Наталия Демина: Как победить фабрики туфты

Наталия Демина Михаил Гельфанд сказал, что в последнее время чувствует себя Петрушкой, а не Дед морозом Фото Н. Четвериковой

4 апреля 2013 г. в рамках Публичных лекций Полит.ру состоялось празднование 5-летия газеты ученых и научных журналистов «Троицкий вариант – Наука». На вечере неожиданно для организаторов оказался министр образования и науки Дмитрий Ливанов. В белоснежной рубашке среди людей, одетых в повседневную одежду, он не мог остаться незамеченным, даже если хотел. Ему еле-еле хватило места, так как в зале был аншлаг. «Что же ты не сказал? А если бы мест свободных вообще не было?», – спросила я Михаила Гельфанда, но тот только хитро улыбался. Пришедшему чуть позже зам. министра образования и науки Игорю Федюкину половину лекции пришлось стоять, как и всем тем, кому не хватило стула.

Игорь Федюкин. Фото Натальи Четвериковой.

«Полит.ру» уже второй раз проводит подобный вечер дружественного ему издания, объединяющего «живые силы отечественные науки, то самое научное сообщество, которое по идее должно бы помочь или быть инициатором реальных реформ в российской науке и образовании», как сказал ведущий вечера, научный редактор «Полит.ру» Борис Долгин.

«Мы сегодня будем говорить не только о самой газете, но и том, как идет работа по формированию заново рынка репутаций в российском научном сообществе, о том, чего практического, а не на уровне крика делается по вопросу проверки реальности диссертаций. Мы также будем говорить и о практических научных вопросах», – заметил он.

Профессор МГУ, зам. директора ИППИ РАН, зам. главного редактора ТрВ-Наука Михаил Гельфанд «вышел на сцену» в красной шапочке Деда мороза. «Прошу отметить, что здесь пять звездочек, и это будет иметь прямое отношение к заявленной теме. Потому что в последнее время я чувствую себя Петрушкой… Именно Петрушкой, а не Санта-Клаусом. Я ее потом сниму, а то жарко будет».

Гостям не хватило мест. Фото Натальи Четвериковой.

«Проблема липовых диссертаций была осознана довольно давно, не этой осенью, и на самых разных уровнях. Полезно понимать, что предыдущий глава ВАК Михаил Петрович Кирпичников вполне осознавал, что происходит, и предпринимал какие-то усилия, чтобы этот вал остановить. Отдельный вопрос, на что у него хватало возможностей, а что он сам считал нужным делать или не считал нужным делать», – подчеркнул Гельфанд. Он напомнил, что и ранее были попытки реформировать что-то внутри ВАК, были попытки ввести степени делового администрирования, чтобы вал диссертаций в общественных науках, которые защищают чиновники, увести в другое русло.

«А потом внезапно прорвало. И при том в незначительном месте. Есть классическая история, как голландский мальчик закрыл пальцем дырку в дамбе и спас всю страну, а здесь история прямо перпендикулярная. Маленький мальчик нашел спички и спалил … целый завод», – сказал он под хохот зала. – «Не смешите меня, а то я не смогу говорить!».

Дмитрий Ливанов и Евгений Шеваль. Фото Натальи Четвериковой.

И затем напомнил, как развивалась история с диссертацией Андрея Андриянова, «мелкого политического деятеля МГУ», химика по образованию, который вдруг защитил диссертацию по истории. Затем он был назначен директором Колмогоровского интерната, и это назначение возмутило выпускников этого СУНЦ МГУ и они решили проверить диссертацию Андриянова на подлинность. В итоге совместных усилий блогеров, журналистов выяснилось, что у Андриянова оказались сфальсифицированные, несуществующие научные публикации. И так вышли на целый диссертационный совет в Московском педагогическом государственном университете.

Анализируя казус Андриянова, Михаил Гельфанд попытался понять, почему же единичный случай вдруг за несколько дней октября 2012 года перерос в огромный скандал с институциональными последствиями. В середине ноября была создана Комиссия при Минобрнауки по исследованию обстоятельств защит в Даниловском совете в МПГУ. «Здесь сидит Дмитрий Викторович Ливанов, который делает вид, что его здесь нет, можно будет потом его спросить, что они имели ввиду, когда создавали эту комиссию», – заметил оратор.

