Евгений Коган. Товарищ Квентин

В ести с 57-го Каннского кинофестиваля напоминали сводки с фронтов. На западном фронте без перемен: все ожидали описаний схваток и кровопролитных баталий во время самого фестиваля, но ничего особенного не происходило. Скандал разразился в финале, когда жюри огласило свой окончательный и бесповоротный вердикт. Вот тут-то всем пришлось понервничать и поразмыслить о том, куда катится современный кинематограф. Но - обо всем по порядку.

Об ожидаемых скандалах в будущем времени заговорили еще задолго до начала фестиваля. Потому что актеры-почасовики (они выступают за почасовую оплату и еще какие-то льготы, которых их лишили), объединившись с профсоюзными деятелями и антиглобалистами, пообещали сорвать один из главных киносмотров планеты. Впрочем, кроме громких речей, размахивания флагами и почти бескровного захвата одного кинотеатра, никаких особых боевых действий не наблюдалось .

Скандалов подсознательно (и оправданно) ждали и от Квентина Тарантино, который в этом году возглавил жюри Каннского фестиваля. И хотя сам режиссер на установочной пресс-конференции признался , что приехал в Канны просто смотреть кино, без мини-скандала не обошлось. В первый же день фестиваля он что-то не поделил с одним из охранников. Результат: царь и бог фестиваля (именно так его называет Би-Би-Си) набил морду охраннику за несколько часов до начала церемонии открытия. И сам же, на созванной пресс-конференции, объяснил что не привык к тому, чтобы его шмонали.

Разумеется, все с интересом ожидали его финального вердикта. Тарантино отлично разбирается в современном кино, так что его решение вполне могло оказаться здравым. Казалось к тому же, что вряд ли каким-нибудь "политическим" силами удастся повлиять на автора "Бешеных псов" и "Криминального чтива". Ведь Каннский фестиваль давно считается крайне политизированным мероприятием с нескрываемым "левым" оттенком. В последнее время политические баталии обострились в связи с ухудшением международной обстановки: Франция выступает одним из немногих европейских оппозиционеров относительно США и их внешней политики. Да и антиамериканские настроения левых французских интеллектуалов, как всегда, очевидны.

И в этот раз надежды на то, что политика останется за кулисами, не сбылись. Главным героем фестиваля стал отнюдь не Квентин Тарантино. И даже не Педро Альмодовар, чей почти автобиографический фильм "Дурное воспитание", показанный вне конкурса, но зато на открытии, жестко критикует католическую церковь . А стал этим героем Майкл Мур - толстый небритый парень в бейсболке, от которого нельзя ожидать ничего хорошего, кроме плохого.

Очередная неигровая провокация Мура (" Боулинг для Колумбины "), фильм "Фаренгейт 9.11", посвященный, как следует из названия, трагическим событиям 11 сентября, а также связям семейства Джорджа Буша (которого Мур ненавидит очень сильно) с семейством Бен Ладена (которого Мур ненавидит, кажется, чуть меньше). Мур сделал себе отличный пиар (несмотря даже на прохладный тон прессы, которая замечала политическую, но отнюдь не художественную составляющую картины американского документалиста): он собирал пресс-конференции, раздавал интервью и ежеминутно обвинял политику США, а также и лично Джорджа Буша-младшего, во всех смертных грехах. При этом себя называл "главным американским патриотом", а свою основную задачу озвучивал так: "Джордж Буш-младший должен быть удален из Белого дома. Все, что я могу сделать для этого, - снимать фильмы..."

Парадокс в том, что программа нынешнего Каннского фестиваля оказалось значительно сильнее предыдущих. Надо заметить, что в Каннах всегда, из года в год, собирались лучшие картины мастеров, но такого обилия звезд не было давно. В этом году каннские отборщики поработали на славу, предоставив публике пищу для ума, причем - пищу на любой вкус. И при этом жюри обнесло призами практически всех маститых участников конкурса. Конечно, сложно выделить какой-то один цветок на клумбе, если он, этот цветок, окружен безумным количеством других цветков, не слабее благоухающих. Уж лучше не награждать никого из них. Но все равно решение товарища Тарантино вызвало шок. Потому что левизна - левизной, благодарность за приглашение - благодарностью, привязанность к другу, соратнику и продюсеру Харви Вайнштейну из Miramax - привязанностью, но ведь надо и честь знать.

