Гни свою линию

История инженеров бумажных конструкций

«Горький» продолжает публиковать серию материалов об околокнижных профессиях. Сегодня речь пойдет о тех, кто пытался сделать книгу более осязаемой. Мы расскажем про инженеров бумажных конструкций, книги фигурные и складные, подвижные и объемные, «перевертыши» и «тоннели».

Линия контура

Эксперименты с внешней формой бумажной книги известны с позднего Средневековья. Одно из первых открытий этого времени — контур книги может варьироваться. Неизвестно, кому первому пришла идея фигурного вырезания страниц, но сохранились книги XV–XVI столетий в форме сердца. Среди самых известных — «Часослов» Николя Блэра, молитвенник датской принцессы Анны, песенник Жана де Моншеню с 83 любовными балладами. Впечатляют изящество и артистизм этих шедевров книжного искусства. Манускрипт со страницами-сердечками можно увидеть на знаменитой картине Мастера Вида Святой Гудулы «Молодой человек с книгой».
Помимо сердцевидных, изготавливались книги округлой формы — в частности, датированный 1480 годом латино-французский миниатюрный (диаметром всего 9 см) «Кодекс Ротундус» неизвестного бельгийского мастера. Другой памятный пример — созданная около 1590 года круглая книга в подарок Юлиусу Эхтеру фон Меспельбрунну, князю-епископу Вюрцбурга.

Новейшие эксперименты с фигуративностью книги синтезируют контурные и объемные техники. Наряду с массовым производством изданий для детей с применением вырубки страниц реализуются творческие проекты лимитированного тиража и создаются штучные авторские произведения. Нидерландское издательство «Gerschreven Portretten» выпустило биографические книги, форма которых воспроизводит контуры голов и лица Винсента ван Гога, Анны Франк, Кадера Абдолы и Луи ван Галя. Швейцарский дизайнер Пьер Менделль сделал книгу своих жизненных достижений в форме католического креста на швейцарском флаге. Лиске Гайс и Лиа Дайнкер представили миниатюрную книжицу в виде браслета с полным собранием картин Рембрандта.

Мастер вида Святой Гудулы «Молодой человек с книгой», около 1485 года

Фото: gallerix.ru

Линия связи

Помимо внешней формы книги, мастеров издавна занимала проблема ее технологического монтажа и оптимизации повседневного использования. Как сделать книгу не только эстетически привлекательной, но и компактной, емкой, удобной? Ответом на этот вопрос становится изобретение в XVI веке формата дозадо (фр. dos-à-dos) — переплета «спинка к спинке».

Такие книги-перевертыши читались с разных сторон, иногда изолированно друг от друга, иногда встречаясь на середине. Преимущественно миниатюрного размера, легко помещавшиеся в карман или поясной мешок, это были издания в основном религиозные, без которых не отправлялись в долгий путь. Обыкновенно дозадо были сдвоенными — например, Ветхий и Новый Завет в одном переплете. Однако известны и уникальные, подлинно шедевральные экземпляры вроде «Малого катехизиса» Лютера в виде шестисторонней книги с несколькими зажимами, которые позволяли раскрывать нужную часть текста.

В современной полиграфии этот формат — сейчас его также называют flip-flop books — переживает новый расцвет. Издательство «Самокат» выпустило двустороннюю «Алису в Стране чудес и в Зазеркалье», издательство «Захаров» — экспериментальную пьесу Бориса Акунина «Инь и Ян. Белая и черная версии» в виде книги-перевертыша. Аналогичная идея обыграна в издании романа американского писателя Марка Данилевски «Перевороты» с двумя титульными страницами. Читателю предлагается самостоятельно выбрать, с какой стороны начать чтение, лишь рекомендуется «менять» рассказчика каждые восемь страниц. В строгом смысле все это скорее квазиперевертыши, поскольку форма дозадо используется не в самом переплете, а в тексте — создавая эффект встречного движения.

Полноценно двусторонней, почти как в древности, можно назвать необычную книгу Владимира Кричевского и Алексея Домбровского «Два шрифта одной революции». Обе части выполнены как отдельные — различающиеся шрифтами, обложками, оформлением — книги и соединены по принципу «спинка к спинке». Идейно-историческое противопоставление отражено также во встречном комментировании: Кричевский комментирует раздел Домбровского и наоборот.

Линия сгиба

По мере того, как книга становилась все более насущным и практичным предметом, книгоделы приходят к идее обыгрывания плоскостей, экспериментам с многомерностью. Конструкция книги усложняется искусно согнутыми страницами, бумажными вклейками, многослойными гравюрами. С этого момента можно говорить не только о книжной архитектонике, но и о книжном инженеринге.