Дмитрий Ливанов. Фото Натальи Четвериковой.

«Чем эта история отличается от предыдущих, почему раньше не складывалось, а теперь сложилось, почему шестеренки не цеплялись предыдущие разы? Я думаю, что сложилось сразу три эффекта. Первый – это абсолютная халтура исполнителей, это была не просто слабая диссертация, а диссертация с несуществующими публикациями. Это вещь, которую очень легко отловить. Смотришь, что таких статей не существует в природе, и всё. И таких диссертаций в этом совете было большинство».

«Второе: нельзя гневить Интернет-сообщество, нельзя этому сообществу говорить, что я вас сейчас посажу за клевету. …Когда полдюжины блогеров обиделось и начало смотреть аккуратно, то там дальше всё это и полезло», – резюмировал Гельфанд.

«И третье. Я это собирался говорить до прихода министра, но подхалимство всегда приятнее в глаза. Я думаю, что в отличие от предыдущих ситуаций сейчас действительно была проявлена политическая воля разобраться с этим как следует. Этот казус был использован как очень хороший, яркий стартовый толчок, но если бы не было политической воли начать с этим разбираться, то просто пошумели бы…».

Такое объединение усилий блогеров, откапывавших сырой материал, рабочей группы, созданной при Комиссии МОНа и рассылавшей официальные запросы в журналы и организации, и самой Комиссии и стало залогом успешного раскрытия большого «завода» по производству диссертаций по «истории».

Гельфанд сообщил, что сейчас работа по проверке липовых диссертаций раздвоилась. Над одной частью, носящей более политический характер, работают блогеры. Над другой, более спокойной, без ярких персоналий, работает рабочая группа при МОН. «Есть несколько советов, которые смотрятся аккуратно. Происходит «допиливание» Даниловского совета. Разосланы запросы», – отметил Михаил.

Участники вечера. Фото Натальи Четвериковой.

«Поучительно здесь несколько вещей… Бог с ним чиновниками, которым нужны значки ГТО. Меня во всей этой истории задевает то, что люди с абсолютно липовыми диссертациями продолжают оставаться преподавателями университетов. Я не понимаю, как доцент университета, защитивший кандидатскую или докторскую на полном фуфле, входит в аудиторию и говорит: «Ребята, вы мне сейчас принесите курсовые, но только не списывайте! Или списывайте, я не знаю, что он им говорит…» Бывает, что администрация университета хотела бы, но не знает как уволить такого человека, так как в Трудовом кодексе нет статьи за сфальсифицированную диссертацию, а бывает, что вузы защищают своих горе-сотрудников, мол, к качеству преподавания претензий нет. Гельфанд сообщил, что «Троицкий вариант» разослал запросы в такие университеты с просьбой свою точку зрения пояснить. «Посмотрим, что нам ответят, скорее всего, ничего, но это тоже будет красноречиво».

«Мы никак не соберемся, но рано или поздно будет нарисован большой и красивый граф, который можно будет изучать с применением всех классических способов анализа структуры, как в системной биологии. …Там будут целые цепочки людей, которые друг у друга переписывали один и тот же текст без всяких модификаций. Биоинформатикам там будет, чем заняться», – сказал Гельфанд. – «Да, надо будет гаплогруппы смотреть», – поддержал он подсказку научного журналиста Бориса Жукова.

«Мне кажутся наивными идеи, что мы сейчас устроим новые хорошие критерии для диссертационных советов, плохие советы вычистим, и всё будет чудесно. Какое-то количество советов таким способом вычистится, это верно, особенно таких периферийных, где "лавочки" совсем открыты». Он напомнил, что в совете в МПГУ, который возглавлял Александр Данилов, зам. председатель экспертного совета по истории ВАК, с внешней стороны, по бумагам, все было замечательно, хотя это была «фабрика туфты». «Если вы возьмете любой работающий совет, то вы обязательно найдете, за что его можно закрыть или не открыть».

