В ожидании Путина, или ровно ничего нет

Ничего не происходит,

никто не приходит,
никто не уходит – ужасно.

Сэмюэл Беккет,

«В ожидании Годо»

Ни хуя – ничего, ровно ничего нет.

Толковый словарь Живого великорусского языка

Владимира Даля

Так называемые выборы в так называемую Государственную думу – прошли. Что изменилось? Ничего, ровно ничего.

Коммерческий союз бизнесменов и бюрократов под временным именем «Единая Россия» сохранил свое двухтретейное большинство, которое у него и было. Остальные игроки тоже остались прежними, место «Родины» заняла ее официальная правопреемница – «Справедливая Россия».

Дикие возгласы, вопли, мольбы, ужимки, прыжки, крики «Банду под суд!», «Кругом враги!» и «Я разорен!» — и ничего. Тишина неизменности. Законоутвердительный отдел администрации президента сформирован в полном соответствии с заранее утвержденным регулярным прогнозом.

Могло ли быть существенно иначе? Нет. Мы давно знаем, что результат выборов в России не зависит от волеизъявления избирателей. И виноват в этом не лично Путин с его северо-западными чекистами. Так решила российская элита еще в 1996 году. Когда поняла вдруг, что в условиях прозрачной, как майское небо, демократии сохранить гигантскую приватизированную собственность и прилагающиеся к ней гламурные прибабахи – невозможно. Нужен мягкий авторитаризм. И он наступил. Причем ельцино-путинский авторитаризм не стал за эти годы сильнее. Он просто состарился и потому очерствело засох. И там, где раньше зеленела ветка и летела с весною ласточка, теперь торчит черный обрубок и чирикает полуспившийся ворон. Невермор, уважаемые граждане России, дорогие друзья.

Что будет теперь? А ничего. Путин уйдет от власти точно в назначенный час. Вероятно, он займет какой-то церемониальный пост, который не даст ему власти, но гарантирует внутренний комфорт и короткую, как память народа, внешнюю безопасность. Придет путинский преемник, сядет на трон и примется делать вид, что правит страной. В меру слабого понимания и скромных закатных сил. Потом – под тяжестью объективно растущих из времени огромных бед – режим развалится. Самые умные деятели этого режима уйдут первыми. И уже отчаливают, как Абрамович или там Фридман. Самые глупые – останутся, чтобы посмотреть, какой же он на самом деле, конец света в одной отдельно взятой стране. Путина конечно же разоблачат как последнюю суку и обвинят во многих смертных грехах, но не сразу, а где-нибудь через годик. Хотя поругивать начнут – уже весной. Когда его прямая спина в легком грустном плаще скроется за первым же кремлевским поворотом. Мы скоро услышим – причем по самому главному кремлевизору — и про «эпоху упущенных возможностей», и как он оказался «объектом, а не субъектом путинского большинства», и много еще чего.

Те, кто ждет от Путина каких-то радикальных ходов и подозревает в наличии тайного хитроумного плана, способного потрясти мир, кроваво заблуждаются.

Никакого плана нет. Путин вообще не умеет мыслить стратегически. Он живет и действует короткими перебежками, «пугливыми шагами». Вот пережили т. н. думские выборы — и слава Богу! День простояли, ночь продержались и теперь, как полубоги, засыпаем на пороге новой жизни молодой. А завтра будем двигаться, гонимые ветром обстоятельств, и делать только то, чего не делать уже просто нельзя.

Накануне «выборов» кремлевские инсайдеры с плохо таимой гордостью предвещали многое. И досрочную отставку Путина с его третьим бессрочным сроком, и объявление о преемнике, и большие сенсации в роковом телеобращении к народу. Раз-два-три — ничего не произошло. Почему? Всё это тайно-сенсационное было бы слишком сложным для Путина. Нынешний президент вообще не умеет принимать сложные решения. И часто впадает в ступор, когда ему надо выбрать одно из двух, тем паче – из многих. Мы уж не говорим о «Курске», «Норд-Осте» и Беслане, когда Путин обыкновенно исчезал. Но даже уволить какого-нибудь захудалого замминистра у него получалось с огромным трудом и мегаваттами нервозатрат. Большую часть трудных вопросов он всегда откладывал на потом. Вот потому и тянет с последним решением, которое он все же примет, потому что иначе нельзя.

