Оригинал материала
Антон Долин. Как изготовить гениальный фильм
(К московской премьере "Танцующей в темноте" Ларса фон Триера)
1. Необходимо грамотно и своевременно запустить PR-кампанию. О съемках фильма должно стать известно примерно за полтора года, обязательно из неофициальных источников. Затем - примерно за год до премьеры и за пару месяцев до собственно начала съемок - надо официально объявить о фильме, упомянув основных актеров, бюджет и обязательно название. Например: "Танцующая в темноте" . Подходящее название.
2. Необходимо создать легенду. Хорошо, если она уже есть. Например, все знают "Рассекая волны" и "Идиотов", все знают, что Ларс фон Триер разрывается между авангардным настоящим и пафосным прошлым, всем известно, что на законы (в том числе, писанные им самим) ему наплевать. Кроме единственного, почему-то неуклонно соблюдающегося: закона тройственного строения. Что-то эдакое из сказок. Любимая сказка о "Золотом сердце" и вдохновила Триера на последнюю трилогию. Поэтому в главной роли существо женского пола и исключительных душевных качеств, поэтому все должно закончиться плохо.
3. Необходим разумный кастинг. Для привлечения общественного внимания - звезды. Экстремально звездные. Катрин Денев вполне подойдет, а довершит дело элегантно-небрежное упоминание о том, что на роль она сама напросилась. Для привлечения нового зрителя не помешает звезда из какой-нибудь иной области. Бьорк - идеальный вариант. Во-первых, женщина, причем вполне обладающая требуемыми внешними данными - достаточно причудливая и странная, достаточно обаятельная и трогательная. Для киноманов среднего уровня - второстепенные, но знакомые по голливудским фильмам актеры: Стивен Морс, только что виденный в отчасти аналогичной тюремно-мистической драме "Зеленая миля", и любимый поклонниками "Армагеддона" Питер Стормар (русский космонавт Андропов). Интеллектуалы же знают, что Стормар - актер позднего Бергмана ("Фанни и Александр"), а также - зрелых Коэнов ("Фарго", "Большой Лебовский"). Еще им известен Жан-Марк Барр, звезда "Голубой бездны" и "Европы" (а то, что фон Триер, как и в "Рассекая волны", заставляет незаурядного артиста играть в малозначительном эпизоде - вопрос второй). А фэны фон Триера увидят в совсем крохотных сценках, по типу "кушать подано", главных героев "Идиотов", в роли одного врача - Стеллана Скарсгарда (Ян в "Рассекая волны"), а другого - Удо Киера, любимца Фасбиндера и главного актера Триера. В общем, перечислять дальше особого смысла нет - микромир "Танцующей" населен знакомыми зрителю лицами.
4. Необходим скандал (заранее). Собственно, то, что Ларс фон Триер снимает мюзикл, - скандал само по себе. Бьорк , дебютировавшая в кино в главной роли, - скандал номер два. Неминуемый конфликт между режиссером и исполнительницей главной роли - третий и главный скандал. Туманные сообщения в прессе перемежаются с неожиданно отчетливыми фактами - например, "Бьорк так разозлилась на фон Триера, что разорвала зубами собственную блузку и ушла с места съемок на несколько дней". Звук перемонтируется за несколько недель до премьеры. Бьорк недовольна финальным вариантом музыки, Триер - доволен. Вообще, ничего не клеится?.. Зато зрительский интерес успешно подогревается.