Во время выступления М. Гельфанда. Фото Натальи Четвериковой.

«Кто будет устанавливать эти правила?», – задал вопрос Гельфанд. «Это лишь одна раскрученная история [по истории], точно такую же я знаю по биологии. Не надо думать, что отрава обошла естественные науки, ничего подобного».

Михаил считает, что «по-видимому, надо опираться на то, что показало свою работоспособность, на научное сообщество. Основное, что как мне кажется, должна делать ВАК, она должна рассматривать апелляции». При чем апелляции надо рассматривать как следует, на все критические замечания – давать конкретный ответ: «заимствования нет, вам показалось», «заимствование есть, но 5 страниц не считаются» и т.п. «Это, по-видимому, можно обеспечить жестким регламентом рассмотрения апелляций», – заявил Михаил Гельфанд.

«А второе – диссертационный совет, из которого вышло две липовых диссертации, закрывается навсегда, а люди, которые в него входили, получают черную метку. Председатель уже никогда не сможет быть председателем, члены какое-то количество лет – не могут быть членами». В этом случае, по мнению Гельфанда, начнется очень сильный внутренний самоконтроль внутри дисссоветов. Здесь, на его взгляд, надо использовать как положительные, так и отрицательные черты людей. «Надежда на то, что экспертный совет будет работать честно, это попытка опереться на лучшее, а надежда на то, что кто-нибудь стукнет на плагиат, это попытка опереться на худшее. Мой опыт показывает, что это работает замечательно и надежно. У меня в почте уже есть куча чудесных историй».

Завершил свое выступление он с рассказа о том, как его самого попытались обвинить в плагиате посредством программы «Время» на «1 канале» и публикации в «МК». Гельфанд был готов дать автографы на этом «бояне» из «МК», но кажется, ни у кого из зала злополучной статьи не нашлось.

Затем физик из ИТЭФа Андрей Ростовцев рассказал о том, как устроена борьба с лжедиссертациями в Германии, в частности с помощью системы VroniPlag. Он отметил, что это полностью волонтерский проект, который открыт для участия анонимных пользователей, там принципиально отсутствует возможность подкупа участников проекта и происходит двойная независимая проверка документов. Возможно, что подобную систему можно будет устроить и у нас.

Физик из ИТЭФ Андрей Ростовцев. Фото Натальи Четвериковой.

«Каковы результаты проекта в Германии помимо удовлетворения спортивного интереса и некоторого удовольствия публики? И на какие результаты вы рассчитываете в России?», – спросил физик и эксперт в области электоральной статистики Сергей Шпилькин. «Я пропагандирую две вещи. Одна – это наказательная функция, поиск справедливости. Были инквизиторы, а были те, кто заготавливал дрова, сухие и хорошие», – ответил Андрей Ростовцев.

«Рассчитываете ли вы, что таким отдельно взятым проектом, пусть даже когда эти дрова будут использованы, удастся решить проблему формирования нормального рынка репутации?», – спросил Борис Долгин. «Это кирпичик того здания, строительство которого направлено на решение этой проблемы», – ответил Андрей. «Мне кажется абсурдной ситуация, когда сотрудник ИТЭФа, доктор физ.- мат. наук лепит кирпичи для не очень понятно чего», – продолжил свою мысль Сергей Шпилькин. «Но что делать…», – сказал в ответ Ростовцев. «Я подозреваю, что когда будет решена проблема ИТЭФа, то может и меньше [у Андрея] будет желания заниматься такими проектами», – заметил Борис Долгин.

Главный редактор ТрВ-Наука, астрофизик Борис Штерн. Фото Натальи Четвериковой.

А далее состоялся энергичный доклад астрофизика из Института ядерной физики РАН, главного редактора «ТрВ-Наука» Бориса Штерна про начала Вселенной, который не все, наверное, поняли, но, пожалуй, все оценили страстность и увлеченность ученого своей областью науки. Но про него в коротком репортаже не расскажешь.

Стенограмму вечера ждите на нашем сайте.

Видеозапись вечера

Смотрите также: Антибиотики, астрономия, геология и электоральная статистика