Владимир Пастухов: Перестройка отменяется

Владимир Пастухов

«Страницы прошлого читая,
Их по порядку разбирая
Теперь остынувшим умом,
Разуверяюсь я во всем»
Михаил Лермонтов. «Валерик»

Возвращение Владимира Путина свидетельствует не столько о силе, сколько о слабости русской власти.

Безусловно, решение Путина вернуться в Кремль, кроме долгосрочных и метафизических последствий, рассуждения о которых по необходимости носят несколько отвлеченный и спекулятивный характер, приведет к определенным изменениям в российской внутренней и внешней политике в краткосрочной и среднесрочной перспективе.

Однако, как мне кажется, радикальное значение будут иметь именно отдаленные последствия. Что же касается ближайшего будущего, то тех крутых перемен (в любую сторону), на которые все рассчитывают, и которых одни вожделеют, а другие опасаются, скорее всего, не произойдет.

В чем-то политическая борьба станет более жесткой и бескомпромиссной. У кого-то появится эйфория, и он будет еще больше пользоваться предоставленной ему безнаказанностью. Кто-то, наоборот, впадет в депрессию, и еще несколько сот тысяч человек уедут в эмиграцию. Но в целом, все останется в пределах уже установившегося тренда.

Возможные потери от возвращения Путина больше похожи на упущенную выгоду, когда сожалеют не столько о том, что было, сколько о том, что могло бы быть.

Сорвалось несколько фьючерсных сделок. У России были определенные возможности, связанные с плавным, эволюционным переходом к другой модели экономического и политического устройства, но она ожидаемо не смогла ими воспользоваться, на полном ходу миновав очередную историческую развилку. Теперь эти возможности – достояние истории.

24 сентября 2011 года Россия отказалась от второго издания Перестройки, решив идти вперед по исторической целине. Двадцать лет назад мы были свидетелями того, как империя рушится в мягком варианте. Теперь нам может представиться шанс понаблюдать, как рушится страна в варианте жестком.

Впрочем, пока еще ничего не ясно, и даже ближайшие перспективы власти выглядят весьма туманно. В связи с этим, вызывает сомнения обдуманность и взвешенность принятого Владимиром Путиным решения. Все ли последствия учитывались? Его мотивы неочевидны, о чем пишут многие наблюдатели.

С моей точки зрения, в этом жесте вообще не было бы необходимости, если бы дела у власти шли по-настоящему хорошо.

Для реального политика важны не внешние атрибуты власти, а возможность ею полноценно пользоваться. Эта возможность была у Путина на протяжении последних одиннадцати лет непрерывно, вне зависимости от того, как называлась его должность. И уж никто не сомневается в том, что Путин - политик реальный и чисто конкретный…

В его положении в последние четыре года, когда он правил «из-за угла», были даже свои преимущества. В любом случае, это положение было для него до поры до времени необременительным. Поэтому вполне можно было дать Медведеву возможность исполнять обязанности президента еще один срок, и лишь потом «осчастливить» всех своим возращением.

По крайней мере, чисто теоретически препятствий для этого не было. Путин мог даже выиграть лишние шесть лет, и, закрепив за собой президентское кресло до юбилейного 2030 года, в весьма почтенном возрасте, ничего уже не теряя, передать бразды правления окончательному преемнику.

Не случилось.

Два фактора, с моей точки зрения, могли повлиять на решение Путина не оставлять Медведева в Кремле еще на один срок.

Во-первых, это опасение, что страна сваливается в турбулентность, когда общая расслабленность, к которой неизбежно приводит пусть даже сугубо формальное «двоевластие», более совершенно нетерпима.

Во-вторых, это растущее недоверие к «исполняющему обязанности президента», которого стало просто опасно оставлять еще на шесть лет один на один со своими амбициями.

Оба эти обстоятельства могли иметь далеко идущие и неприятные последствия для Владимира Путина, и через несколько лет обратное «вхождение» во власть могло пройти уже не так триумфально. Поэтому пришлось приземлить тандем на промежуточном аэродроме.