До вставных элементов одним из первых додумался бенедиктинский монах XIII века Мэттью Пэрис, который вклеил в книгу складную карту паломнического пути в Святую Землю и вращающиеся бумажные схемы с датами церковных праздников. По одной версии, старейшая из сохранившихся книг со вставными механическими элементами — это астрологический манускрипт 1306 года, по другой — подвижные концентрические «круги» каталонского богослова Раймунда Луллия, в которых размещались религиозные, философские, медицинские и прочие понятия.

Затем volvelles — бумажные конструкции с вращающими частями — помещаются в астрономические атласы и анатомические трактаты. Подобным образом сделаны, например, «Королевская астрономия» Апиана (1540), «О строении человеческого тела» Везалия (1543). Сохранились позднесредневековые поясные книги с хитроумно сложенными листами, что позволяло использовать их в походной обстановке и в отсутствие специальных условий хранения.

XVI столетие вошло в историю книжной культуры также итальянскими книжицами пикантного содержания со складными страницами. Стоило отогнуть бумажную вклейку — открывалась романтическая, а то и фривольная картинка. В книге «Истинные образы и описания самого благородного города в мире» (1578) гравюры смонтированы методом наложения одна на другую. Автором фокуса считается венецианский печатник и книготорговец Донато Бертелли. Одно движение руки — и чинно беседующие аристократы сливались в любовном экстазе, целомудренная дама демонстрировала секреты привлекательности под нижними юбками, за глухой ширмой плывущей гондолы обнаруживалась парочка влюбленных в сопровождении лютниста. Такие бумажные аттракционы служили развлечению и были рассчитаны на состоятельного покупателя.

1/4

Влюбленные в гондоле снаружи страницы... Фото: digitalcollections.nypl.org 2/4

…и под бумажным клапаном из книги Фото: digitalcollections.nypl.org 3/4

Многослойная» иллюстрация из офтальмологического трактата, 1583 год Фото: booktryst.com 4/4

Схема проведения кесарева сечения, 1847 год Фото: booktryst.com

Затем английский издатель Роберт Сэйер изобретает стиль lift-the-flap — книги-метаморфозы с накладными клапанами, с помощью которых можно было совмещать несколько иллюстраций на одной странице. Самая известная работа Сэйера «Арлекиниада» (1765) предлагала читателю стать режиссером театра пантомимы, меняя мимику и позы персонажей перемещением бумажных вклеек. А первой объемной книгой как коммерческим продуктом стал вышедший в 1775 году «Трактат о перспективе в теории и практике» Томаса Малтона. Всплывающие изображения на разворотах помогали понять геометрическую концепцию перспективы.

Линия отрыва

Опыты со складыванием бумаги и многослойностью изображений получают логическое продолжение в экспериментах с параметрами книжного пространства. Иллюстрации отрываются от поверхности печатного листа, по-балетному воспаряя над плоскостью страницы. Меняется онтология текста: слово «разлучается» с изображением, но обретает материальную многомерность.

В XVII веке начинает использоваться заимствованная из Японии папертоль — техника объемного декупажа посредством наложения разнофактурных слоев. Примерно с середины ХVIII столетия появляются tunnel books — «книги-тоннели» с вырезом посередине, сквозь который видны другие страницы, что создает эффект многоплановости. Затем возникает формат peep-show books (англ. to peep — подглядывать) — интерактивные книги с бумажными лентами-язычками, межстраничными рычагами и потайными клапанами, позволяющими трансформировать иллюстрации, выдвигать и прятать объемные картинки.

Продолжают выходить научные издания со складными вклейками, выполняющими роль наглядных моделей и демонстрационных образцов. Набирают популярность детские книжки с подвижными изображениями. Компания «Dean & Son» внедряет принцип иллюстраций-«жалюзи» и технологию синхронизации их движения с сюжетом литературного произведения. Фирма Рафаэля Така выпускает дорогие издания-метаморфозы под брендовым названием «Father Tuck's Mechanical Series», макеты которых разрабатываются специальным отделом полиграфической инженерии. Среди выдающихся книжных конструкторов позапрошлого века — Уильям Гримальди, Лотар Меггендорфер, Эрнест Нистер.

Линия горизонта

XX столетие совершенствует приемы трансформации и намечает горизонты многомерности бумажной книги. Развивается техника бумагопластики — с использованием высечки, фальцовки, биговки и других способов обыгрывания пространства страницы. Проектированием объемных книг занимаются особые специалисты, именуемые инженерами-дизайнерами объемных книжных изображений или инженерами бумажных конструкций (англ. paper engineer).

