Депутаты снова заинтересовались НКО из США

Фото: Коллаж PublicPost

Поправки про усыновление детей оказались не единственными неожиданными мерами в проекте "закона Димы Яковлева" (ответ на "закон Магнитского" в США). "Эсер" Игорь Зотов, депутат ЛДПР Андрей Луговой и единороссы Дмитрий Вяткин и Михаил Старшинов предлагают приостанавливать деятельность НКО, финансируемых из США. Также могут быть ликвидированы американские организации, занимающиеся политической деятельностью или реализующие проекты, угрожающие интересам России. Кроме этого, депутаты предлагают приостанавливать деятельность НКО, если ее руководитель имеет двойное российско-американское гражданство.

"Ведомости" со ссылкой на "единоросса, близкого к администрации президента" отмечают, что поправки направлены против организаций, отказывающихся регистрироваться в Минюсте в качестве иностранных агентов — Московской Хельсинкской группы, "Мемориала" и движения "За права человека". В наличии двойного американо-российского гражданства пока призналась лишь Людмила Алексеева. В разговоре с PublicPost она заявила, что считает поправку написанной специально для нее и предложила депутатам назвать ее в свою честь.

Андрей Луговой, депутат Госдумы от ЛДПР

Суть поправок заключается в том, что мы предлагаем, если какая-то некоммерческая организация занимается политической деятельностью и финансируется организациями и гражданами США, то ее деятельность должна приостанавливаться вплоть до ареста счетов и недвижимости. Второй пункт: мы считаем, что рулить политическими процессами в стране, будучи гражданином США и России одновременно, и при этом возглавлять некоммерческую организацию — это неправильно.

— Поясните, что такое "угроза интересам России".

Речь идет о стабильности, о том, что они вмешиваются в наши внутренние дела и советуют по любому поводу, что и как нам делать. Я считаю, что это и есть угроза интересам и безопасности России.

— Людмила Алексеева считает, что поправка про двойное российско-американское гражданство писалась для нее.

Пусть считает как угодно, но если она гражданка США, то у нее есть выбор: либо она занимается политической деятельностью, либо отказывается от американского гражданства. А то очень умные у нас правозащитники! Сказал бы я пожестче, русской поговоркой, но на двух стульях, двух табуретках посидеть не удастся. До свидания всем.

— Но правозащитники еще в ходе обсуждения закона об иностранных агентах отрицали, что занимаются политикой. По-вашему, правозащита является политической деятельностью?

Я считаю, является.

Лилия Шибанова, исполнительный директор ассоциации "Голос"

Я думаю, что эти поправки, скорее всего, не пройдут. То, что мы видим уже сегодня в законе об НКО (закон об НКО — иностранных агентах — PublicPost), получило негативную оценку во всем мире, не говоря уже о Европе, потому что это полнейшая дискриминация работы некоммерческих организаций. На мой взгляд, дальнейший бред в этом отношении приниматься уже не будет. Думаю, что это просто личный пиар господ-депутатов, которым хочется увеличить свою популярность на этой волне.

— Есть мнение, что, поскольку запрет американцам усыновлять российских детей вызвал ожесточенную дискуссию, ответить на "закон Магнитского" могут принятыми под шумок поправками, усложняющими деятельность НКО.

Уже тишины по поводу НКО не будет, слишком много было шума. Первый раз им удалось закон протащить под шумок в надежде, что это никому не будет интересно. Но теперь это невозможно, так что вряд ли поправки получат поддержку.