В связи с этим лично мне синхронные заявления Путина и Медведева о том, что все именно так и было задумано с самого начала, кажутся несколько натянутыми.

Я вполне допускаю, что разговор на эту тему был. Я даже могу предположить, что инициатива исходила не от Путина, а от Медведева (что отчасти проясняет причины его успеха в президентском кастинге). А вот в то, что дальше все шло строго по плану, я не верю.

Для человека, который знает, что через четыре года ему нужно молча уступить место Путину, Медведев вел себя неадекватно. Его амбиции, его намеки на «темные силы», мешающие «модернизации», его заигрывание с оппозицией - все это в новом свете кажется неуместным. Как себя нужно вести в подобных обстоятельствах, ранее продемонстрировал Зубков – никаких амбиций, никаких намеков, и все у него сложилось хорошо.

Похоже, что это не было игрой. Для того, чтобы так сыграть, надо быть незаурядной личностью. Если бы Медведев был способен на игру с Путиным, он был бы способен и на все остальное. Из лицедеев выходят самые лучшие заговорщики.

Но он не играл, он так себя на самом деле ощущал. Он с определенного момента стал забывать, что он местоблюститель. Медведев на многое смотрел по-другому, чем Путин. Его городской, интеллигентской натуре зачастую претило то, что было нормально для большинства людей из окружения предшественника. Он видел себя другим.

Будем справедливы - многое из того, что делал Медведев, Путин бы не сделал никогда. Вряд ли Путин затеял бы хоровод с милицейской реформой. В лучшем случае, кого-нибудь тихо бы снял. Вряд ли Путин стал бы поручать непонятному общественному «совету» проводить экспертизы по делам Магнитского и Ходорковского. В крайнем случае, он так перетасовал бы состав этого «совета» перед встречей, что его вообще стало бы невозможно отличить от общественного совета при ФСБ или МВД. Но все, что было Медведевым сделано, было сделано как-то особенно бестолково и бесполезно, и ровным счетом ни к чему не привело.

Может быть, самого Путина такая инициативность ставленника и не пугала. Но рядом с Путиным были старые друзья, которые очень по этому поводу нервничали. В конце концов, они, видимо, убедили Путина в том, что с таким преемником в разведку не пойдешь…

Противопоставить им Медведев не мог ничего. Свое окно возможностей, если оно у него и было, он пропустил где-то осенью прошлого года. Тогда надо было «восставать»: массово сажать коррупционеров, зарабатывая любовь народа, даровать свободы, холить и лелеять прессу; то есть становиться вторым Горбачевым. А потом уже было поздно. У него просто не хватало подлетного времени.

После этого Медведев мог получить следующий срок только тем же путем, каким получали московские князья ярлык на великое княжение из рук монгольского хана. Тут уж не до восстаний - на колени и ползком в Сарай. Но это тоже не очень получалось. Гордыня ли мешала, интеллигентская ли брезгливость, но не вышло из Медведева ни Андропова с Горбачевым, ни Фрадкова с Зубковым.

Инстинкт подсказывает мне, что этим летом или даже уже осенью Медведеву было сделано предложение, от которого нельзя отказаться. Может быть, оно было сделано во время интимной прогулки по неизвестно где расположенному парку, о которой мельком поведало телевидение, может быть, чуть раньше или чуть позже. Сейчас это уже не имеет никакого значения. Но по осени Медведев как-то видимо «сдулся» и потерял драйв. Мне кажется, что, выступая на Ярославском форуме, он уже все про себя знал.

Надо отдать должное Путину. Все было обставлено очень солидно. Транзитному президенту дали возможность сохранить лицо. Были предложены и пост лидера партийного списка, и будущее премьерство. Путин даже Кудриным, которому многим лично обязан, пожертвовал, чтобы соблюсти приличия и не «уронить» Медведева раньше времени.