В 1929 Луи Жиро запускает доступную массовому покупателю фотолитографическую серию детских книг living models (англ. букв. «живые модели») с автоматически складывающимися панорамными разворотами, которые можно разглядывать со всех сторон. Затем Жиро создает издательский дом «Strand Publications» и выпускает серию новаторских книг «Bookano». Всплывающие окна-иллюстрации просматривались в них с 360 градусов.

В начале 1930-х годов американская фирма «Blue Ribbon Press» Харольда Ленца начинает издание трехмерных книжек с персонажами диснеевских мультфильмов и вводит общепринятое нынче определение pop-up book (от англ. «выскакивать, неожиданно возникать»). Параллельно использовались синонимы movable book (подвижная книга), animated book (анимированная книга); русскоязычные наименования — книга с метаморфозами, книга-театр, книга-панорама.

1940-е восхищают мастерством американского дизайнера Джулиана Уэйра. В его книгах по запатентованной технологии «движущихся иллюстраций» (moving illustrations) изображения виртуозно перемещались вверх-вниз и горизонтально-вертикально особыми ярлычками-закрылками, искусно вклеенными по нижней и боковой сторонам страницы. Читатель сам управлял картинкой, имитируя эффект мультипликации. В конце 1950-х на рынок pop-up приходит чехословацкое издательство «Artia» вместе с художником и архитектором Войцехом Кубаштой, чьи замечательные объемные книги выходили огромными тиражами и стали эталоном для современных мастеров.

Линия судьбы

Судьба объемных книг оказалось на удивление счастливой. Не утраченная в веках, ее линия успешно продолжается современными виртуозами бумаги, среди которых француз Бенжамен Лакомб, японец Юсуке Ооно, китаянка Колетт Фу, американцы Роберт Сабуда, Кэрол Бартон, Роберт Кроутер, Дэвид Картер, Мэтью Рейнхарт. Последний прославился, в частности, впечатляющим панорамным путеводителем по «Звездным войнам». В 1993 в США основано «Общество подвижных книг» (Movable Book Society), объединяющее отраслевых специалистов и вручающее премию Меггендорфера лучшему инженеру бумажных конструкций.
Проекты и макеты нынешних pop-up книг создаются с использованием компьютерных технологий, но собираются и склеиваются такие книги до сих пор почти всегда вручную. В работе над особо трудоемкими изданиями участвуют до ста специалистов. Мастера должны найти оптимальные способы крепления подвижных элементов к странице, продумать все нюансы функционирования объемных деталей, просчитать параметры сложной композиции.

В производстве рop up книг новейшего поколения используются полимерные материалы, металлизированная бумага, ультрафиолетовое лакирование. Отдельное творческое направление — объемные книги в формате театра теней. Теневую технику использует, например, немецкий дизайнер Джулия Фройлих: картонные персонажи ее волшебных сказок «оживают» при наведении света. Аналогично устроена детская книжка японских мастеров Татхухико Нидзима и Мегуми Кадзивара «Подвижный силуэт»: между страниц помещены раскладные элементы, создающие фигурные движущиеся тени при перелистывании.

Элемент книги Феликса Данкевича «Сон»

Фото: diary.ru

Изготавливаются также штучные авторские рop up книги в формате арт-бука для музейных и частных коллекций. Российский художник Феликс Данкевич оформил объемными иллюстрациями стихотворение Лермонтова «Сон» и презентовал центральной Санкт-Петербургской библиотеке, носящей имя поэта. Тончайшие кружева и парящие фигурки из бумаги помещены в лаконичную шкатулку.

Сегодня многомерная книга приходит уже в бизнес, науку, образование. Первым, кто успешно внедрил книжное искусство в деловые коммуникации, считается Уолдо Хант — создатель рop up рекламы кофе «Maxwell». Затем модельный дом «Dolce & Gabbana» выпустил каталоги с объемными изображениями. Парфюмерная фирма «Lacoste» презентовала свои первые духи в виде объемной книги. В аналогичном формате вышла архитектурная история лондонского железнодорожного вокзала Кингс Кросс. Издательство «Papadakis» представило рop up «Путешествие вглубь материи» — популярно изложенное описание Большого адронного коллайдера.

Инженер бумажных конструкций не только профессия — это призвание и судьба. А многомерная книга с ее синтезом технологичности и креативности, возможно, эталонное воплощение жанровых трансформаций.