До 18 декабря мы узнаем имя преемника, потому что так требует закон. Только не надо хвататься за сердце и глубоковажно морщить огромный лоб. Никакой особой разницы между потенциальными кандидатами – нет. Станет ли преемником советский дедушка Зубков с заочно прилагаемым фельдмаршалом Сердюковым, или же бессмысленно улыбчивый фанфарон Иванов (он недавно опять восстал из информационного гроба и начал зачем-то рассуждать о судьбах великой Родины), или еще какой-нибудь путинский однокашник вроде главы следственного комитета Александра Бастрыкина – все едино. Следующий президент, как бы его ни звали по паспорту, будет еще слабее и тусклее Путина. Управляться с серьезными разрушительными проблемами – от роста продовольственных цен до техногенных катастроф, от Северного Кавказа до Дальнего Востока – он не сможет. А зло будет срывать на сюжетах помельче. Например, окончательно добьет недобитую оппозицию и прикроет предпоследние островки свободы в интернете. (Не надо рассчитывать на послепутинские оттепели и послабления, их не будет.) Тем временем последние представители «правящей элиты», кто вовремя не смылся, продолжат отчетливо и правоохранительно мочить друг друга в разнообразных сортирах. Пока им окончательно не отключат воду и не вырубится над их головами рукотворный электрический свет.

Вы думаете, Путин уже знает, что с ним будет после президентства? Нет, еще не знает. Он опять тянет время, пока можно тянуть и уклоняться от принятия последнего решения. В принципе, и здесь разницы нет никакой. Власть он совершенно точно теряет, а краткосрочную безопасность можно обеспечить на десятках позиций. Да, на должности главы Высшего совета «Единой России» — тоже. Но мы, движимые чувством сострадания к этому человеку, из последних сил влачащему невыносимое бремя власти, хотим предложить ему два наиболее правильных, как нам представляется, варианта.

Но сначала — сформулируем требования к этому мягкому месту. Первое: пенсионная должность не должна требовать от Путина много грубой работы. Ибо Путин – сибарит и гедонист, он хочет спать до одиннадцати и легко располагать своим временем. Второе. Должность должна сопровождаться формальной неприкосновенностью. Третье. Надо в полной мере востребовать протокольно-представительские способности В. В. Четвертое. Пост должен быть таким, чтоб с него нельзя было этого самого Путина легко и просто уволить. А только через хитрую процедуру, задевающую многих и многих.

Наилучших вариантов тут два.

а) председатель Высшего совета национального единства – органа, который станет следить за морально-правовым порядком в стране; в этот совет могут входить главы основных религиозных конфессий, маршалы, академики и герои, а сверх того – бывшие президенты страны в количестве 1 чел.;

б) верховный комиссар РФ по международным вопросам и безопасности – такой себе русский Хавьер Солана, главный представитель России во всех приличных иностранных тусовках; назначаемый, разумеется, Государственной думой по представлению президента или наоборот.

В общем, гадать нечего и не стоит, потому что Путин созреет не раньше и не позже самого последнего момента. А момент этот близок. И решение остаться для нашего маленького Гамлета, который нежданно дорос до кукольного короля Лира, – слишком большое и страшное, чтобы он мог когда-то его взять да и принять.

Сейчас мы можем уже точно сказать: не надо ждать от Путина ничего такого. А то ведь ждали уже восемь лет. Каждый, впрочем, ждал своего. Кто-то — возрождения державной славы, кто-то – антиолигархической операции и учреждения справедливости, а кто-то — и полной либерализации всего. И 8 лет многим казалось, что вот-вот решение будет, что счастье по-путински подойдет через день-другой. И что, дождались? То-то же. Он не желал ни больших свершений, ни необратимых решений. Но он оказался, черт побери, неплохим актером. И не только умел правильно читать драматические тексты, положенные на некраснеющую бумагу, но и удачно выдерживал паузы. Сейчас держит еще одну – теперь уже точно последнюю.

Оставьте. Ничего не случится. Он просто исчезнет. А они – еще немного поиграются в Россию, после чего участковая мать история заберет их. На выход. С вещами или без – кому как повезет. Вот тогда нам и станет действительно страшно. Потому что придется уже – решать.