Воздух в колесе автомобиля

“Киношкола им. МакГаффина” начинает набор студентов на Курс продвинутого кинозрителя. Это двухмесячная система динамических мастер-классов по всем творческим кинопрофессиям. Он рассчитан на тех, кто интересуется кино, хочет овладеть секретами кинопроизводства, хочет знать и понимать все аспекты создания кино - от написания сценария до покупки билетов в кассе кинотеатра, для тех, кто хочет работать в киноиндустрии. Педагоги “Киношколы им. МакГаффина” и Курса продвинутого кинозрителя - лучшее, что есть в отечественном кинематографе на сегодняшний день, в том числе это Александр Адабашьян, Владимир Хотиненко, Алексей Попогребский, Александр Гордон, Евгений Марголит, Михаил Алдашин, Николай Хомерики, Клим Шипенко, Федор Лясс, Игорь Гринякин, Елена Яцура и многие другие. Не только образование, но и главные кинособытия, собственные показы, интересные люди, дискуссии и многое другое ”Киношкола им. МакГаффина” предлагает своим студентам. При поддержке “Кино без границ” с ноября работает ”КиноКампус им. МакГаффина”, где показывается и обсуждается интересное кино.

На вопросы о кино и кинообразовании «Полит.ру» отвечает педагог «Киношколы им. МакГаффина» и Курса продвинутого кинозрителя звукорежиссер Борис Войт.

Борис Войт родился в 1973 г. Окончил Московский киновидеоинститут (филиал СПбГУКиТ), факультет аудио-визуальной техники. Звукорежиссер фильмов “Сердца Бумеранг”, “Огни Притона”, “Sunset\Sunrise (эксперимент 5ive)”, “Братия”, “Каденции”, “Кто я?”, “Под Фонарями”, “Срочный Ремонт” (Киноальманах “Короткое Замыкание”), “Непрощенные”. Сейчас работает на картине “Измена” (режиссер Кирилл Серебренников).

«Полит.ру»: Как бы вы обозначили свое понимание термина “МакГаффин”?

Борис Войт: В моей версии это воздух в колесе автомобиля. Коротко и ясно.

«Полит.ру»: Как вы считаете, достаточно ли в Москве адекватных площадок для дискуссий о кино? Нужна ли еще одна площадка или их достаточно?

Б.В.: Безусловно, нужна. Я думаю, что

они существуют, мы все их знаем - это фестивальные площадки. Но то, что их очень мало и что они предвзятые - факт. А таких, какой будет КиноКампус [“КиноКампус им. МакГаффина и “Киношкола им. МакГаффина”], таких надо больше, еще и еще.

Надо, потому что их не было до сего момента, действительно не было, мы обсуждали кино на кухне, где ограниченное пространство для ограниченного количества людей…

«Полит.ру»: Что для вас кино?

Б.В.: Моя жизнь. Да все, собственно говоря: это образ жизни, источник всего, в данном случае абсолютно не важно чего. Жизнь, больше не скажешь.

«Полит.ру»: Как вы пришли в кино? Как это случилось?

Б.В.: Случайным образом. Когда-то я был музыкантом, потом стал музыкальным звукорежиссером. В определенный момент меня пригласили сделать аудиовизуальное произведение, и здесь я “подсел”. Просто “подсел”, нет другого слова.

«Полит.ру»: Как долго длится ваш “роман с кино”?

Б.В.: Уже лет 10, наверное.

«Полит.ру»: Как вы можете охарактеризовать сегодняшнее состояние кино в нашей стране? Как вы оцениваете его с позиции звукорежиссера - есть ли какой-то дефицит или наоборот профицит (кадров, техники, знаний)?

Б.В.: Да-да, мы только что обсуждали этот нюанс. Дефицита в технике нет,

дефицит, безусловно, в людях. Дело не в том, что их нет - они есть, но их крайне мало. Профессионалы в любой области кино наперечет.

Мне кажется, что проблема кроется в ограниченности взглядов на кино, на то, как оно делается и для чего.

Ограниченность взглядов возникает потому, что у нас очень мало тех, кто может реально преподавать. Мало людей и всего два института, которые обучают кинопроизводству и кинотворчеству - Ленинградский и Московский. И больше нет.

«Полит.ру»: Нужно чтобы было больше?