Правда, ругать Тарантино бессмысленно. Он лишь выдержал "генеральную линию партии", что видно хотя бы по тому, как распределились призы в других конкурсах нынешнего киносмотра. Там тоже все не просто.

Неожиданно другое. Наградив один "левый" фильм главного конкурса, жюри, например, обошло вниманием другой, а именно - картину Вальтера Саллеса, известного по "Центральному вокзалу", а в Каннах представлявшему фильм "Дневник мотоциклиста", основанный на воспоминаниях Эрнесто Че Гевары. Хотя у этого фильма было сразу несколько поводов рассчитывать на благосклонность как жюри, так и фестивальной публики.

Что же касается азиатского кино, то здесь, похоже, Тарантино был вынужден пожертвовать эстетическим чувством во имя политического долга. "Старый мальчик" Пак Чен Вука и "2046" Вонга Кар-Вая в равной степени могли рассчитывать на Пальмовую ветвь, но дело ограничилось гран-при корейцу. И это - невзирая на всем известную любовь председателя жюри к азиатскому кинематографу.

Выводы из прошедшего фестиваля, кажется, делать еще рано. Потому что неожиданный, сбивающий с ног вердикт жюри можно прочесть как окончательное "полевение" одного из главных киносмотров мира (что выглядит логично вкупе с победами левых во многих странах Европы), так и - что сомнительнее - простое хулиганство, виртуозно провернутое Квентином Тарантино. О том, куда же движется Каннский фестиваль, мы будем разговаривать через год - во-первых, Майкл Мур вряд ли успеет снять что-то еще, а во-вторых, Тарантино в жюри не будет. Надеюсь.

Нельзя, наверное, сказать, что людям искусства вообще негоже совать свой нос в политику . Люди искусства - по определению более экспрессивные и, наверное, эгоцентричные, чем простые смертные, - часто думают, что знают больше, чем все остальные. И, естественно, как только у них появляется повод донести свое мнение по тому или иному вопросу до широких народных масс, творцы делают все возможное, чтобы их мысли были озвучены. И ничего плохого в этом нет, ибо любой голос должен быть услышан. Ну - почти любой. Беда в том, что политический интерес и политическая актуальность заслоняют собой интерес чисто искусствоведческий.

Вот новый фильм югославского гения Эмира Кустурицы призов не получил. В картине "Чудесная жизнь" речь, как обычно , идет о войне на Балканах, о межнациональной любви, вечно веселой, но с ощущением неотвратимой трагедии, об анархии на территории бывшей Югославии. И естественно, о животных, которые вместе с людьми проживают на территории бывшей Югославии. Иногда кажется, что Кустурица снимает один и то же фильм. Впрочем, сам режиссер говорит : "А что, разве тема любви, семьи, страданий отыграна, закрыта? Не ищите в этом фильме политику, не надо смотреть этот фильм как антивоенный манифест. Этот фильм - моя эмоциональная реакция на любовь, на семью, а война - не более чем фон, на котором еще лучше видно, что жизнь - это чудо. Совершенно неважно, где происходит дело, реальные события этой истории несут в себе приметы всех подобных войн - хоть в Руанде, хоть в Корее..." Картину эту, к слову, называли фаворитом конкурсной программы, и на ней, говорят, плакали даже кинокритики. Кинокритики, которые утверждают, что именно он, югославский гений, сказал главные слова и о войне, и о несправедливости, и о человеческом горе. Сказал без пафоса, размахивания красными (или каким другими) флагами, без истерик и самопиара. И остался хоть и без призов, но зато с незапятнанной репутацией.