Григорий Голосов: «При свободных выборах даже самая плохая система может дать хороший результат»

Григорий Голосов Григорий Голосов

Профессор сравнительной политологии Европейского университета в Санкт-Петербурге Григорий Голосов рассказал "Полит.ру", почему законопроект, предлагающий новую, смешанную систему выборов в Государственную думу, вновь послужит укреплению сложившейся в России политической монополии.

Григорий Васильевич, сегодня мы хотели бы поговорить с вами о внесенном президентом в Госдуму законопроекте о новом старом порядке выборов депутатов Государственной думы по смешанной системе. Вроде законопроект новый, но концепт старый, поэтому сразу напрашивается вопрос – это прогресс для политической системы или регресс?

Дважды войти в одну воду невозможно. И этот ход нельзя назвать возвратом в прошлое. С тех пор, как эта система была отменена в 2003 году, очень многое изменилось. Возникли новые приоритеты. Но, прежде всего, в 2003 году в России еще не было политической монополии, а сейчас она есть. Власть стремится сохранить и укрепить эту монополию. И все предпринимаемое сейчас властью в сфере регуляции политической системы, в том числе и данный законопроект, направлено на это.

Поэтому в законопроекте нет, например, ранее обсуждавшихся избирательных блоков?

Ну, конечно. Это один из тех моментов, которые хорошо показывают разницу между старым и новым порядком вещей. Дело в том, что до 2003 года включительно избирательные блоки активно использовались самой властью для достижения своих политических целей. В частности надо помнить, что политический разгром КПРФ до 2003 года был бы невозможен без политического блока «Родины», «Партии социальной справедливости» и «Партии пенсионеров». Но сейчас, когда нужно поддерживать превосходство партии «Единая Россия» над всеми остальными партиями, эта стратегия уже ни к чему. Зачем она, если ее тогда начнет использовать оппозиция, создавать свои избирательные блоки, преодолевая раздробленность оппозиционных политических партий? Эту опасность нужно было блокировать, вот ее и блокировали.

А пятипроцентный проходной барьер для партий против нынешнего в 7% - это тоже декоративная мера?

Да просто в ситуации нынешней партийной системы семипроцентный барьер стал уже явно избыточным. Он и раньше-то считался совершенно одиозным. Настолько, что все зарубежные наблюдатели нашей избирательной системы в один голос отмечали: в демократической стране такого проходного барьера быть не может. Практика же прошедших региональных выборов показала, что в подавляющем большинстве случаев не имеет значения, применяется 5%-й или 7%-й барьер. С другой стороны российская партийная система сейчас такова, что в выборах будет участвовать очень много партий. Это значит, что очень много голосов будет теряться, и 7%-й барьер станет выглядеть совсем уж одиозно. А так они барьер на 2% снизили, но это снижение все равно никак не угрожает действующим партиям в Государственной думе.

Легко предположить картину, когда по партийным спискам «Единая Россия» получает, скажем, 35% процентов голосов. Еще 30% получают партии, которые преодолевают 5%-й барьер. И еще 35% процентов получают партии, которые его не преодолевают. И тогда со своими 35%-ми «Единая Россия» получает 50% мест в Госдуме, отведенных на партийные списки. А по одномандатным округам, естественно большинство получат кандидаты от каких-то аффилированных с «Единой Россией» структур, вроде «Общероссийского народного фронта».

Собственно, когда я говорил о поддержании и укреплении политической монополии, то я имел в виду именно это. Дело в том, что действующая политическая система вынуждала «Единую Россию» для получения большинства в Думе, идти на такие фальсификации на выборах, что они ни в какие ворота уже не лезли. Все они отмечались, конечно же, наблюдателями и не были секретом для основной массы наблюдателей.

А при смешанной избирательной системе с большим количеством партий ситуация складывается уже совсем иная. Больше не нужно вбрасывать ведущему список кандидату 10-15% голосов. Если кандидатов-одномандатников много, то перевес одного над другим будет незначительным. При новой системе достаточно будет «добросить» кандидату 1,5-2% голосов, ну, 3%, после чего он пройдет. А если это систематически будет происходить по всей стране, то вот мы и получим Госдуму, состоящую практически из одних единороссов, как бы они ни назывались.

А сбор 0,5% подписей для самовыдвиженцев, когда всего, в отдельных случаях всего нужно 500 подписей, это тоже не в пользу большей демократизации выборов?

Сложившаяся политическая практика показала, что дело не в количестве подписей. В том числе последние региональные выборы, состоявшиеся в октябре, продемонстрировали, что не важно, сколько собрано подписей. Если кандидата не хотят регистрировать, то какое угодно количество подписей будет забраковано. Можно ввести порядок, при котором нужно будет собрать 20 подписей, тогда избирательная комиссия будет браковать все 20 подписей. И эта ситуация, думаю, не изменится.

Я полагаю, что сбор подписей в России уже окончательно и навсегда себя дискредитировал. Эту практику у нас невозможно воспроизвести хоть в каком-нибудь приемлемом виде. Поэтому ее, по-хорошему, надо просто-напросто отменять, иначе она навсегда останется орудием политических репрессий.

Не в пользу демократичности данного законопроекта, если я вас правильно понимаю, также говорит сохранение практики партийных списков, обещающей нам привычные уже «паровозы» и передачу мандатов в любом желаемом направлении?