Б.В.: Должно быть на порядки больше, безусловно. Вы представляете: в каждом ВУЗе есть набор преподавателей, каждый со своими взглядами. Фактически что мы получаем? - Оператор видит три варианта развития кино, потому что есть всего три преподавателя. То же самое мы получаем с актерами, но здесь в меньшей степени, потому что самих актеров больше. Со звукорежиссерами это происходит чаще, потому что меньше преподающих.

«Полит.ру»: Вы сами преподаете?

Б.В.: Нет, не преподаю. Я общаюсь с теми людьми, кто преподает. Это старшие мои коллеги и товарищи - Владимир Прямов, Владимир Литровник, действующие звукорежиссеры - преподаватели ВГИКа. Они действующие, потому что помимо преподавания они еще и профессионально занимаются кино, практикуют. Насколько я знаю, в Санкт-Петербургском университете таких тоже только два - понимаете, в чем проблема? Есть замечательный звукорежиссер, зовут его Кирилл Василенко - вот если он будет преподавать, будет прекрасно. Есть масса замечательных практикующих звукорежиссеров, которые если будут преподавать, у нас все будет отлично со звуком в кино. Но ведь это же очень сложно: когда человек практикует, он не может преподавать, просто из-за нехватки времени.

«Полит.ру»: А если преподавание будет в форме мастер-классов?

Б.В.: Да, конечно, тогда я с удовольствием прочитаю лекции.

«Полит.ру»: Работа Курса продвинутого кинозрителя будет ориентирована на кинообразование зрителя. В этой связи вопрос: когда вы работаете, вы думаете о зрителе?

Б.В.: Да, конечно, безусловно. Первый человек, о котором я думаю, когда делаю свою работу, безусловно, зритель. Правда, я думаю о зрителе через режиссера, это свойство профессии, такова специфика. Но в любом случае, конечно, а как же?

«Полит.ру»: Должно ли быть специальное обучение для зрителя, ведь есть уроки литературы в школе, может, нужны и уроки кино? Как вы считаете, нужно ли массовое кинообразование или оно бесполезно?

Б.В.: Мне кажется, в любом случае это не помешало бы, вы же сами сказали о преподавании литературы. Чем кино отличается от литературы? - формой высказывания, не более того. Если мы впитываем литературу, почему бы нам не учиться и не впитывать кино? Собственно, все, по крайней мере, кто занимается кино, это делают, и все, кто любят кино - на самообразовательном уровне.

Тот же Клим Шипенко - у него потрясающая фильмотека, он все их смотрит и учится. Все это делают, я тоже - в меньшей степени, но делаю, как любой, кто любит кино и хочет кино.

Прекрасно было бы получать хорошее кино не методом проб и ошибок, не “методом граблей”, а селекцией

- селекция в этом смысле хорошее слово.

«Полит.ру»: Расскажите подробнее о специфике вашей профессии. Может, какие-то случаи с площадки или какие-то типовые проблемы…

Б.В.: Да, типовые проблемы! Типовые проблемы - это моя тема. Я думаю, что ничего выдающегося не скажу, потому что главная типовая проблема - это отсутствие дисциплины во всем, везде. Проблема одна-единственная, помимо того, что реально не хватает профессионалов, специалистов во всех отраслях производства кино. Но самое главное, чего не хватает - это дисциплины. Ее нет вообще. Вот такая одна большая типовая проблема.

«Полит.ру»: Учились ли вы где-то за границей, слушали какие-то курсы?

Б.В.: К сожалению, не было такой возможности, самообучением занимаюсь.

«Полит.ру»:Одна моя знакомая закончила факультет звукорежиссуры ВГИК и после защиты поехала во Францию для участия в кинокабаре. Она хочет запустить в России подобный проект - чтобы собирались люди из разных стран, за несколько дней снимали короткометражки, которые потом показали бы на большом фестивале…

Б.В.: Вот умница, просто молодец! У нас есть, кстати, подобный кинофестиваль, называется “Один день из жизни” - очень хорошая история. Я даже видел там пару интересных работ из двадцати, условно говоря, сделанных за один-два дня.

«Полит.ру»: Какой фильм был первым, оказавшим на вас сильное эмоциональное влияние?