5. Необходима адекватная жанровая форма. Мюзикл плюс драма; сам фон Триер с гордостью сравнивает свой фильм не с опереттой (классическим аналогом мюзикла), а с оперой : в опере люди плачут. Однако по факту - это именно мюзикл, предполагающий максимальную ненатуральность: все танцуют, подпевают... Выписывается балетмейстер Мадонны и Майкла Джексона Винсент Патерсон, которому между делом предлагается роль основного предателя. С мюзиклом сосуществует мелодрама или же просто драма, по ходу дела приближающаяся к форме античной трагедии. Конфликт чувства и долга, последний побеждает ценой жизни главной героини. Третья жанровая составляющая - сказка, пресловутое "Золотое сердце". Впрочем, к вольной интерпретации сего сюжета Триером зритель после "Рассекая волны" и "Идиотов" привык. Чтобы все это собрать воедино, нужен соответствующий сюжет. Америка 50-х (отсюда - любовь к мюзиклам, старомодная эстетика), работающая на заводе и слепнущая от наследственной болезни эмигрантка из Чехии (мелодрама), собирающая деньги на операцию сыну, пока деньги не пропадают, а героиню нe обвиняют - ложно - в преступлении, за которое она понесет незаслуженное, но тяжкое наказание (трагедия). За этим всем - спасительные фантомы: когда Сельме становится совсем плохо, она моделирует вокруг себя воображаемый мир, в котором становится героиней мюзикла (сказка). В итоге спасительные фантомы, впрочем, никого спасти не могут.
6. Необходима музыка. Она настолько важна в жанрово-сюжетной структуре, что без нее никуда. Ход придуман очень простой: из бытового шума, будь то стук колес поезда по рельсам, треск пластинки, скрип пера по бумаге, рождается ритм, а из него - мелодия и песня. Очень кстати приходится Бьорк, которая в предпоследнем, вполне новаторском альбоме "Homogenic" как раз отказалось от всего, кроме масштабного оркестра, синтезированных ритмов и собственного голоса. То же самое ей предлагается проделать на звуковой дорожке к "Танцующей в темноте". Несмотря на раздражение и явственную неприязнь к фон Триеру, с задачей композитор Бьорк справляется отменно.
7. Необходим правильный угол зрения. Видение не менее важно, чем слух. Или более важно, поскольку песни занимают не более 30% фильма, а смотреть приходится все 100%. Ясна и прямая пропорциональная зависимость между теряющей зрение Сельмой и ростом чувствительности ее слуха. Фон Триер решает построить изобразительный ряд на контрасте. На видеокамеру сам режиссер снимает содержательную, или "документальную", часть фильма, вполне соответствующую манифесту "Догмы-95" . Поэтому в этой части все тяжело, некомфортно для зрителя: камера держит подолгу единственный расплывающийся кадр - например, искаженное мукой лицо героини... В "музыкальной" части все иначе. Танцевальные номера ставятся в пространстве, в котором спрятаны сто камер, запись на них происходит одновременно, а потом сам фон Триер берется за монтаж. Меняется и цвет, превращаясь из блекло-натурального в "подкрашенный", напоминающий об "Унесенных ветром" и первых цветных фильмах. Эффект удивительный. Фон Триеру "помогает" director of fotografy Робби Мюллер, снимавший и "Рассекая волны", и "Мертвеца", и "Небо над Берлином".
8. Необходим экран. Площадка для премьеры. Зал Люмьеров Каннского фестиваля'2000 подходит по всем параметрам. Только сюда, презрев фобию к путешествиям, фон Триер раз в несколько лет выбирается для презентации новых картин, здесь он заслужил две награды Высшей технической комиссии - спецприз и гран-при. Настало время получить "Золотую пальму". Для этого можно даже напялить фрак, а также фирменную красную бабочку.
9. Необходима пресса. Достаточно помучать ее бесстрастными официальными сообщениями, не давать интервью, решительно запретить журналистам в рецензиях на фильм рассказывать его концовку, а также грубо прерывать на пресс-конференции исландского обозревателя, который попытался задать вопрос национальной звезде Бьорк. Первые страницы всех газет и журналов после этого обеспечены.
10. Необходим зритель. Его надо раздражить, сделав фильм неудобным для просмотра. Перед началом первых кадров заставить смотреть на абсолютно пустой экран и слушать увертюру. Затем показать табличку с названием фильма так, чтобы она дрожала в кадре. Дезориентировать, меняя, как перчатки, приемы съемки и монтажа. Наконец, выбить почву из-под ног ударом под дых - последней сценой. Сначала все рыдают, затем некоторые свистят, остальные - аплодируют.
P.S. Достаточно знать и неукоснительно соблюдать все упомянутые условия, и можно не быть Ларсом фон Триером. Проблема в том, что эти условия известны только Ларсу фон Триеру...