибнут все, и это будет достойно и справедливо».

Фильм еще не вышел, его еще никто не видел — первым делом его собираются показать депутатам Госдумы, причем, как отдельно оговаривался Станислав Говорухин, никакого «разрешения» или «запрета» за этим не последует.

Не видел фильма и Всеволод Чаплин — но он уже знает, что его нужно запретить. А если его не запретить, мы все умрем — и это будет очень хорошо и справедливо.

Это и называется религиозный радикализм. Можно было бы сказать «экстремизм», но не хочется приплетать сюда уголовное право. Хочется просто назвать вещи своими именами.

Некто утверждает, что что-то, о чем он не имеет ни малейшего понятия (в лучшем случае знает понаслышке), необходимо запретить. Запретить для всех, а не ему одному сделать над собой усилие и не ходить в кинотеатр или театр на этот конкретный фильм или спектакль, не покупать газету с той или иной карикатурой, не читать книгу с тем или иным сюжетом — это оскорбляет его религиозные чувства.

Но главное — вторая часть утверждения. Если этот некто не будет удовлетворен, то затем могут (он верит: если есть на свете Бог, должны) произойти ужасные события — например, чума, война, голод и смерть. И этот некто нимало не будет этим опечален — напротив. Надо было вам его слушать и запретить фильм. Тогда не корчились бы все в муках и не обращались бы в пепел ядерной войны.

Радикализм заключается еще и в том, что некто оскорбленный и не думает искать компромисса. Либо по-моему — либо вы все умрете. Торг неуместен, ведь кому придет в голову торговаться с Богом, глаголящим устами Всеволода Чаплина?

Иногда религиозные фанатики только грозят «карой Божьей». Иногда они начинают воплощать эти угрозы сами. Например, террористы-исламисты ведь всерьез верят, что готовя взрывы, давя прохожих на грузовике или устраивая резню в торговом центре, они действуют по божественному указанию. (В случае с «Матильдой» до этого, кстати, тоже недалеко. Доблестные российские правоохранительные органы, столь скорые на расправу с оппозиционной «школотой», до сих пор, кажется, не могут напасть на след людей, рассылавших обещания поджигать кинотеатры, в которых будет идти фильм.)

В связи с этим часто говорят о противостоянии мирного ислама радикальным террористическим движениям. О том, что, когда происходят теракты, устроенные исламистами, мусульманскому духовенству логично в числе первых осуждать эти преступления и напоминать о том, что они недопустимы. Не следует ли православной церкви как-нибудь отреагировать, когда один из самых известных ее «спикеров» в России фактически говорит, как Незнайка из мультика, собравшийся ввязаться в драку, «Я за себя не отвечаю?» — или, вернее, подает такой сигнал «православным активистам»?

Характерно, что все это происходит в год столетия революции, когда нам так много талдычат о неприменимости в жизни принципа «кто не с нами, тот против нас». Принципа не столько революционного, сколько, как недавно напомнил Владимир Познер, христианского.

Впрочем, в этом году есть и другая памятная дата — 80 лет «большого террора» 1937 года. И об этом Всеволод Чаплин недавно тоже высказался: Сталин «виновен в гибели многих невинных людей», но «был бичом Божиим против кровавых творцов революции и «красного террора»[,] невольным (или вольным?) Божиим слугой, "отмстителем в наказание делающему злое"». Больше, пожалуй, добавить нечего.