Б.В.: Сильно повлиявшим, возможно, прозвучит это банально, был “Сталкер”, просто гениальное кино. Можно сказать, что оно прямо повлияло на выбор профессии… Звукорежиссер Владимир Шарун зацепил очень своими решениями. Я тогда не понимал, это было на уровне эмоций. Мне вообще кажется, что самое главное, когда твои работы незаметно влияют на эмоциональное восприятие.

Для меня лично самое ужасное было бы, если бы кто-то сказал: “Какой прекрасный звук в картине!”. Самая лучшая оценка моей работы - если бы сказали: “Какое прекрасное кино!” и без отметок о звуке, не заметили бы его.

«Полит.ру»: Посещаете ли вы кинофестивали? Как бы вы их охарактеризовали?

Б.В.: Все время посещаю московские кинофестивали. Честно вам скажу, у меня от фестивалей ощущение не вполне... Я думаю, что их очень мало, любых фестивалей, неважно каких. Фестивалей определенной направленности должно быть 300 сразу, одновременно. Тут опять главная проблема - проблема выбора.

Как режиссерам не хватает артистов, артистам - режиссеров, режиссерам не хватает материалов, сценаристам - тоже режиссеров, как всем им не хватает продюсеров, так же не хватает фестивалей и площадок.

Ограниченность – самое главное.

«Полит.ру»: Какое, на ваш взгляд, у кино будущее?

Б.В.: Я считаю, великолепное будущее, самое потрясающее, потому что, несмотря на малое количество людей, те, кто занимается этим от чистого сердца, все равно эволюционируют.

«Полит.ру»: Как вы считаете, есть ли опасность появления некачественного кино с развитием технологий, ведь любой, у кого есть мобильный телефон с камерой, теперь может стать режиссером?

Б.В.: Так это же прекрасно! Слава Богу, что будет появляться этот некачественный контент... Безусловно, это очень хорошо. Это те самые грабли, на которые мы не наступим.

Мне кажется, что даже если такого кино будет много, “спасибо” я скажу всем, кто его будет делать - за то, что мне предоставили выбор, за то, что я смотрю не 10 картин в год, а 250, 500 или 10.000 - неважно. Или не смотрю, но хотя бы пытаюсь… И если мне что-то нравится, я посмотрю еще 10. “Огромное спасибо” я им все равно скажу. Прекрасно, когда технология позволяет высказываться любому, потому что сколько людей - столько идей. Спасибо за новые идеи, как говорится!

«Полит.ру»: Что может помочь понять и провести границу между произведениями искусства в кино и просто высказываниями? Или ее не нужно проводить?

Б.В.: Мне кажется, не нужно, ибо то, что сегодня - высказывания, завтра может стать искусством и наоборот - вовсе потерять актуальность. Сегодня я это посчитаю искусством для себя, но пройдет какое-то время, и вполне может быть, что это высказывание настолько потеряет для меня актуальность, что я даже высказыванием его не буду считать. Мне кажется, не нужно проводить никаких граней и черт.

«Полит.ру»: Хотели бы вы прочитать какой-нибудь мастер-класс студентам Курса продвинутого кинозрителя? Если да, то какой?

Б.В.: Как это ни странно, я бы почитал про звук в кино. Есть масса аспектов: возвращаясь к вопросу о наличии звука, о заметности звука - я бы прочитал про заметность звука, о том, почему он заметен, почему его не заметно, для чего он нужен в принципе. Ведь что говорить о зрителе, если многие продюсеры не очень понимают, для чего нужен звук, а наличие разборчивых реплик решает проблемы для многих из них.

«Полит.ру»: В кино, как везде, есть шаблоны, например, романтическая сцена: пара, падает снежок, звучит джаз 50-х… Как вы относитесь к применению таких шаблонов?

Б.В.: Это форма производства, и об этом можно поговорить. Естественно, любое высказывание можно сделать абсолютно разными словами, я имею в виду звуки “преподнести” разными способами. Вы знаете, как принято у композиторов на сегодняшний день? Извините, но принято друг друга “цитировать”, мягко выражаясь. А почему это делается? Очень просто: чем более узнаваемая фраза звучит в музыке, тем более хитовой становится музыка, технология банальна. А какие-то свежие решения, которые люди применяют в своей работе, шокируют или не находят понимания. Об этом имело бы смысл поговорить.