Я не помню, когда последний раз Путин так тщательно подбирал слова, как он это делал, выступая на Правительстве в связи с назначением и.о. министра финансов. Он забыл о слове - «я», звучало только - «мы». Чего, однако, не скажешь о Медведеве, - он, напротив, кажется, забыл о существовании Путина. Когда я слушал его выступление перед военными на Урале, у меня сложилось впечатление, что это он, а не Путин, собрался в Президенты. Хотелось ущипнуть себя прямо у экрана телевизора, чтобы избавиться от наваждения.

Судьба Медведева, тем не менее, будет оставаться неопределенной до самого последнего момента. Даже, если Путин выполнит свое обещание и сделает его премьер-министром, то долго на этом месте удержаться будет трудно.

Собрать второй раз легковерных интеллигентов под свои знамена Медведеву вряд ли удастся. Получив жесткий урок, они теперь будут искать новых кумиров. Защищать Медведева окажется особенно некому. Он теперь навсегда в руках одного только Путина. Поэтому и не возникнет никаких препятствий для отставки Медведева, если и когда придет его час.

О какой-то его автономии по отношению к Путину говорить теперь всерьез нельзя. Заявления Сергея Нарышкина на эту тему – яркий пример того, как желаемое принимается за действительное. Тот, кто не смог стать независимым, будучи президентом, не может быть независимым по определению.

Для самого же Путина в новой диспозиции есть свои минусы и свои плюсы. К очевидным минусам относится необходимость брать на себя ответственность за неизбежные в преддверии кризиса непопулярные реформы. К очевидным плюсам относится возможность бесконечно перекладывать ответственность за последствия этих реформ на сменяющих друг друга премьер-министров. В этом и будет состоять диалектика путинского правления в ближайшие годы.

Вообще пост президента как нельзя лучше подходит современному Путину, который устал от рутины и предпочитает заниматься «точечной застройкой» в политике. В связи с этим, предположение Леонида Радзиховского о том, что возвращение Путина состоялось, потому что ему не на кого кроме себя самого возложить тяжкое бремя высшей власти, показалась мне несколько пафосным.

Новое положение дает Путину еще больше возможностей сосредоточиться на внешней, «медийной» стороне властвования. А между протокольными съемками он будет интриговать, тасовать кадровую колоду и распределять деньги. То есть делать все то, что так любил делать поздний Ельцин.

Третий срок Путина вообще может сильно напоминать второй срок Ельцина и по стилю, и по смыслу. Все дальше отрывающаяся от реалий власть; уставший, разуверившийся во всех президент; бесконечные «рокировочки» в правительстве; засилье новых и старых олигархов; стремительное нарастание энтропии во всех звеньях государственного управления и глухая фронда со всех сторон.

Все ждут ужасного конца, а будет обычный ужас без конца. Не возникнет ничего принципиально нового, но все существующие болезни будут усугубляться. Периодически будут происходить конфликты, вроде отставки Алексея Кудрина. Но система будет их преодолевать, а на место ярко окрашенных «кудриных» будут приходить безликие и серые исполнители.

Система отстроит себя таким образом, что будет практически неуязвима для каких-либо внутренних вызовов. Но останутся вызовы внешние, связанные с мировым кризисом, рецессией и другими малопонятными и малоприятными вещами.

В первом десятилетии ХХI века в России исчезло право. Второе десятилетие пройдет под знаком исчезновения политики. Политика как таковая в России скоро полностью растворится в экономике. Она станет функцией цены на энергоносители на внешних рынках. Цены вверх – есть Россия, цены вниз – нет России. Вот и вся политика.

Будет скучно и тоскливо. Пойду переквалифицироваться в финансовые аналитики. Надо следить за котировками…

Смотрите также: Лев Усыскин Жизнь после перемен Андрей Левкин Не настоящий сварщик Владимир Пастухов Упрощение политики