Средство от головной боли

Маша Алехина – головная боль лагерного начальства. Видимо, от нее так хотят избавиться, что подключили к этому делу прокуратуру Пермского края. Теперь прокуратура вводит общественность в заблуждение, утверждая, что "повторный перевод в безопасное место в одном и том же исправительном учреждении запрещен и действующим законодательством не предусмотрен".

Это опять-таки случай так называемого вранья. В уголовно-исполнительном законодательстве о сроках содержания в безопасном месте не сказано вообще ничего, а в Правилах внутреннего распорядка исправительных учреждений в пункте 177 говорится, что "в случае безуспешности перечисленных выше мер по обеспечению личной безопасности осужденного (помещение в безопасное место. – А.П.) начальником ИУ принимается решение о его переводе в другое исправительное учреждение в установленном порядке".

Прокуратура неизвестно на каком основании делает вид, что в безопасном месте Марии Алехиной продолжала угрожать опасность. Между тем с того момента, как ее развели по разным помещениям с двумя провокаторшами, устроившими конфликт после ее приезда в лагерь, она на угрозы своей безопасности не жаловалась.

Угрозу себе почувствовала лагерная администрация. Ей пришлось отвечать в суде за незаконно вынесенные Алехиной взыскания, пришлось смириться с посещениями колонии правозащитниками, журналистами и представителями общественности. Они к этому не привыкли. Они всегда чувствовали себя полноправными хозяевами в своей зоне и никогда ни за что не отвечали. А еще вдобавок ко всему суд снял с осужденной Алехиной половину взысканий да еще вынес частное определение в отношении колонии о нарушениях законности. Есть от чего, мягко говоря, огорчиться.

Желанием заключенного остаться в прежней колонии или перевестись в новую лагерное начальство не интересуется. Заключенный – раб, его судьбу решает рабовладелец. Никто не будет спрашивать Алехину, подвергается она сейчас опасности или нет. Но мы-то знаем, что Мария Алехина возражает против перевода ее в другую колонию.

Ситуация довольно простая. Колония со своими обязанностями не справилась. Запугать Алехину, сломить ее волю и добиться от нее раскаяния лагерной администрации не удалось. Не получилось надежно изолировать Алехину от воли и от других заключенных. Она продолжает оказывать на них влияние самим фактом своего сопротивления лагерному произволу. Фактически администрация потерпела фиаско, и перевод Алехиной в другую колонию только подтвердит это. Но из двух зол лагерное начальство выбрало меньшее: пусть лучше будет полный провал, чем продолжение этой бесконечной головной боли со строптивой заключенной.

Для Алехиной перевод в новую колонию не станет катастрофой, но создаст очевидные трудности. В этой колонии она уже заняла свое место, отстояла свои минимальные права и хорошо ли плохо ли, но обустроилась. Новая колония – новые проблемы. Или, что вероятнее всего, повторение старых. В основном заключенные не любят перевода в новые места лишения свободы. На это рассчитывают только те, кто по каким-либо причинам мечтает скрыться от товарищей по заключению и лагерной молвы.

У Алехиной таких причин бегать нет. К ней хорошо относятся другие заключенные, с которыми она видится каждый день в процессе обучения на швею-мотористку. Обучение это продлится еще дней десять, после чего ее, вероятно, и переведут из безопасного места в отряд. Она без проблем может провести там оставшийся год заключения. Но если лагерная администрация сама спровоцирует новый конфликт, а затем под предлогом заботы о безопасности будет требовать перевода ее в другие места, то тут мало что можно сделать. Зэк бесправен и идет туда, куда его ведет конвой.

Помимо обычных трудностей, ожидающих каждого зэка на новом месте, Машу Алехину могут ждать и специфические неприятности. Против непокорной осужденной могут быть предприняты новые провокации - как в новой колонии, так и при этапировании. Последнее даже более вероятно. Мы уже видели, как на нее натравили двух уголовниц, которые "просто видеть ее не могли". В любой пересыльной тюрьме у оперчасти всегда есть достаточный запас подобных отморозков.

Теоретически Алехину могли бы перевести в другую женскую колонию того же лагерного управления – колонию № 32 в Перми. Но вряд ли это случится: там верховодят заключенные, а возможностей у лагерной администрации существенно меньше, чем в колонии в Березниках. Переводить Алехину к "отрицалову" менты вряд ли рискнут – может получиться гремучая смесь.

У администрации колонии № 28 в Березниках в принципе мог бы быть хороший выход: представить Алехину на УДО и таким образом избавиться от головной боли. Но, во-первых, вопрос об условно-досрочном освобождении фигурантов дела Pussy Riot решает не лагерная администрация и даже не районный суд, а во-вторых, Мария Алехина пока заявления об УДО не подавала. И, возможно, подавать не будет.