Что касается списков, то проблема не в самом механизме передачи мандатов. Этот механизм был в свое время позаимствован Россией из Германии, и он, конечно, функционирует у нас с колоссальными пороками, включающими ту саму практику «паровозов». Но проблема все же коренится в другом. У нас пропорциональные выборы проводятся в едином общенациональном округе. А если это так, то партийные списки неизбежно становятся колоссально большими. И узнаваемыми в них для избирателя неизбежно окажутся только те самые «паровозы». А нормальная практика применения пропорциональной системы состоит в том, что она применяется в округах сравнительно малой величины. То есть так, чтобы избиратель мог осмысленно прочитать список кандидатов, в котором находятся более-менее реальные люди. И тогда не была бы возможна ситуация, когда Путин выдвигается в каждом из пропорциональных округов.

Если бы у нас пропорциональных округов было много, то тогда были бы маленькие списки со знакомыми избирателям фигурами. И тогда возможно было бы осмысленное голосование.

Сейчас уходят из Государственной думы люди, которые боятся, что их все равно исключат из-за наличия зарубежной недвижимости или каких-то капиталов. Но это было бы не возможно при иной системе. Ни один человек никогда не проголосовал бы за них, увидев их лица и декларации по телевизору. Но у нас все иначе. Все эти люди были глубоко спрятаны в глубине партийных списков «Единой России». И так же в дальнейшем возможность повторения таких ситуаций сохраняется, пока выборы по спискам будут проходить в едином общенациональном округе.

Видимо, если все произойдет, как вы говорите, наша парламентская оппозиция окончательно ослабнет, поскольку потеряет половину мест в пользу тех самых аффилированных с «Единой Россией» кандидатов. Может быть, она вообще тогда перестанет играть сколько-нибудь заметную роль?

С системной оппозицией, полагаю, ничего нового не произойдет. Она сейчас, очевидно, страдает, в числе прочего, и от большого количества партий. Но в целом это не относится к теме вводимых сегодня изменений в избирательной системе. Это все же в большей степени следствие нового закона об упрощенном порядке регистрации политических партий. Но не вызывает никаких сомнений, что в условиях высокой фрагментации оппозиционные партии, что находятся сейчас в Думе, – вполне устраивают власть. Поэтому у них не будет никаких проблем ни с регистрацией списков, ни с проведением на выборы отдельных кандидатов. Они по-прежнему будут занимать ту маленькую нишу, в которой пребывают сейчас.

Только эта ниша станет значительно меньше, если мерить ее в количестве мандатов…

Да, я совершенно не исключаю, что по результатам следующих думских выборов, количество депутатов от этих партий значительно сократится. Но я думаю, это никак не изменит их политической роли. Они как не могли, так и не смогут в дальнейшем оказывать никакого существенного влияния на процесс принятия политических решений.

А в целом Дума как-то изменится после принятия нового порядка выборов?

Что касается в целом изменения профиля Государственной думы, то здесь должны сыграть серьезную роль одномандатные округа. Одномандатники, появившись в Думе, хоть как-то приблизят палату к населению регионов. Чтобы их выбрать, жители в регионах должны хоть как-то их себе представлять, а, значит, им придется к избирателю все же приблизиться, на расстояние прямой видимости хотя бы. Это не слишком повлияет, потому что, как я уже сказал, у населения не будет особого выбора. Это будут все те же единороссы, которых предлагали и раньше. Но, те не менее, я не стал бы отрицать, что хоть какое-то приближение к людям Государственной думы – это, в общем и целом, позитивный факт. Положительный, поскольку здесь избиратель во внимание будет приниматься чуть больше.

А повлияет ли новая система выборов на российскую политическую систему в общем?

Ну, понимаете, авторитарный режим в России находится в состоянии постепенной консолидации. В декабре 2011 года произошел некоторый сбой в этом процессе, но уже к лету 2012-го все практически нормализовалось. А, кроме того, власть сегодня активно стремится не только бороться, но и ассимилировать оппозицию. И последнее, кстати, не в последнюю очередь послужило причиной внесения в Думу данного избирательного закона.

А о будущем нашего российского авторитаризма данный законопроект какой-либо возможности судить не дает? И никак на динамику его развития в будущем явно не указывает?

Ну, этот вопрос далеко уводит нас за пределы темы выборов в Государственную думу. Авторитарные режимы, вообще-то говоря, довольно слабо соотносятся с тем институциональным рядом, который они создают. Если говорить о динамике авторитарного режима, то здесь нужно говорить о раскладе сил внутри правящей группы, и насколько авторитетным по отношению к второстепенных членам этой группы является ее лидер. И так далее. Возможно, здесь имело бы смысл вести разговор об электоральном авторитаризме, который в наибольшей степени характерен для современной России. Или сравнивать существующую систему с авторитарным режимом коммунистического типа, для которого избирательная система вообще не важна.

Мое личное мнение состоит в том, что ровно постольку, поскольку Владимир Путин продолжает контролировать основные рычаги власти в стране, этот режим будет укрепляться и дальше. Но если его влияние будет как-то очевидно убывать, то вот тогда можно будет говорить о каких-то реальных политических изменениях. И важно понимать, что, если реальные политические изменения будут происходить, и политическая монополия сложившейся у нас персоналистской диктатуры начнет разрушаться, то тогда любая избирательная система может успешно послужить демократизации.

Если выборы вдруг в какой-то момент окажутся свободными, то даже самая плохая избирательная система может дать хороший результат. Мы это уже наблюдали при первой демократизации в Советском Союзе в 1989-90 годах.

Смотрите также: Илья Карпюк Путин внес закон о возвращении одномандатников в ГД Путин внес в Госдуму закон о выборах Илья Карпюк Атака на КОИБы