Людмила Алексеева, глава "Московской Хельсинкской группы"

На самом деле, даже если поправка внесена, она еще не принята. Я надеюсь, что более грамотные юристы, чем те, кто ее внесли, откажутся ее проводить, потому что это явное и ничем немотивированное нарушение моих конституционных прав, к примеру, права на создание общественной организации. Я еще понимаю, хотя с трудом, что мне могут запретить занимать какую-то государственную должность, но какое им дело до общественной организации? Эти организации создаются самими гражданами в своих целях и никакого отношения к властным полномочиям не имеют. Почему они пытаются мне это запретить? Если запретят, я подам в Конституционный суд. Я уверена, что даже в нашем Конституционном суде выиграю этот процесс. Я надеюсь, что поправка не будет принята по своей абсолютной нелепости и неоправданности.

А вообще, я не знаю, в какие дела мы (правозащитники — PublicPost) лезем: не нарушайте собственную конституцию, не нарушайте права собственных граждан — вот туда мы лезем. И ни в одном цивилизованном государстве гражданам в это лезть не запрещают. У нас государство, к сожалению, не является цивилизованным, судя по тому, какие поправки предложили. Адекватным ответом на "закон Магнитского" был бы запрет американским гражданам, нарушающим права человека, въезда в Россию и замораживание их счетов в Сбербанке. Но даже нашим думцам хватило ума понять, что это смешно. Остальные ответы — вообще неадекватные. Разумно было бы добиться, чтобы в нашей стране был бы реальный суд и нашим гражданам не приходилось обращаться за защитой к международному общественному мнению. Если бы у нас суд судил нормально, то зачем был бы нужен "закон Магнитского"? Я бы сама американцам сказала — не лезьте в наши дела. А так остается сказать спасибо им, что хоть они обратили внимание на то, что в нашей стране живут 143 миллиона людей, лишенных права на справедливый суд.

Олег Орлов, глава правозащитного центра "Мемориал"

В "Мемориале" всегда исходили из того, что мы политикой не занимаемся. Это очевидно. Что такое политика? Исходя из всех норм — это участие в деятельности политических партий, участие в выборах. Никогда ничем подобным — участием в борьбе за власть — ни подразделения "Мемориала", ни "Мемориал" в целом не занимались. И мы никогда не признаем утверждение, что мы занимаемся политикой.

Они откровенно дискриминационно выделяют из огромного количества общественных организаций тех, кто занимается сугубо защитой прав человека и относят их к политике. Никакой логики в этом нет. Есть откровенная дискриминация, откровенно враждебное отношение к самой идее прав человека — отсюда они принимают свои дикие законы.

На мой взгляд, только подонки, даже в виде проекта, в качестве ответной меры могли запретить усыновлять детей. Это верх аморальности. Это настолько вопиюще, что есть надежда, что это не будет принято. Но значит, под этот шумок они могут протащить что-то менее заметное. Но это тоже дикая логика. Они воюют с американскими законодателями и в качестве заложников используют российские организации. Это просто какие-то террористические методы. В Думе засели террористы — они берут в заложники граждан России. И мы будем тоже в числе заложников. Мой совет будет нашим зарубежным партнерам (американским и европейским): не поддаваться на шантаж террористов.

Лев Пономарев, глава движения "За права человека"

Ну, примут поправки — тогда российские правозащитники станут советскими диссидентами. Мы все равно не прекратим заниматься той деятельностью, которой занимаемся. Несколько десятков человек, которые у нас работают, потеряют работу. Но я надеюсь, они хорошие юристы и пристроятся. Бесспорно, пострадают тысячи и тысячи простых российских граждан. Через мою приемную по проблемам ЖКХ несколько тысяч человек в год проходят, мы им оказываем помощь. Заключенным помогаем.

Мне кажется, это надо комментировать, когда они будут уже приняты. Бесспорно, это серьезный шаг в сторону изоляции страны, выстраивании железного занавеса. Если так дело пойдет, то тогда все свалится в тоталитаризм. Разве мы можем остановить то сумасшествие, которое есть в Государственной думе? Если они это примут, то Россия должна уйти из Европейского совета, из-под юрисдикции ЕСПЧ и т. д. Я не уверен, что это совпадает с целями Владимира Владимировича (Путина — PublicPost).